воде каменных ступеней немного скинула темп, все же здесь было светлее, отступил приступ паники. И услышала:
– Стоять, Громова, куда разбежалась?
Вета застыла на месте. Вообразить невозможно, но она совсем забыла про Артура, даже не задавалась вопросом, ждет он или ушел. Нет, была уверена, что ушел. И теперь ощущала легкую досаду, ведь ей нужно бежать, бежать!
Гарин в два прыжка поднялся от воды, встал на ее пути. Лицо недоброе, напряженное и чуточку испуганное. Спросил:
– Что ты там изображала, а? Я отсюда словно кино глянул, до которого мы так и не дошли. Ручонками махала, на месте подпрыгивала, будто впрямь с кем-то разговаривала…
– Я и разговаривала. Просто мой собеседник стоял за кустами, ты его не видел.
– И куда он делся, собеседник, окопался под кустом до утра? Слушай, а ты вообще у психиатра не наблюдаешься? Это многое бы объяснило.
Вета молчала и мысленно составляла самый краткий маршрут до дома. А Артур все не унимался:
– Давай я тебе серьезно скажу, Громова: если хочешь меня заинтересовать, то не надо придумывать всякую чушь. Я и так, если ты не в курсе, заинтересован. А такие штуки меня могут только оттолкнуть, да и любого нормального парня…
От возмущения Вета даже забыла свои тревоги, всплеснула руками и завопила:
– Ты что, Гарин, подумал, что это ради тебя, что ли? Ну, просто слов нет! Я считала, что ты умный парень и не воображаешь себя центром вселенной. Значит, правильно говорил Боря Шварц: не будь у тебя такой внешности, никто бы в твою сторону и не посмотрел!
Даже в туманной полутьме было заметно, как побелел Артур, опасно и хищно заострились его скулы. А голос напугал Вету разбавленной в нем яростью:
– Ну, Громова, если ты Шварца выбрала в эксперты по отношениям с парнями, то плохо твое дело. Так тебе и мыкаться одной. А Борьке я завтра уши поотрываю, чтобы свои глубокие мысли при себе держал. Все, бывай!
И зашагал к другим парковым воротам, что рядом с дворцом. В первый момент у Веты кольнуло в груди, как в прежние времена, когда Гарин исчезал из ее поля зрения. Но она тут же взяла себя в руки, потрясла хорошенько головой, отгоняя второстепенные мысли. Нужно мчаться домой, звать на подмогу воспитанников, уходить самой, пока не попалась на глаза старику-демону. А с Артуром пусть потом Ирис разбирается.
Она тронулась с места в направлении Карпина моста, но вросла пятками в дорожку, когда из темноты до нее донеслось глухое жуткое рычание. От деревьев по другую сторону парковой дорожки отделилась нечто черное, кудлатое, медленно двинулось в ее сторону.
– Песик, ты чего, голодный? – жалобно забормотала Вета, отступая по ступеням вниз, к воде. – У меня нет еды, но можно, к примеру, выйти в город, к магазину. Куплю тебе вкусную косточку, нет, вырезку, хочешь?
Огромный пес на эти посулы не купился. Весь его вид говорил о том, что закусить он планирует здесь и сейчас. Но самое худшее – пес оказался не один, за ним следовали и другие особи помельче, припадали на лапы, тянули вперед морды, скалили зубы. Они враз выстроились полукругом на каменной площадке, оставив девочке только один путь – в воду. Вета оглянулась, заметила, как дают деру от берега даже вездесущие утки. Хуже всего была мысль о том, что собаки умеют плавать!
Но откуда взялась собачья банда в обихоженном парке, где полно охраны? Громова пригляделась внимательней, ей показалось, что поведение косматого вожака отличается от прочих. Если остальные псы бесновались и ждали сигнала о нападении, то он стоял спокойно, смотрел Вете в глаза и как будто усмехался. Глумился над ней, как только люди умеют. Сердце укатилось в пятки – так может, он и есть человек? Воспитанник?
Вета отступила еще чуточку, ступни зависли над темной водой пруда. А пес сделал стремительное движение вперед, опустил мощные лапы сразу на середину лестницы. Девочка ощущала смрад из его пасти, от тихого рычания вибрировали ее внутренности.
«Пантера внутри меня! – пришла спасительная мысль. – Вот кто должен помочь! Эй, давай же вылезай, защити меня! Ну хоть рыкни, чтобы я знала, что ты рядом!»
Ничего не произошло, только морда пса стала еще более издевательской. Кажется, призрачная пантера отлучилась по делам или не находила нужным вмешиваться. Может, оценила шансы и решила, что быстрая смерть будет для ее хозяйки лучшим выходом?
«Мне конец» – словно бы вспыхнула неоновая надпись перед глазами.
Сзади раздался плеск, Громова не успела оглянуться, как кто-то схватил ее за лодыжку и стянул в воду так стремительно, что она чудом не расшиблась о ступени и даже не успела завопить. Ее сразу утянули под воду, чья-то рука прихлопнула рот и нос, наступила темнота…
Очнулась она на берегу, саднило горло и грудь. Арлан рядом на траве деловито стягивал с нее ботинки. Вета рывком села и закричала:
– Что случилось? Где собаки?
– Не ори, остались на том берегу, – сообщил парень. – Сюда не сунутся, здесь за оградой совсем рядом люди, машины.
– Но ведь это были не собаки, верно?
– Обычные шавки, не трусь. Вот их вожак – да, точно не пес.
– Воспитанник?
Арлан глянул на нее пристально, пожал плечами.
– Смотрю, ты многое знаешь. Не в курсе, он или нет, некогда было знакомиться. Хорошо, что я увидел с моста, как тебя окружают. Нырнул и подплыл под водой.
– Спасибо, – проклацала зубами Громова. – Я страшно перепугалась. Думала, все, мне не спастись. Ведь даже… – тут она сообразила, что про пантеру болтать не стоит.
– Ты молчи, береги силы, тебе еще до дома добираться, – парень насухо обтер ей ступни колючей осокой. – Лучше сними всю одежду и хорошенько выжми. Я отвернусь.
Вета так и сделала, но сперва все же спряталась за куст. Стянула куртку, свитер и джинсы, крутила и трясла изо всех сил, уже понимая, что устранить следы катастрофы не удастся. И если ее снова увидят в таком виде родители… подумать страшно.
Лезть обратно в мокрую одежду оказалось делом трудным и противным. Но она справилась, напоследок подняла выпавший из кармана джинсов мобильник, попробовала оживить, печально посмотрела на темное табло. Все складывалось из рук вон плохо. И вернулась к Арлану, который обеими руками отжимал брюки прямо на себе.
– Не знаешь способа, как нам высушиться? – на всякий случай спросила его Вета.
Парень постучал ладонями по своим бокам, окатил девочку градом брызг, ухмыльнулся:
– Прости, забыл дома волшебную палочку. Ладно, давай двигаться к городу, на ходу согреешься.
– А собаки? – напряглась Громова.
– Не думаю, что
