Добавлю: и пророческой.
…Первый раз я осознал, что мне предстоит увидеть, за сутки до матча на предыгровой тренировке «Зенита». Поднял голову, обвел глазами синие трибуны красавца-стадиона City of Manchester – и душа затрепетала от мысли, что завтра наша команда сыграет в финале Кубка УЕФА, что она – фаворит, и мне выпало счастье на этом матче быть.
Тогда-то я и понял, что сокрушением «Баварии» жить больше нельзя.
За день до матча на пресс-конференции Адвоката спросили:
– Вас не беспокоит, что в Манчестер по прогнозам должно приехать до 150 тысяч шотландцев, и «Рейнджерс» фактически будет играть на своем поле?
Услышав этот вопрос, всегда серьезный тренер, который, как мне кажется, своей «генералистостью» специально эпатирует публику, вдруг улыбнулся. Хитро подмигнул забитому до отказа пресс-залу. И выдал:
– Зато нас поддерживают 150 миллионов россиян!
Журналисты оценили экспромт. Я слушал Адвоката и вспоминал слова Кержакова о другом голландце, Хиддинке. Нынешний форвард «Динамо», тогда еще игравший в сборной, рассуждал:
«Когда смотришь на тренера за несколько часов до начала домашнего матча с Англией, а он ни ногти не грызет, ни на мрачную тучу походить не собирается, зато с кем-то шутит, на какие-то вопросы журналистов отвечает, футболистам подмигивает, то понимаешь, что тренер может вести себя так раскованно, только когда уверен в своей команде».
Адвокат вел себя точно так же.
Свое счастье «Зенит» выгрызал зубами. Впрочем, могло ли быть по-другому против скалоподобных шотландцев? Для них это было гораздо большее, чем очередной матч. Чтобы понять это, достаточно было видеть после финального свистка страшное от горя, с застывшими, казалось, навсегда глазами лицо капитана «рейнджеров» Барри Фергюсона.
«Это ваш шанс. Это ваше время. Станьте легендой». Баннер, от содержания которого пробирало насквозь, вывесили на своей трибуне фанаты «Рейнджерс». Шотландия до такой же степени не привыкла видеть своих кумиров в еврокубковых финалах, как и Россия. И, заполонив собою Манчестер, откуда до Глазго не более трех часов езды на поезде, несла и несла на центральные площади к большим экранам сотни надувных Кубков УЕФА.
Легендой можно становиться по-разному. Горцы решили это сделать, встав вдевятером в своей штрафной. И не стоило их за это корить. Каждый идет к большой победе своей дорогой, и та вязкая, неасфальтированная трасса, которую избрал «Рейнджерс», довела этот клуб до финала.
Эта тактика долго срабатывала. «Зенит» вяз в практицизме Уолтера Смита, как в болотах, на которых когда-то был построен Питер. И не было этому видно конца и края. А тут еще и шведский судья не поставил на исходе первого тайма пенальти в ворота шотландцев после игры рукой.
После перерыва стало еще тяжелее: «Рейнджерс» вдруг стал опасно огрызаться. И тоже мог получить право на пенальти, когда мяч попал в предплечье Денисова. Вот как она поворачивается, судьба – сначала из-за человека могли назначить 11-метровый в наши ворота, а потом он же с фантастического паса Аршавина забил главный гол своей жизни.
А гол Зырянова на последней добавленной минуте был словно окончательной визой футбольного бога на протоколе матча. Эта команда не могла выиграть финал с минимальным счетом!
Накануне финала Адвокат сделал важное признание моему тогдашнему коллеге по «Спорт-Экспрессу» Максиму Ляпину: «Для меня это пик карьеры».
Такие люди, как Дик, не склонные к пафосу, подобными признаниями не бросаются.
Тем более – не после победы, а до того, как матч начался.
И вот, передав спустя полчаса после матча оперативный комментарий в газету, я поспешил в смешанную зону. И увидел, что прямо навстречу, направляясь на пресс-конференцию, идет Адвокат.
Такой совершенно детской улыбки на лице Маленького Генерала я не видел никогда. В эти минуты он сбросил с себя к чертовой бабушке весь свой «генеральский» имидж, всю свою фирменную суровость, к которой мы так привыкли во время игр «Зенита».
Адвокат был просто по-мальчишески счастлив. Вдумайтесь: человек на седьмом десятке лет завоевал свой первый клубный европейский трофей. Наверное, он покрутил бы пальцем у виска, если бы 5—10 годами ранее ему сказали, что он сделает это с командой из России.
Столкнувшись с тренером в коридоре стадиона, я не стал ни о чем его на ходу спрашивать. Просто сказал ему то, что чувствовал в тот момент: «Это было потрясающе!» Он подмигнул: а вы, мол, как хотели?
