Четыре защитника вышли в составе сборной России уже в Румынии. Ни к чему хорошему все это не привело. Тогда, видимо, голландец и решил, будучи уверенным в правильности самой модели, что нужно поменять исполнителей. В результате в контрольных матчах с Казахстаном и Сербией налево в оборону был переведен из полузащиты Жирков. Сенсационное это решение бурно обсуждалось и большинством специалистов осуждалось. Но сам Жирков сменил позицию без малейших признаков недовольства, что лишний раз говорило и о хорошей атмосфере в команде, и о том, что она управляема тренерами. Значит, Хиддинк, Бородюк и Корнеев находят понимание у футболистов, штаб может объяснить им, что, меняя позиции, ими не затыкают дыры, а делают это в интересах команды.
Жирков на позиции левого защитника станет там одним из главных открытий и попадет в символическую сборную турнира…
Накануне начала первенства я поговорил с болельщиками из числа творческой интеллигенции. С такими людьми в преддверии больших событий разговаривать интереснее всего: образное мышление и прекрасно поставленная речь позволяют им сочно формулировать то, о чем думают, на что надеются и чего боятся миллионы. Одним из основных был вопрос о главном тренере.
– Как вы отнеслись к приходу Хиддинка, и изменилось ли ваше отношение к нему за те два года, что он руководит сборной?
Михаил Ефремов, актер:
– Хиддинк – хороший дядька, поэтому, конечно, отнесся положительно. Отношение же никак не изменилось, потому что каким он был в момент прихода в сборную, таким и остался. За это время он не проявил какие-то неожиданно противные или, наоборот, сверхгениальные качества. Он абсолютно реальный человек, и в этом его сила!
Появление Семака не стало для меня неожиданностью, хотя я, если честно, ожидал Титова (смеется). Давно шли разговоры, что нам нужен «дядька». Это признал и Хиддинк, показав тем самым, что он реалист. Когда он говорит, что не читает газет – уверен, лукавит. Все он слышит, все знает и понимает. Думаю, от него мы дождемся еще много подарков. Он свободный, веселый человек! А футбол – это игра. Хиддинк – по сути своей мальчишка. Это же клево!
Сергей Мигицко, актер:
– У меня к Гусу двоякое отношение. В первую очередь, конечно, позитивное. Я видел все его команды, и они, включая Австралию, показывали хорошую игру. Кроме того, Хиддинк – очень обаятельный, позитивный дядька. Он не надутый, за ним стоит какой-то оптимизм человеческий. И мне это качество в людях всегда нравилось. Мы не слишком хорошо знакомы – пару раз пожимали друг другу руки. Но интуитивно чувствую, что этот позитив, который исходит от него, может помочь сборной.
Что же смущает? То, что за два года сборная не очень сильно прибавила в игре. Тем не менее знаю одно: мы должны уметь ждать. С годами – в спорте ли, в искусстве ли – я все больше понимаю, что скоропалительного результата не бывает нигде. Нужно потерпеть!
Александр Розенбаум, музыкант, поэт:
– У меня нет персонального отношения к Хиддинку, потому что я не вижу никаких кардинальных изменений. Сегодня во всех клубах в мире много иностранных игроков и тренеров, так что мы пытаемся играть по международным правилам. Поэтому сам факт прихода иностранного тренера в сборную России меня совершенно не расстраивает: без разницы, откуда он – главное, чтобы работал хорошо. И вот, посмотрев на Адвоката (а до того – на Петржелу в начальной стадии его деятельности), я увидел явный прогресс «Зенита». В игре сборной не вижу ничего резко отличающегося от прошлого. Единственное – моральное состояние, которое у нынешней сборной гораздо лучше. Но это обеспечил не Хиддинк, а Россия. Адвокат живет командой, работает с ней каждый день. Хиддинк же в России бывает наездами.
Его успехи в прежних командах – Кореи, Австралии, – конечно, вызывают уважение. Но на Euro-2008 мы вышли только благодаря Господу Богу. Что будет на самом первенстве? Надежда – опять же на Господа Бога и его избранника Хиддинка. Потому что ничего конкретного и сильного в профессиональном плане я пока у него не увидел.
Александр Шаганов, поэт:
– У меня к нему ровное отношение. Его появление хорошо с той точки зрения, что в сборной должны работать специалисты, которые по-настоящему проявили себя на международном уровне. Еще Петр I учился у голландских и немецких мастеров. В концовке отборочного цикла Хиддинк доказал, что ему действительно везет, и надеюсь, что на Euro-2008 это везение голландцу не откажет. А не забей хорваты третий мяч, может, он бы уже со сборной и не работал. Хотелось бы, чтобы задел прочности был у него более основательный. Хотя зависит это не только от него, но и от игроков.
