«Вот гад!» — подумал он о Хромове, а Сазан, где то в районе паха, злорадно захихикал.
***
Кокур, движимый желанием помирить кузнеца Вакко с легкомысленной Мави, посчитал, что письмо Тилешко, несмотря на его абсурдность, хороший повод, чтобы добиться данной цели. Так как ни Тилешко, ни его жирный кот со странным именем «сеньор Команчо» летать не умели, да и сам Кокур не сильно рвался в полёт, то самым разумным оказалось движение пешком. Плот, которым пользовался Тилешко и кот, безвозвратно удрал после встречи с вестником Аскероном, а чтобы связать другой не имелось верёвки и инструмента, чтобы срубить дерево.
Нельзя сказать, что путешествие по суше комфортнее передвижения по реке, в чем сразу убедился сеньор Команчо, несмотря на его нелюбовь к воде. Если на плоту единственную неприятность доставляли брызги воды, то теперь приходилось топать за Тилешко, на плече которого сидел Кокур и великодушно просвещал его о нравах в королевском доме. Следует заметить, что сам Кокур почерпнул эти знания из рассказов Мави, а так как королю Багиле она приходилась дочерью, то можно сказать, что из первых уст.
Сначала дорога радовала глаз, так как вдоль берегов тянулась песчаная мель, но дальше местность изменилась, и заросшие берега рассекали бесконечные ручьи, впадающие в реку Раннивер. Дальше от берега тянулись озёра, а вся эта местность называлась Длинные Болота.
Сюда, в летнюю жару, приплывали стогогоны, которые заготавливали камыш и сплавляли его ниже, где мочили, трепали, а потом выделывали плетёные мешки, коврики, и вываривали грубую круглую бумагу.
Постоянных жителей здесь не находилось, так как местность в изобилии населяли комары и другие виды летающих тварей, безжалостно кусавших всё, что движется.
Когда наступил вечер, Тилешко наломал сухого камыша, чтобы подстелить под себя, и спокойно улёгся, предаваясь сну праведника, несмотря на то, что комары не оставили его в покое.
Кокур не поленился и взлетел на самую верхушку ближайшего дерева, полагая, что там он находится вне опасности, в особенности от кота со странным именем «сеньор Команчо». Вышеназванный кот устроился на пустом животе Тилешко, так как найти что-либо съедобное им не удалось, а последняя корочка хлеба ещё вчера исчезла в пасти кота. Потоптавшись немного на животе, Команчо решил, что пища сама не придёт и покинул тёплое, но голодное место в поисках чего-либо, имеющего вкус мяса.
Чтобы не замочить свои лапы, сеньор Команчо не стал переходить ручей, несмотря на то, что оттуда несло пищей, а направил свои стопы вдоль ручья, удаляясь от берега реки. Запах другой пищи уводил его всё дальше и дальше от их стоянки. Наконец он достиг той точки, где пища сводила его с ума, и Команчо принялся рыскать вокруг, разыскивая добычу.
Соблазнительный запах шёл от дырки в земле, и сеньор Команчо, не раздумывая, нырнул туда, глотая слюнки. Несмотря на свою способность видеть в темноте, кот ничего вокруг не заметил, кроме серой пелены, окружавшей его со всех сторон.
— Сеньор Команчо? — спросил сдержанный голос и кот, насторожившись, произнёс: — Да!
— Следуйте за мной, — сообщил удаляющийся голос и Команчо пошёл за ним.
Свет постепенно увеличивался, и перед сеньором Команчо предстал голубой зал, освещённый свечами. В конце зала на троне сидел король, который, при виде сеньора Команчо привстал и вышел вперёд.
— Король Багила, — сказал толстячок в короне из маланхита, пожимая лапу коту.
— Сеньор Команчо, — представился кот, не находя странным то, что его приветствует сам король. Вдоль стен стояли важные сеньоры, сеньоры и сеньориты, лица которых, если внимательно присмотреться, отчаянно смахивали на морды котов, но данное обстоятельство сеньор Команчо отнёс к «аберрации», – именно такое слово называл Тилешко, когда что-то неясно видел. Данных слов Тилешко набрался, когда служил пажом у молодого герцога и вместе с ним бывал на занятиях, которые проводил старый герцог, но вот писать и читать так и не научился.
Не успел кот обменяться хоть парой слов с королём, как в зал вошла девушка в изумрудно-зелёном платье, на голове которой красовалась маленькая корона из маланхита, украшенная жёлтым металлом по контуру.
— Принцесса Маурасави, — представил король. Кот шаркнул лапами и припал мордой к её ручке.
— Сеньор Команчо, — выразительно сообщил он, глядя в зелёные глаза принцессы.
— Мне приятно вас видеть, — сообщила принцесса и сжала лапу кота, — у вас такая мягкая рука.
Слаженно и волшебно заиграли невидимые музыканты. Принцесса повела сеньора Команчо в круг и закружила с ним по залу. За принцессой завертелись другие пары, мелькая кошачьими рожами и хвостами, а музыка, не останавливаясь, ускорила свой ритм, так что огни свечей слились в сплошное пламя.
— Поцелуй меня, котик, — сказала принцесса, щекоча сеньора Команчо усами, возникшими на девичьих щеках. Кот, очарованный просьбой принцессы, не сдержался и поцеловал.
В тот же миг музыка замолкла, а все танцующие испытующе уставились на сеньора Команчо и принцессу.
— Как джентльмен вы должны на ней жениться, — сообщил, надуваясь, король Багила, а остановившиеся пары зашелестели: « … жениться… жениться…»
— Я не против, — сказал сеньор Команчо и все одобрительно загудели.
— Кто может сказать слово против? — грозно спросил король Багила, окидывая взглядом своих подданных, которые недоуменно переглядывались, точно искали того, кто посмеет перечить королю.
— Я! — воскликнул звонкий голос, который показался сеньору Команчо странно знакомым.
— Выйди вперёд и скажи своё слово, — грозно произнёс король, оглядываясь по сторонам.
— Я! — повторил голос и вперёд вышел Кокур в офицерском костюме и треуголке на голове.
— Говори, если есть что сказать, иначе тебя ждёт смерть, — произнёс король Багила, а принцесса Мави задрожала.
— Он хотят сожрать принцессу в брачную ночь, — сообщил Кокур, глядя в глаза сеньору Команчо, который, возмущённый сказанным, повернулся к принцессе, чтобы возразить. Неожиданно для себя сеньор Команчо увидел, что принцесса похожа на Кокура, а когда она открыла свой клюв, то совсем оцепенел.
— Сладкая моя, — сказал сеньор Команчо, чтобы оправдаться и потянул свои лапы к голове принцессы. Когти сами собой выскочили из пазух и впились в горло принцессы, а кот оторопело повторял: — …Сладкая моя…
— Оставь её на десерт, — посоветовал тихий голос сбоку и сеньор Команча увидел Тилешко, который стоял рядом с королём. Тут же середина зала очистилась, и появились столы, полные пищи, отчего у кота потекла слюна. Все уселись за столы и уставились в сеньора Команчо, который, не сдерживая себя, схватил птичью ножку и сунул в пасть.
