кузницу влюбленные братья, отобрали Сапфир и отправили его на землю в мир смертных. Лучше уж камень не будет принадлежать никому, но на веки останется целым и прекрасным, как их первая сильная любовь к простой смертной девушке!
Я нахмурился и отвел глаза в сторону. А ведь я даже знаю, где сейчас находится это кольцо и могу даже предположить его баснословную стоимость! В самом дорогом и хорошо охраняемом ювелирном салоне нашего города и, естественно, кольцо для меня не продается, так как принадлежит моему отцу. Все в этом проклятом городе принадлежит моему отцу! Раз в Зазеркалье до меня дошел слух, что ровно восемнадцать лет назад мой отец с помощью этого кольца добился любви моей матери. А как же еще объяснить тот факт, что я вообще появился на свет такой непохожий на своего батю? Так что купить кольцо сейчас было очень и очень много желающих, потому что любая девушка, получив его в подарок, тут же крепко и навечно влюбится в парня, что его подарил.
— А-а-а-а! Смертный! Ради неба, убери эту проклятую свечу из-под меня! — прервал мои мысли отчаянный вопль Купидона, длинные полы его мантии трещали и искрились фиолетовыми огоньками. Очень сильно пахло палеными перьями и, кажется, жареными окорочками. — Я тебе все рассказал! Помоги мне теперь! Горю-ю-ю!
Я вздрогнул, моментально схватил свечу и убрал ее в самый дальний угол шкафа. Купидон со стоном облегченно вздохнул и перестал трепыхаться, как голубь в силках. Стыдно ли мне было за свое поведение? Признаться честно, не очень! Пусть этот крылатый поймет, что мы в ответе за тех, кого заставили полюбить безответно!
Я слегка приоткрыл зеркальную изнутри дверцу шкафа, дабы посмотреть, что же там происходит в моей спальне. В моей зеркальной ловушке тут же образовалась небольшая, всего в два пальца шириной, брешь. Купидон, воспользовавшись моментом быстро юркнул к щелке, подхватывая на лету полуобгоревшие полы своей белоснежной тоги. Но прежде, чем навсегда покинуть свою ловушку и мучителя, он все-таки обернулся…
— Я не держу зла на тебя, юноша! — произнес он звонким голосом, глядя мне прямо в глаза. — Помни лишь о том, что плата за это кольцо гораздо выше, чем на ценнике в магазине. Будь готов потерять ради любви все — статус, друзей, наследство, даже своего отца и жизнь!
На этой минорной ноте он выскочил из шкафа и ярким солнечным зайчиком заскользил по комнате, оставив меня в раздумьях. Но все мигом вылетело из моей головы, едва я взглянул на Антонину, которая стояла, закутанная в одно лишь банное полотенце после принятого освежающего душа, и смотрела на вечернее темно-фиолетовое платье в обтяжку, что лежало для нее на кровати.
— О, да! — подумал я, уже представляя, как оно будет сидеть на девушке, подчеркивая ее стройную фигуру и обнажая почти всю спину. — Просто идеально! Стоп! О, нет! Тоня, положи костюм на место! Это не для тебя!
Но девушка уже потеряла всякий интерес к платью и, недолго думая, схватила мой классический костюм цвета темный металлик и приложила к себе. Так как мы были почти одинакового телосложения и роста, я был повыше лишь сантиметров на пять, то костюм ей почти идеально подошел. Девушка довольно улыбнулась, глядя на свое отражение в зеркале-портале, схватила белую рубашку с галстуком и одним движением скинула с себя полотенце. Хоть она и стояла ко мне спиной, но я густо покраснел и отвернулся, при тусклом свете разглядывая свое отражение сразу в трех стенах шкафа. Проклятье! Она одела мой лучший вечерний костюм! И у меня нет времени заказать еще один! В чем же я пойду сегодня в ресторан на ужин с этой блондинкой Стейси и отцом?
И в то же время… Боже, как же ей классно шла мужская классическая одежда! Как же идеально на ней смотрелась рубашка и галстук! Не успел я налюбоваться на девушку, как Антонина легко подхватила на руки обожравшегося до неприличия Творожка, который, кажется, уже не мог самостоятельно двигаться. Свободной рукой девушка похлопала нагрудный карман пиджака и достала оттуда… мои карточки и ключи мотоцикла. Проклятье! Как же я мог про них забыть!
Все пропало! Все исчезло вместе с этой дерзкой пацанкой, которая быстренько закрыла за собой дверь, забрав с собой буквально все, что у меня было, а не только мое сердце!
Я, кряхтя и громко ругаясь, вывалился из шкафа и подошел к небрежно скомканному на кровати платью и, не зная, что сделать, принялся расправлять дорогую красивую материю, лихорадочно соображая, как мне пережить сегодняшний вечер. Где-то в шкафу звякнул телефон, я тут же узнал мелодию, что стояла на смске — мой отец.
«Сын! Где ты там копаешься? Через 15 минут жду у главного входа!».
Я закрыл глаза, мечтая, чтобы одновременно наступили и потоп, и пожар, и конец света, и тогда, может быть, но это еще не точно, мой отец простит мне мое опоздание. Но дальше было только хуже! В дверь моего номера неожиданно и громко постучали, я развернулся и уже снова полез в гардероб, думая, что это вернулась Антонина, чтобы взять что-то еще.
— Здарова, Коста! Ты чего застрял в шкафу? — услышал я громкий, слегка насмешливый, но достаточно уважительный голос Доминика — своего давнего кореша, которому я недавно разбил нос за Антонину. Он, кажется, уже давно все простил и забыл. Еще бы! Ведь мой отец практически владеет бизнесом его отца, и потому со мной совсем невыгодно ссориться. — Мы с Диланом тебя совсем заждались! Ой, а чего это ты в одних трусах? Да и те наизнанку! Не один что ли?
Я громко выругался и вылез из гардероба. Хорошо хоть я успел нацепить эти боксеры, пока сидел в шкафу и любовался на Антонину. Я быстро подошел к двери в номер, которая осталась приоткрытой, и с грохотом ее захлопнул. Теперь сюда точно никто не войдет!
— Эу, Коста, с тобой все в порядке? — удивленно возмутился Доминик, поправляя на себе пеструю дизайнерскую рубашку, небрежно вытащенную из дорогих темных джинсов. — Зачем ты нас тут запер?
Я оценивающе пристально посмотрел на него с ног до головы и обратно. Конечно, не лучший вариант для вечернего ужина в ресторане, но тоже неплохо.
— Коста! Ты куда меня тащишь? — взволнованно прохрипел Доминик, его испуганные голубые глаза были размерами с блюдца, а белокурые волосы встали дыбом. — В спальню?! Я э-э-э… не готов к такому!
— Нет времени ничего объяснять! Давай раздевайся! — скомандовал я. — Быстро и полностью!
— Но К-Коста! Я не