Порой наш любитель футбола заставляет себя (а иногда даже и не заставляет) переживать в Европе за команды только по факту того, что они представляют Россию. За «Зенит» же, мне кажется, болелось легко и естественно. Потому что он – играл в футбол. Да, были и фантастическое терпение, и заоблачная самоотдача, и каторжный труд. И все же на безоговорочном первом месте было удовольствие, которое команда Адвоката получала от своей игры сама и дарила его трибунам. В этом и заключается соль этой победы.
– Наверное, никогда не забуду, как я кубок поцеловал во время награждения. Кайфанул!
Произнеся это не самое идеальное с точки зрения русского языка, зато такое понятное и передающее эмоции слово, молодой Файзулин вспомнил все еще раз и счастливо засмеялся. Да все, кто видел эту зимне-весеннюю кампанию «Зенита» на стадионах и телеэкранах, «кайфанули» не меньше вашего, Виктор!
И «кайфанули» не только от результата, но, убежден, в первую очередь от осознания одной невероятной еще недавно вещи. Адвокату надо поставить прижизненный памятник на Дворцовой площади хотя бы за то, что он избавил не только «Зенит», но во многом и весь российский футбол от комплекса неполноценности. До весны 2008-го мы были твердо уверены, что россияне нынешнего поколения в Европе не могут одновременно побеждать и играть вдохновенно. Отдельные люди вроде Аршавина – да, могут, и то в зависимости от того, с какой ноги встали. Но чтобы целые команды!..
Теперь же все шесть голов «Зенита» в ответном полуфинале с «Баварией» и финале с «Рейнджерс» забили российские футболисты: по два раза – Погребняк и Зырянов, по одному – Файзулин и Денисов. А суперпас, во многом решивший исход финала, оказался на счету Аршавина.
После финала Кубка УЕФА возникло чувство, которого в российском футболе не было давным-давно: мы – можем! И возможно, без него, этого чувства, и бронза чемпионата Европы оказалась бы невозможной.
Уже ночью в отеле Marriott общительный второй тренер «Зенита» Кор Пот рассказал мне, что вскоре после пресс-конференции с поздравлениями Адвокату позвонил не кто иной, как Владимир Путин. На следующее утро сам Адвокат подтвердил этот факт моему коллеге Максиму Ляпину, тогда как вечером после финала эта информация никуда не распространилась. Что лишний раз говорит о нелюбви Адвоката к саморекламе.
Тренер остался верен себе. Когда бригада журналистов «Спорт-Экспресса» около двух часов ночи с неимоверными усилиями (дорожное движение в Манчестере было практически парализовано) все же добралась до отеля в Уорсли, у игроков веселье было в самом разгаре, а Адвокат… ушел спать.
В 2008 году слово «Зенит» узнали все в мире, кто неравнодушен к футболу. И тысячу раз прав Адвокат, сказавший по поводу присвоенного ему позже титула почетного жителя Санкт-Петербурга, что с его помощью город на берегах Невы оказался внесен на футбольную карту Европы.
* * *
Подготовка к Euro началась с мини-скандала. К уже обнародованному в день финала Кубка УЕФА списку 25 кандидатов на поездку в Австрию и Швейцарию штаб сборной вознамерился добавить Игоря Денисова – автора победного гола «Зенита» в ворота «Рейнджерс». Но на звонок Бородюка, совершенный в присутствии и по инициативе Хиддинка, молодой полузащитник ответил чем-то весьма резким. Видимо, будучи обиженным на то, что его фамилии не значилось в первоначальном списке…
Потом Денисов одумается, приедет в Москву и принесет штабу сборной извинения. Это откроет ему дорогу в сборную после европейского первенства. Но уже – не до него. Когда мы будем разговаривать с Хиддинком через несколько дней, то поднимем эту тему.
– Вам не кажется, что обе стороны не обошлись в этой истории без ошибок?
– Нет. Очень хорошо, что Денисов позвонил и проявил желание встретиться с нами. Но никаких ошибок, считаю, мы не сделали. Единственной причиной поговорить с нами футболист назвал сожаление о принятом ранее решении.
Каждый человек волен принимать решение, которое может мне не нравиться, но на которое он имеет полное право. Однако если ты озвучил решение, а затем пожалел о нем, сказав самому себе: «Господи, что я наделал!» – ты позвонишь спустя полдня или по крайней мере день. Он позвонил через пять дней. В таких обстоятельствах я не могу поменять стратегию отбора заявки на чемпионат, которую уже принял. Поэтому я рассудил: последняя реакция Денисова на случившееся пусть хороша, но запоздала, чтобы он мог принять участие в Euro. Я уже не мог сделать шаг назад.
