— Вовсе нет, — учтиво запротестовал Говард. — Мы обсуждали ход расследования.
— Ясно. Мадам, у нас, кажется, назначена встреча?
— Неужели? Что-то не… — начала было Лавиния, но, увидев выражение лица Тобиаса, поспешно закрыла рот. Желая скрыть неловкость, она изобразила нечто вроде приветливой улыбки, подобающей, по ее мнению, истинному профессионалу. Не стоит, чтобы клиент догадывался о неприязни, питаемой к нему одним из партнеров!
— Да, разумеется. Встреча. Совершенно ускользнуло из памяти. Говард, надеюсь, вы нас извините. У нас с мистером Марчем неотложные вопросы по вашему делу.
— Разумеется. — Говард окинул Тобиаса непроницаемым взором и направился к выходу. — Надеюсь как можно скорее получить ваш отчет с положительными результатами.
Тобиас молчал, пока не раздался стук входной двери. Только тогда он обернулся к Лавинии. Медленно пересек кабинет, уперся обеими ладонями в стол и пронзил ее взглядом, от которого у бедняжки мороз пошел по коже.
— Я требую, — начал он таким же ледяным, как взгляд, голосом, — чтобы ты дала мне слово никогда не оставаться наедине с Хадсоном.
— Извини, но почему…
Лавиния, не успев договорить, тихо вскрикнула: Тобиас, обогнув стол, одним рывком поднял ее со стула.
— Как вы смеете, сэр? Немедленно отпустите меня!
— Твое слово, Лавиния.
— Но почему я должна давать такие идиотские обещания? — пролепетала она. — Ты прекрасно знаешь, что Говард — старый друг. Старый, добрый друг.
— Я ему не верю. Кто знает, что ему в голову взбредет!
— Говард — истинный джентльмен.
— И вполне возможно, убийца.
— Ни за что не поверю!
— Даже если Хадсон и не убивал свою жену, мне не нравится, как он смотрит на тебя.
Лавиния уже приготовилась дать достойный отпор, но при мысли о том, как странно чувствовала себя в присутствии Говарда, словно затягивавшего ее в глубины своего бездонного взгляда, сочла за лучшее промолчать. Честно говоря, ей самой не слишком хотелось оставаться наедине с Говардом, хотя она не совсем понимала почему.
— Обещай мне, Лавиния.
— Ну ладно, ладно, — неохотно пробормотала она. — Если при этом ты поставишь меня на ноги и прекратишь вести себя таким нелепым образом, я клянусь не оставаться наедине с Говардом. Все последующие беседы с ним будут проходить только в присутствии третьего лица. Рад?
— Не совсем. Я был бы поистине счастлив, если бы ты отказалась от дела и никогда больше не виделась с Хадсоном. Но поскольку этому не суждено случиться, приходится довольствоваться полумерами.
— Да, да, даю слово.
Он отпустил ее.
— Хватит с меня этих глупостей! — прошипела она, приглаживая волосы и отряхивая юбки. — У нас полно работы.
Тобиас наблюдал на ней со странным, мрачным выражением.
— Я кое-что узнал от Крекенберна, — сообщил он наконец. — Похоже, те джентльмены из Бата, о которых упоминала Селеста, лишились драгоценных украшений.
— Антикварных? — вскинулась Лавиния.
— Нет. Ничто не указывает на то, что они были старыми. Просто очень дорогими. Серьги с бриллиантами и колье с жемчугом и Изумрудами.
— Господи Боже! — Лавиния опустилась на стул. — Значит, Селеста и вправду воровка! Но если она крала в основном украшения, почему взялась за древности? Не понимаю.
— Прекрасный вопрос, тем более что у воров существует строгое разделение по специальностям. Но пока это не так важно. Дело в том, что информация позволяет нам взглянуть на случившееся с другой точки зрения.
— То есть?
— Подозреваю, что Хадсон и его жена вместе вели семейный бизнес, если можно так выразиться.
— Что?! — возмутилась Лавиния. — Ты обвиняешь Говарда в краже драгоценностей?
— По моему мнению, это вполне вероятно.
— Сначала ты не задумываешься поставить на нем клеймо убийцы, а теперь еще и грабителя? Какова наглость! Позвольте сказать, сэр, что в этом случае вы позволяете своим чувствам затмить здравый смысл!
— Но я прав, — мягко возразил он. — Если Селеста и Говард были заодно, это идеальный мотив для убийства.
— Грабители что-то не поделили? Думаешь, Говард задушил ее не потому, что она изменила ему с другим, а потому, что попробовала присвоить себе браслет? Чушь! — презрительно фыркнула Лавиния. — Я отказываюсь даже думать о нем как об убийце!
Тобиас ничего не ответил. Только внимательно уставился на нее.
— Ну? — нахмурилась она. — Опять что-то не так?
— Не могу не отметить, что ты не спешишь защищать Хадсона от обвинения в воровстве.
Лавиния вздохнула и поудобнее устроилась на стуле.
— Насчет украденных в Бате драгоценностей. Это точно?
— Доказательств у меня нет, но информация Крекенберна всегда надежна.
Лавиния принялась рассеянно играть с пером, вынуждая себя беспристрастно рассмотреть факты.
— Должна признать, что, если Селеста поставила дело на такую широкую ногу, вряд ли Говард ничего не подозревал.
— Скорее, сам был активным участником.
— Если так, зачем рисковать, нанимая нас?
— Он не собирался нанимать нас. Он хотел нанять тебя. И сделал это только потому, что жаждет заполучить браслет. — Тобиас нахмурился. — В любом случае он вряд ли считает, что идет на такой уж риск.
— Это почему?
— Подумай, Лавиния. Он ведь не отправился на Боу-стрит, чтобы найти детектива, так? Пришел к тебе, старой знакомой, сохранившей о нем добрые воспоминания, драгоценному другу, которому в голову не пришло бы, что Хадсон виновен в убийстве или воровстве.
Лавиния поморщилась и осторожно положила перо на подставку.
— Я все еще не убеждена. Вполне возможно, существуют другие объяснения убийства и похищения. Бедный Говард.
— И не говори. Бедный Говард! — иронически хмыкнул Тобиас. — До чего же ему не повезло! Получить в придачу к тебе такую злобную тварь, как я!
Глава 19
Мрачное настроение Тобиаса отнюдь не улучшилось с приходом домой, когда, зайдя в кабинет, он обнаружил там развалившегося на стуле Энтони. На письменном столе рядом с ним стоял уже съеденный на четверть холодный пирог с лососиной и картофелем. Остаткам грозило такое же быстрое исчезновение во рту обжоры.
— Раз ты здесь, значит, получил для меня полезную информацию, не так ли?
Тобиас уселся и с наслаждением вытянул ноги.
— Нашел камердинера?
— Нет еще, — промямлил Энтони, пытаясь говорить с набитым ртом. Наспех проглотив очередной кусок, он отложил вилку и принялся упорно рассматривать носки начищенных сапог. — Соседи говорят, что Фитч много времени проводит за игорными столами, с тех пор как лишился места. Завтра снова к нему пойду.
— Время не ждет — на тот случай, если еще не заметил, — проворчал Тобиас, барабаня пальцами по столешнице. — Он мне нужен как можно скорее.
