раз все обсудить.
- Сева, ты не понял, - произнесла я. – Я поеду к себе домой. Без тебя.
- Аня?..
- Что? Мне нужно успокоиться. А ты меня бесишь.
- Ты собралась в одиночку ночевать в пустой квартире?
- Почему же в одиночку? – усмехнулась я. – Со мной будет призрачный медведь. Как показывает практика, с этим стражем мне действительно нечего бояться.
- А до квартиры как доберешься? На автобусе?
- Да. А потом на лифте.
- Аня, прекрати! Тебя сегодня похитили и чуть не убили. Ты правда хочешь отправиться одна на другой конец города и провести ночь в компании деревянной чуры в ничем не защищенном здании? Думаешь, если у Вадима не получилось порвать тебе горло в гостинице, он не попытается это сделать в другом месте?
- Я буду собрана, осторожна, не стану лезть на рожон и доверять незнакомцам. Ты удивишься, Репьевский, но в компании чуры мне не страшно. Вот совсем. А ты правда бесишь. Поэтому в твоем обществе я не хочу задерживаться ни минуты.
Лицо Всеволода застыло.
Я проскользнула мимо него и твердым шагом направилась к черному ходу – переодеться и забрать сумку с ключами и обильным телефоном.
- Аня, подожди! – Федя догнал меня у самой двери. – Я отвезу тебя домой. Ехать на автобусе сегодня действительно не разумно.
ГЛАВА 11
- Зря ты с ним так. Он по тебе с ума сходит, а ты ему – бесишь.
Я молча отвернулась к окну. Машина мягко выехала на главный городской проспект.
- Серьезно, Аня, - продолжил Полевой, поворачивая руль. – Сева никак не мог предотвратить твое похищение и выручить никак не мог. Самойлов ловко подгадал время своей диверсии. Надо же, метки не испугался. Волчара…
Я тихо вздохнула.
- Федя, дело вовсе не в помощи и не в Вадиме. Дело в обмане. Честное слово, я не понимаю, зачем Сева врал про охрану.
- Чтобы ты не дергалась от каждого звука.
- Да я бы и так не дергалась! У меня есть чура, и я отлично могу за себя постоять. Я говорю о том, что Сева изначально представил себя этаким героем-хранителем. Помнишь нашу с ним первую встречу в музее? Он тогда долго распинался про защиту, которую мне обеспечат его люди. Про страшных оборотней и незавидную долю одинокой анатари. А как дело коснулось реальной опасности, его просто не оказалось рядом.
- Считаешь, он в этом действительно виноват?
Я пожала плечами.
- Все это – не более чем стечение обстоятельств, - уверенно сказал лис. – Мерзких и страшных обстоятельств, но не более того. Что до разговора в музее, то лжи там было не так уж много. Во-первых, наблюдение за тобой Репьевский все же организовал, во-вторых, по мере сил оберегал и от своих сумасшедших родственников, и от любопытных оборотней. И да, вспомни, дорогая Анюта, с каким настроением ты встретила Всеволода Ивановича в Сокровищах и легендах. Если мне не изменяет память, ты послала и его, и артефакты Фурта куда подальше.
- И только обещание спасти от своих мохнатых друзей повлияло на мое отношение к Репьевскому и его проблемам, - кивнула ему.
Короче, хитрил и недоговаривал Севушка всегда, с самого начала нашего знакомства. Сперва задержал в своем лесном доме, потом привлек к себе обещаниями, затем чувствами…
Интересно, а чувства-то были настоящие? Или тоже корректированные схемами и расчетами? А ведь Федя меня предупреждал. Говорил, чтобы была внимательнее и во всем Репьевскому не доверяла.
Впрочем, сам Полевой явно считает, что разозлилась я безосновательно и что маленькие медвежьи хитрости ничего особенного в себе не несут.
А мне обидно. До соплей. Это как считать, что живешь в неприступной крепости, а потом выяснить, что ее стены сделаны из соломы, и в случае опасности рассчитывать нужно только на себя. А раз так, то крепость мне теперь ни к чему. Сгодится любой штакетник, ага. Главное, чтобы чура всегда была на месте.
- Возвращаться к Репьевскому не планируешь? – поинтересовался Федор.
- Не знаю, - пожала плечами. – Сегодня точно нет. Мне нужно успокоиться и подумать. Расставаться с ним пока не планирую, если ты об этом. Нас связывает слишком много, чтобы просто разойтись.
Да он и не отпустит.
- А как же свадьба?
- Какая свадьба, Федя? Это событие гипотетическое. Никому неизвестно случится ли оно вообще.
Мне показалось, что на лице Полевого мелькнула слабая усмешка.
Он проводил меня до самой квартиры.
- Если хочешь, я могу побыть с тобой.
- Федя, давай на чистоту, - я попыталась улыбнуться. – Если бы мне до сих пор грозила опасность, я бы уже сидела у Репьевского дома под десятью замками. Они ни за что не стал бы потворствовать моим обидам и уж точно не отпустил ночевать одну. Вывод: ничего страшного в ближайшее время не случится. Или квартира нашпигована следящими устройствами не хуже личных вещей, и каждый мой шаг будет у Севы перед глазами.
Полевой фыркнул.
- Милые бранятся, только тешатся, - пробормотал он. – Отдыхай, Анюта. Если станет страшно, звони. Приеду и буду сторожить твой сон.
Я хихикнула. Федя немного замешкался, а потом наклонился и легко чмокнул меня в нос.
- Все будет хорошо, - тихо сказал он. – Ты мне веришь?
Вместо ответа я подалась вперед и порывисто его обняла. Федор тут же сжал меня в крепких объятиях.
- Спасибо, - прошептала я.
- За что? – голос мужчины был тих и удивительно мелодичен.
- За то, что спас от погони. За то, что ты всегда рядом.
Приподнялась на цыпочки и нежно коснулась губами его щеки. Полевой осторожно провел рукой по моим волосам.
- Все для вас, моя королева.
***
Дома было тихо и пыльно. Я бросила сумку и пакет с фестивальным нарядом в прихожей, пошла в кухню. Отыскала в одном из шкафчиков початую бутылку коньяка, который обычно добавляла в сироп для домашних тортов. Плеснула немного в чайную чашку, залпом выпила. Истерика после стрессовой ситуации всегда накрывает меня с большой задержкой, а потому лучше расслабиться сразу и не ждать, когда поднимется волна ужаса и дрожи.
Горло опалило огнем, однако слабый мандраж, зародившийся внутри после того, как закрылась входная дверь, почти сразу отступил.
Я налила еще немного коньяка и пошла в комнату. За окном начало темнеть, но включать свет почему-то
