она последнее слово по-русски. — Поднимайся на крышу, подхалим. Сигареты Гур точно захватил. Впервые вижу человека, который столько пьёт и курит… — пробормотала она последние слова, а я вскочил со своего места и с большим энтузиазмом отправился на крышу.
У меня уже два дня уши пухли от отсутствия сигарет. Даже мои личные запасы полутора ящиков риака не спасали от желания покурить, а совсем наоборот — усиливали. Хотя совсем недавно я почти не вспоминал о сигаретах. Благо, я теперь могу просто вусмерть закуриться и используя бесконечное количество жизней пересесть в другой «автомобиль».
Не пользуясь лифтом, я поднялся на крышу прямо в домашней одежде — белых штанах, футболке и тапочках. Возле гружёного дракона Гура работали мужчина и женщина по имени Орант и Тайи — те самые военные — и супруга всадника-добытчика. Вояки обернулись и сдержанно поприветствовали меня кивками. До сих пор ко мне относятся с опаской. Ханэи со снисхождением окинула мой вид взглядом, а Гур поднял приветственно руку.
— Здравого утра, Алк. Мне тут без тебя не справиться, — сказал он и кивнул на здоровый кейс возле себя. — Это аккумуляторы для турелей. Их нужно вдвоём аккуратно унести на склад.
— Весёлая у тебя ночка была, — буркнул я и махнул на кейс. — Тяжёлый что ли?
— Да. Без духовности никак.
Я уточнил у него насчёт курева, и он подтвердил, что нашёл одну упаковку моей редкой отравы. В этом мире сигареты никогда не были популярны. Их недолгий пик популярности был лет сто назад, а в современности их потребляли только редкие ценители.
Правда, сейчас этих ценителей навряд ли много осталось. Но мне пока хватит, и это главное. В местном «блоке» двадцать четыре пачки — на месяц, думаю, растяну. Поэтому я на радостях я принялся с энтузиазмом помогать.
Имея духовную силу в достаточном объёме, только нам было под силу аккуратно перемещать почти двести кило аккумуляторов, без необходимости вскрывать защитный кейс. Они собираются в скором времени запустить мобильные «автоматические» пулеметы внизу вокруг здания, чтобы не подпускать ни зомби, ни гопников. А уже потом можно зачистить все остальные этажи, где до сих пор орудуют мои коллеги.
— А чего вы раньше не зачистили этажи? — спросил я жреца, когда мы поставили кейс на склад.
— Пытались. Но как только я начинал уничтожать мертвецов в большом количестве, к этому месту начинали стремиться измененные. А вот они уже опасны, даже для нас. Обычный рьяк им не соперник, — покачал он головой.
— А вроде сильной собачкой выглядит, — улыбнулся я.
— Из боевых — это самый слабый дух. Кстати, как твой датарохский? — спросил Гур на иврите, а я стал скрипеть мозгами.
— Ра-э — подумав, произнёс я, что вроде означало «паршивый».
— Ну, прогресс есть, — улыбаясь, подмигнул он и, по-дружески приобняв меня через плечо, повёл на выход со склада.
Что замечательно, Гуд и Ханэи совершенно не боятся со мной телесно контактировать. С их слов, из-за концентрации духовной силы, на них не повлияет даже прямой укус зомбака. А вот военная парочка от меня шугается постоянно, несмотря на то, что мы находимся на безопасной высоте.
— Я вот что подумал, уважаемый Алк. Нам бы сегодня тебя потренировать выпускать духовность вне тела, ну и заодно разучишь простенькую способность развеивать чужих духов, — добавил жрец, от чего я вскинул брови.
— А как же медицинские процедуры? И твой сон? Ты всю ночь бороздил просторы города.
— Твои процедуры только вечером, тогда и я пойду отдыхать, — махнул он рукой. — Ты на пару дней выпадешь в предмирье, заодно там и попрактикуешься выплёскивать духовность наружу. А я к тебе буду захаживать, призывать рьяка для практики.
А вот это было занимательно предложение. Все без исключения коренные датарохцы с малых лет могут выходить в межмирье. А ещё туда можно выходить коллективно, если делать это недалеко друг от друга. То есть, когда Гур отправится туда, он будет засыпать возле меня или хотя бы в соседней комнате. Это очень интересно. Я ещё никогда не играл в «мультиплеер» на песках.
Мы договорились через час начать тренировку. Я забрал сигареты в комнату, вдоволь накурился, слегка бухнул под несколько аккордов на гитаре и отправился на этаж выше.
Жрецы хотели поселить меня ближе к себе, но я отказался из уважения к страхам военных. Хотя какой там уважение… Это скорее из-за моего опасения. Чернявый мужик готов меня убить, каждый раз, когда я поднимаюсь к ним на этаж.
Нервный он какой-то, этот Орант… И зенки у него подлые. Глядишь, так и нож в спину всадит. Так что ну его в задницу. По такому случаю мы даже медицинскую комнату оборудовали на «моём» этаже.
С медицинскими процедурами тоже не всё так гладко. Рабочее оборудование в этом городе было, а вот с медикаментами пришлось попотеть. Попотеть Гуру. Он ради них и пролетал весь день и всю ночь. Пришлось лететь в соседний город, где на сегодняшнюю радость, или несчастье, он их всё-таки обнаружил. Причём полный список из четырёх позиций. К вечеру буду помогать Ханэи готовить оборудование и медикаменты.
Когда я поднялся в зал для тренировок, — на самом деле, это просто зал для презентаций — то увидел Гура в свободных штанах и белой безрукавке. Он сидел на полу на небольшом коврике белого цвета и светил своими буграми мышц. От чего я даже удивился, так как думал, что только «скай-фай» броня его делает таким широким.
(Иллюстрация 15.2)
— А ты мощный, батяня, — усмехнулся я, садясь напротив него на аналогичный коврик.
Он, видимо, что-то не так понял, так округлил глаза.
— Ты знаешь, что у нас есть сын? — удивился он. — Хотя ожидать меньшего от посланника Ренниона не нужно, — ответил жрец за меня.
Я же сделал серьёзно-загадочный мёрдерфэйс и спросил:
— А чего сын не с вами, беглецами?
Гур отмахнулся, сказав, что сын по должности догнал родителей и даже работает тренером в военной школе. Преследоваться старейшинами он точно не будет.
На вопрос сколько же зелёному лет — тут уже я своё удивление не мог скрыть. Он оказался старше меня! А Гуру и Ханэи вообще по пятьдесят семь! Жесть! Я с бабушкой ворковал, как с молодухой! Всё! Мой мир окончательно и бесповоротно рухнул…
Из-за таких новостей