Человеческий позитив, профессиональная настороженность – так можно было суммировать эти оценки. Спустя три недели от этой настороженности не останется и следа.
* * *
В канун матча с Испанией на стадионе «Тиволи» в Инсбруке была назначена пресс-конференция Хиддинка и Семака. Перед тем как главный тренер и капитан на нее поехали, у выхода из отеля произошел показательный для Хиддинка эпизод. Момент выхода нашего дуэта из гостиницы начал снимать фотокор Александр Федоров, но это отчего-то вызвало нервную реакцию охраны, начавшей закрывать объектив ладонью. И тут Хиддинк, хорошо знающий Федорова, счел своим долгом вмешаться, жестко заявив охранникам: «Что вы делаете! Человек работает, не мешайте ему!» Более того, потом не направился сразу к машине, которая должна была отвезти его на пресс-конференцию, а подошел к главному секьюрити, приставленному к сборной от австрийской стороны, и сделал ему внушение на тот же счет.
Уважение к собственному труду начинается с уважения к труду других людей, и голландец это отлично знал. И пусть до матча с испанцами к тому моменту оставалось чуть больше суток, тренер посчитал нужным обратить внимание на такую, казалось бы, мелочь.
И не только на нее. Появившись в зале для пресс-конференции и заняв свое место, Хиддинк пожаловался организаторам: «Здесь темно, я не вижу людей. А мне всегда нужно видеть лица людей, на вопросы которых отвечаю».
Большей частью голландец отвечал на вопросы серьезно. Но однажды проявил чувство юмора, лишний раз доказав, что ни о какой нервозности в его поведении и речи быть не может. Произошло это после того, как Семак в ответ на вопрос о том, как ему работается с Хиддинком, сказал:
– Надо отдать должное Гусу Хиддинку за тот микроклимат, который царит в команде. Он не зависит ни от каких источников извне, мы не испытываем прессинга, никто со стороны на нас не давит.
Тут тренер под хохот заполненного зала вставил ремарку:
– Хорошо говорит. Завтра будет играть.
Еще об одной характерной для Гуса веселой истории рассказал мне руководитель российской делегации, а в прошлом – капитан сборной Виктор Онопко.
– Как-то я стоял в спортивных трусах на сборе в Германии, и Хиддинк заметил: «О, какие у тебя ноги мощные!» А нашему менеджеру Николаю Игумнову, наоборот, сказал, что у того ноги худые. Николай Михайлович за словом в карман не полез: мол, худые-то худые, но человек я выносливый и пробегу тысячу метров за три минуты. Гус не поверил, они поспорили. И Игумнов пробежал.
– На что спорили-то?
– На бутылку – то ли шампанского, то ли красного вина. Журналисты это видели, кто-то даже на камеру снимал.
Когда надо – Хиддинк смеется сам и вызывает смех у других. Когда надо – становится сверхсерьезен и «впрягается» за людей, им уважаемых и честно делающих свою работу. Таким он был всегда – таким остался и на чемпионате Европы. Где нередко нервозность и ответственность накрывает людей с головой.
…Признаюсь честно: такого волнения, как перед этой беседой, состоявшейся в баре отеля Der Krallerhof в Леоганге перед самым стартом турнира, не испытывал давно. Вроде бы откуда ему, волнению этому, взяться – интервью у известных людей в мире спорта регулярно брал уже почти 20 лет, с Хиддинком постоянно общался два последних года. Контакт искать не надо, навык, казалось бы, доведен до автоматизма.
Но о каком автоматизме может идти речь, когда отсчет времени до первого матча сборной России на Euro-2008 шел уже на часы? Вот она, природа этого удивительного волнения перед интервью – предвкушение самого турнира, первого за многие годы, на котором у нас были основания на что-то надеяться. А потому и разговор обязан был получиться живым, неформальным, настоящим! Но способен ли на него человек, который уже погрузился в супертурнир с его безумным давлением? Не выйдет ли подделки, суррогата – вот что беспокоило меня больше всего.
Хиддинк удовлетворил интерес сполна. Представьте только: беседа меньше чем за сутки до старта Euro-2008 и за четыре дня до первого матча российской сборной, начавшаяся в 23.00, продолжалась 1 час 37 минут! Не было ни одной темы, от которой голландец ушел – или же нервно на нее отреагировал. Диалог его увлек, и, выкурив за время разговора две сигары и выпив две чашки капучино, он сделал целый ряд признаний, которых от него слышать прежде не доводилось.
