несколько раз повторяет одни и те же движения.
Значит, он следит за ним не в реальном времени, а в записи! Значит, Кощей перехитрил его и уже давно не сидит у себя в кабинете!
Но где же он тогда?
И тут за спиной у Боба раздался насмешливый хрипловатый голос:
– Ку-ку!
Боб медленно повернулся и увидел у себя за спиной худого лысого старика. Впрочем, он уже не был стариком. Подтянутый, гибкий, Кощей казался теперь человеком без возраста.
– Сюрприз! – проговорил он, хищно ухмыляясь. – Картина называется «Не ждали»!
– Да уж! – пропыхтел Боб. – Как ты сюда попал?
– Глупый вопрос. Если есть дверь, ее всегда можно открыть. Надо только выбрать правильную. Мои подручные выбрали неправильную, а я не стал повторять их ошибку. – Кощей достал плоский черный пистолет, направил его на Боба и процедил: – Мне некогда с тобой разговаривать. Сейчас ты отдашь мне счеты, и я уйду.
Боб тяжело поднялся из кресла, в руке его появился какой-то плоский прямоугольный предмет, немного похожий на пульт от телевизора. Он нажал на кнопку, из «пульта» вылетели два провода и полетели в сторону Кощея… Но тот с непостижимой ловкостью отскочил в сторону, и провода ударились в металлический корпус принтера.
Раздался громкий хлопок, в комнате запахло озоном, и Боб без чувств повалился на пол.
– Дистанционный электрошокер – хорошая вещь, – проговорил Кощей, подойдя к Бобу и пнув его ногой, – но с ним нужно уметь грамотно обращаться. Если провода попадут в металлический предмет, прибор может закоротить и разряд попадет в хозяина… – Он огляделся и добавил: – И кто же теперь мне скажет, где лежат артефакты?
В это время дверь комнаты открылась, и на пороге появилась Надежда Николаевна.
– Боб, что у тебя тут… – начала она, но увидела новую диспозицию – лежащего на полу без сознания Боба и склонившегося над ним Кощея – и воскликнула:
– Что вы с ним сделали?!
– Ничего с ним не случится, – ответил Кощей. – Во всяком случае, если вы мне отдадите счеты.
– Какие еще счеты? – Надежда изобразила удивление.
– Вот только не надо придуриваться! Вы прекрасно знаете, о каких счетах идет речь. А если вы их не отдадите – вашему другу придется плохо… очень плохо.
– Да никакой он мне не друг! – фыркнула Надежда Николаевна. – Вы думаете, я могу дружить с таким толстым и неопрятным типом? Да и возраст… мы с ним слишком отличаемся. Он для меня просто инопланетянин.
– Сдается, что вы пытаетесь меня одурачить. Впрочем, неважно. Так или иначе, я своего добьюсь. Садитесь вот сюда! – Он кивнул на компьютерное кресло.
Надежда поняла, что лучше сесть, иначе злодей может Боба и убить.
Кощей достал из кармана серебряный кулон на цепочке и начал его раскачивать, приговаривая монотонным голосом:
– Раз, два, три… ваши веки тяжелеют…
«Он хочет меня загипнотизировать, – поняла Надежда Николаевна. – Он же не знает, что я не поддаюсь гипнозу… значит, нужно воспользоваться его заблуждением».
Это правда: так уж был устроен организм Надежды Николаевны, что загипнотизировать ее не удавалось никому.
– Четыре, пять, шесть… ваши руки и ноги словно наливаются свинцом… вы видите только этот раскачивающийся кулон, слышите только мой голос… вы слышите только мой голос и выполняете все, что я вам прикажу…
Серебряный кулон ритмично раскачивался – вправо-влево, вправо-влево. Голос Кощея звучал монотонно, завораживающе, убедительно:
– Семь, восемь, девять… вы полностью подчинены моей власти, моему голосу, и послушно исполняете мои приказы. Сейчас вы подниметесь и принесете мне счеты…
И Надежда Николаевна действительно поднялась, как автомат, и медленно двинулась к двери, тщательно следя, чтобы походка ее выглядела деревянной.
– Вы полностью подчинены моей власти! – повторил Кощей, не сводя с нее пристального взгляда.
Надежда подошла к двери, открыла ее, но не вышла из комнаты, а огляделась и взяла со стоявшего рядом стола отвертку.
Кощей опасливо взглянул на нее и на всякий случай повторил:
– Полностью в моей власти!
Надежда медленными автоматическими движениями повернула дверь торцом к себе, подцепила отверткой полоску пластика, которым был отделан торец, оторвала эту полоску…
Под ней обнаружилась полость – тайник Боба, из которой торчал кончик веревки. Надежда потянула за нее и вытащила из двери пластиковый пакет, в который были упакованы счеты.
Затем шагнула назад, к Кощею… и споткнулась, задев ногой за электрошокер, потерянный Бобом.
«Что я делаю? – промелькнула мысль в ее голове. – Почему я ему подчиняюсь? Я ведь не поддаюсь гипнозу!»
– Вот они! – торжествуя, проговорил Кощей. – Годы поисков закончились победой! Теперь в моих руках вся сила и власть могущественных артефактов! – Он шагнул к Надежде и протянул руки к счетам. – Весь мир у моих ног!..
– Нет еще! – оборвала его Надежда и с размаху опустила на голову Кощея счеты с совами.
– Как… что… почему… – пробормотал он, схватившись за голову. – Вы не можете… вы полностью в моей власти…
– Как бы не так! – Она наклонилась, подхватила с пола электрошокер и направила на Кощея.
– Не делайте этого! – раздался вдруг из угла комнаты странно знакомый властный голос. – Не двигайтесь!
Надежда ощутила странную слабость. Ее тело не принадлежало ей, она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Только глаза вращались, окидывая комнату удивленным взглядом.
Она увидела Кощея, который стоял совершенно неподвижно в нелепой позе, приподняв одну ногу и протянув руки к счетам, а еще странное темное облачко, клубившееся в углу комнаты. Вот оно начало расти и сгущаться. В комнате запахло увядшими цветами…
И Надежда вспомнила, где и когда слышала этот властный, чуть хрипловатый голос.
Она слышала его, когда прошла квест в библиотеке имени Томмазо Кампанеллы и получила право задать один-единственный вопрос. Этот самый голос звучал тогда из темноты.
Вот и сейчас он звучал из темноты – из разрастающегося сгустка тьмы, заполнившего уже большую часть комнаты…
– Все три артефакта наконец собраны вместе. Но еще не пришло время набрать на них Магическое Число, в котором заключена тайна и власть Всеобщего Уравнения. Я заберу артефакты и сохраню их до лучших времен…
Сгусток тьмы легко коснулся неподвижно стоящего посреди комнаты Кощея – и поглотил счеты, которые тот держал в руках.
Потом край облачка дотянулся до Надежды, прикоснулся к ней – и счеты, которые держала она, тоже исчезли, поглощенные тьмой.
– Вы очень мне помогли, – проговорил голос. – Просите, чего хотите!
Надежда Николаевна почувствовала, что снова может двигаться, облегченно выдохнула, размяла затекшие руки и тут спохватилась:
– Да мне самой ничего не нужно, но вот счеты… я понимаю, они не должны попасть в случайные руки. Но вообще-то они не мои – одни счеты
