Читаем без скачивания 100 ВЕЛИКИХ ЗАГАДОК ИСТОРИИ - Непомнящий Николаевич

Картер был английским художником и археологом и жил в Египте с 1890 г. Ему удалось сделать карьеру как живописцу, но денег это не принесло. Занимая должность администратора древностей, он уже обнаружил два захоронения в Долине царей к западу от Луксора и сообщил об этом своему богатому американскому патрону Теодору Девису, отставному юристу и финансисту из Ньюпорта. Спустя несколько лет после поисков скрытых сокровищ Картер с Карнарвоном издали шикарную книгу «5 лет исследований в Фивах». И продолжали копать. Могила фараона должна была быть где-то здесь, в долине, Картер был в этом уверен. Дело в том, что во время сезона 1907–1908 гг. рабочие Девиса обнаружили клад огромных глиняных кувшинов с похоронным имуществом, в частности мотками бинтов. Он посчитал открытие незначительным и забыл бы о нём, если бы не Э. Уинлок из музея Метрополитен, заметивший случайно, что на одном бинте стоит имя Тутанхамона.

Девис также раскопал захоронение с остатками деревянного ящика, там хранились золотые пластинки с именем фараона, и решил, что это и есть усыпальница Тутанхамона. Картер с ним не согласился. Египетский царь не мог быть похоронен в такой скромной могиле в эпоху XVIII династии. Но где же она, эта могила?

Девис настойчиво искал захоронение там, где предполагал Картер, получив разрешение от египетского правительства. Но работы этих людей прервала Первая мировая война, и только спустя три года археологические изыскания в Долине царей возобновились. На поверхности появилось огромное количество самых различных предметов, но главного не было. К весне 1922 г. лорд Карнарвон был уже готов остановить работы, когда Картер решил сделать последнюю попытку. Как раз позади могилы Рамзеса VI был треугольный участок земли, никогда не подвергавшийся раскопкам (могилу Рамзеса посещало много туристов). Но именно в этом месте Картер приметил остатки фундамента — огромные каменные глыбы, наверняка составленные древними рабочими. Их-то ему и захотелось потревожить. Фундамент был сделан из кусков кремния, а такое скопление материала было верным признаком близкого захоронения.

Шесть лет двое людей искали то, в чём не были до конца уверены, боясь, что всё предприятие рухнет, и все шесть лет натыкались везде на одно и то же.

А всё произошло за несколько недель.

28 октября 1922 г. Картер уезжает в Луксор без Карнарвона — нанимать команду копателей.

1 ноября. Картер начинает новые раскопки в Долине царей. Начав в северо-западном углу могилы Рамзеса VI, он копает в юго-западном направлении, и траншея идёт прямо под основание кремниевых глыб, которые он открыл ранее.

4 ноября. Как обычно, Картер отправляется утром на муле к месту раскопок. Необычная тишина настораживает его. Прораб выскакивает навстречу: «Сэр, мы наткнулись на ступени, спускающиеся под скалу…»

5 ноября. После обеда открываются ещё четыре ступени. Без сомнения, они ведут к могиле, расположенной глубоко в скале. Не фараонова ли это усыпальница? Не разграблена ли? К вечеру очищают ещё двенадцать ступеней. Появляются мощные каменные двери. Печати на них изображают шакала и девять стилизованных пленников. Это печать Города мёртвых в Долине царей. Могила нетронута!

6 ноября. Вернувшись в Луксор, Картер отсылает телеграмму патрону — лорду Карнарвону в Англию: наконец-то сделали великое открытие в долине! Потрясающая могила с нетронутыми печатями! Вскроем с вашим прибытием. Поздравления.

8 ноября. Лорд Карнарвон посылает две телеграммы, одну за другой. Скоро прибуду, ждите в Александрии 20-го.

23 ноября. Лорд Карнарвон прибывает в Луксор с дочерью, леди Эвелин Герберт.

24 ноября. Вход в могилу очищается от многочисленного хлама и охраняется взводом египетских солдат. Проход открыт.

25 ноября. Печати сфотографированы и сняты. Открывается проход, ведущий вниз. Разбитые алебастровые сосуды и печати лежат вперемешку со строительным мусором. Такое ощущение, что могилу разгромили, а потом срочно опечатали.

26 ноября. В 9 м от первых ворот копатели натыкаются на следующее. Кроме городских печатей здесь ещё и личные — Тутанхамона с его подписью. Карнарвон первым обрёл дар речи.

— Вы… что-нибудь видите? — спросил он прерывающимся голосом.

— Да, — ответил Картер, — потрясающие вещи.

Их взорам предстали необыкновенно красивые и драгоценные вещи… И никаких следов мумии или гроба. Конечно, это было лишь прихожей.

