Церковь имела одну необычную особенность: она была вписана в имеющееся пространство площади, поэтому не сориентирована по сторонам света, как требовал религиозный канон. При строительстве церкви архитектор Дмитренко победил православного Дмитренко.
По ходу нашего движения на углу Тираспольской и Старопортофранковской – могучий дом в стиле модерн. В нём – просто в квартирах! – проходили занятия Нархоза в послевоенное время, когда наша мама начинала в нём учиться. Дом солидный, квартиры и комнаты большие, это как-то «укладывается в голове». Но в начале Колонтаевской мы видим очень скромный четырёхэтажный дом буквально на четыре окна по фасаду. И в этом доме тоже были занятия Нархоза. Это уже совершенно поразительно!
Переходим на чётную сторону Старопортофранковской. Здесь, как мы уже дважды отмечали, сплошная череда «казённых домов».
Начнём с домов «мещанских». Одновременно с храмом и рядом с ним заложили строительство большого инвалидного дома для одесских мещан. Рядом возвели ещё одно здание, где разместились канцелярия мещанской управы и училище для детей бедных мещан. Содержать училище предполагалось за счёт доходов, получаемых от отданных в наём торговых лавок, устроенных на первом этаже.
Мещанское сословие в имперской России теоретически имело права на некоторое самоуправление, но фактически это право осуществлялось исключительно в Петербурге, Москве и, как видим, в Одессе – только тут функционировали мещанские общества: вели обширную просветительскую и благотворительную деятельность, строили церкви. Одесский Мещанский храм разрушили в 1930-е – и не ясно, восстановят ли. А вот три «мещанских здания» благополучно дожили до наших дней. Их занимает Южноукраинский национальный педагогический университет имени К. Д. Ушинского.
Пора поговорить об этом ВУЗе. Герой классического еврейского анекдота последовательно женился на двух сёстрах по очень уважительной причине: первая жена умерла. Желая смягчить печальное известие о кончине второй жены, он сформулировал его для тестя и тёщи следующим образом:
– Вы, конечно, будете смеяться, но Сара тоже умерла.
Кстати, теоретики межэтнических отношений утверждают: многие анекдоты евреи сами придумывают о себе, создавая своеобразный громоотвод для/от антисемитизма.
Так вот, «вы, конечно, будете смеяться», но наш – в просторечии – «Педин» начинает свою родословную со 2-го мая 1817-го года. Как известно, в этот день Указом ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА (все большие буквы – как в тексте Указа) утверждён Устав Ришельевского Лицея. Мы уже рассказывали про это своеобразное учебное заведение. Но – в связи с Педином – дополнительно укажем следующее:
Лицей состоял из четырёх учреждений. Первые три класса представляли подготовительное училище: чтение, письмо, начальные знания по арифметике и религии. Ничего выдающегося – правда, чтение и письмо на русском, греческом, итальянском, немецком и французском языках. Далее пять лет собственно лицея: снова языки, а также словесность, география, математика, физика, танцы, фехтование и военное дело. Что-то очень похожее на программу Царскосельского лицея.
Затем было два высших дополнительных училища или факультета (всего по два года каждый): правоведение и политэкономия или коммерческие науки и бухгалтерия. И, наконец, был тот самый Педагогический институт, от которого ведёт отсчет наш Южноукраинский университет. Выпускники его оставались в лицее: сначала надзирателями (нехорошее слово, скажем лучше – воспитателями), а затем – адъюнктами профессоров (тоже неясное слово, скажем лучше – помощниками – или, ещё лучше – заместителями профессоров).
За свою длинную историю институт подготовил около 100 000 педагогов – невероятное число. Настоящая «изюминка» – то, что в институте готовили преподавателей физкультуры, причём отбирали хороших спортсменов. Так что на вступительных экзаменах абитуриенты сдавали, например, плавание. В результате только на Олимпийских играх и только золотых медалей студенты и выпускники Педина получили 22.
Мы ещё немного расскажем о Педине около его главного корпуса, а пока пару слов о библиотеке. Сейчас она занимает здание бывшего мещанского инвалидного дома. Судя по его внешнему виду, одесские мещане были небедные и нежадные.
Библиотека организована в 1922-м году и к началу Великой Отечественной войны насчитывала около 230 тысяч книг. С началом войны самые ценные книги вместе с Педином эвакуированы в Майкоп. Однако из-за продвижения врага на Северный Кавказ институт из Адыгеи эвакуировали в Байрам-Али в Туркмении. При этом транспорт с библиотекой попал под бомбёжку и все книги погибли. В эвакуации удалось собрать в библиотеку только 6000 книг – они стали основой возрождения её фондов после войны. При этом по доброй традиции пополнение идёт не только централизовано, но и передачей литературы из частных библиотек, включая книги из библиотеки професора Александра Яковлевича Бардаха – сына микробиолога Якова Юлиевича Бардаха, о котором мы уже рассказывали. Сейчас в библиотеке около 400 000 экземпляров монографий и учебников по педагогике, психологии, искусству, физике, математике и другим областям знаний, по которым в Педине готовят педагогов.
Продолжаем поход по Старопортофранковской. Для полноты картины отметим: в тылу зданий Педина на улице Мечникова расположено Мореходное училище № 3 – оно готовит матросов и мотористов и входит в состав… Одесской Юридической Академии.
Кстати, до Педина здание по Старопортофранковской, № 34 занимало ещё одно Морское училище – оно готовило коков, то есть морских поваров. На память об этом остались якоря у входа. Рядом – на Старопортофранковской, № 32 – серый шотландский замок – правда, только двухэтажный. Это бывшее шестиклассное девичье училище, ныне – средняя школа.
Ещё одно высшее учебное заведение расположено тут же – на улице Ленинградской, разделяющей здания № 32 и № 34 по Старопортофранковской. Это Христианский Гуманитарно-Экономический Открытый Университет. Если заглянуть на сайт[68], то можно ожидать, что Университет – с таким количеством факультетов, специальностей и даже Теологической Академией в своём составе – должен занимать громадный комплекс зданий. В действительности всё скромнее…
Продолжаем движение по Старопортофранковской. № 28 – один из корпусов Одесской Академии Строительства и Архитектуры (бывший «Ночлежный дом барона Масса»). Поскольку главный комплекс расположен чуть дальше – на улице Дидрихсона, даже более насыщенной учебными заведениями, чем Старопортофранковская, отложим рассказ о Строительном.