Будучи дотошным археологом, Картер сделал подробное описание находок. Он снова заделал проход, выставил охрану и круглосуточное дежурство и заказал мощную дверь, которую привезли вскоре из Каира в Луксор на поезде. А потом, не веря до конца в надёжность этих мер, велел завалить всё мусором.

Лорд Карнарвон с дочерью уехали в Англию 4 декабря, чтобы, подготовившись, вернуться в Египет в феврале.

Картер между тем не терял времени даром, подбирая самых опытных экспертов. Нью-йоркский музей Метрополитен послал ему Гарри Бёртона, лучшего фотомастера и двух художников — Холла и Хаузера, чтобы сделать подробные зарисовки внутренних покоев, а также Артура Мейса, куратора по раскопкам. Предложил свою помощь Алан Гардинер, специалист по иероглифике. Старый друг Джеймс Брестед тоже не оказался в стороне. Алфред Льюкас, эксперт-химик, вызвался помочь. Прежде всего они пробили стену в прихожую, чтобы более детально, чем это было проделано 26 ноября, осмотреть внутренности комнаты. Тщательный осмотр печатей показал, что гробницу грабили. Но злоумышленникам удалось пробить небольшое отверстие в стене и стянуть немного. И вероятнее всего, это произошло вскоре после захоронения. Иначе сломанные печати не заменили бы новыми.

Долгое время находку хранили в тайне. Карнарвон представил лондонской «Таймс» единственное право освещать ход раскопок. Внимание всего мира было приковано к этой гробнице.

Однажды Картер нашёл глиняную табличку, которую занёс в списки находок, как и многие другие предметы. Через несколько дней Гардинер расшифровал значки. Надпись гласила: «Смерть раскинет свои крыла над тем, кто нарушит покой фараона». Ни Картер, ни Гардинер, никто из других учёных не придали значения этому проклятию, вернее, не восприняли его всерьёз. Они больше боялись, что египетские лаборанты и грузчики-копатели разнесут смысл слов по окрестностям. И табличка исчезла из коллекции. Но не из памяти тех, кто её нашёл.

Вскоре ещё одно проклятие было найдено, но уже в другой форме, на спине статуи: «Это я обратил в бегство грабителя пустыни пламенем пустыни. Я — защитник могилы Тутанхамона».

Эта магическая надпись была обнаружена в главном помещении захоронения, и прятать её не нужно было — копатели уже выполнили свою работу и ушли.

В отличие от других культур Востока семитского толка проклятия были редки в Древнем Египте. Они могли посылаться только одним человеком, первым после бога — фараоном. В записях о заговоре против Рамзеса III сообщается, что, прежде чем умереть, обвиняемые были прокляты, и это снимало с них защиту бога. Существовал обычай выцарапывать имя осуждённого на глиняной табличке и затем стирать его…

Таблички с проклятиями — такие как та, что исчезла из могилы Тутанхамона, — все без исключения называют богов главными инициаторами проклятий: Осириса-Сокара, великого бога, повелителя Абидоса; Изиды, великой богини. Когда инспектор управления древностей Египта А. Энгельбах вскрыл могилу в средней пирамиде, он нашёл табличку в прихожей, на ней была надпись: «Дух смерти обовьёт шею грабителя и свернёт её, как гусиную». В табличке упоминалось о духе только одного человека, однако чиновник обнаружил в прихожей два тела. Одно — мумифицированное, другое — нет. Оно-то и было жертвой проклятия: грабитель был убит камнем, упавшим с потолка как раз в тот момент, когда он протянул руку к сокровищам. Камень упал не случайно, а в результате приведения в действие технического устройства, на которые жрецы были большие мастера.

Но об этом ни Картер, ни лорд Карнарвон не знали. 17 февраля 1923 г. они готовились войти в главную комнату — усыпальницу Тутанхамона. Никто из двадцати человек, собравшихся перед дверями могилы, не знал, найдут ли они самую важную мумию, и тем более никто не мог допустить, что тринадцать из них вскоре сами умрут.

Картер так описал то, что случилось потом: «Был назначен день 17 февраля, и к двум часам все приглашённые на церемонию собрались наверху Присутствовали: лорд Карнарвон и леди Эвелин Герберт, Г.Е. Абд-эль-Халим, паша Сулейман — министр общественных работ, Пьер Лакау — генеральный директор департамента древностей, сэр Уильям Гарстин, сэр Чарлз Каст, мистер Литто, куратор египетского отдела музея Метрополитен, профессор Брестед, доктор Алан Гардинер, мистер Уинлок, Мервин Герберт, Ричард Бетелл, Энгельбах — шеф-инспектор отдела древностей, а также представитель правительственного пресс-бюро и члены команды, всего около 20 человек».