и жрец сказал, что завтра заглянет. Правда, для меня там несколько дней времени пройдёт.
Ближе к вечеру к нам зашла Ханэи, вытолкала супруга спать, а мы отправились настраивать медицинское оборудование. Настроив медицинскую кушетку и аппарат жизнеобеспечения, мы загрузили синтетическую кровь для переливания, и тут начались некоторые проблемы.
Вместо нужного пакета комплексного антибиотика «Аль-Дэ-Би Один», Гур принёс целый ящик «Аль-Дэ-Би Одиннадцать». Никто не знал разницу между этими препаратами, а потому пришлось целый час «гуглить», можно ли использовать его как аналог. Для этого даже подключили к работе Тайи. Она-то, как уроженка Содружества, более-менее поняла терминологию и что препарат является аналогом, но более лучшим.
С нормальным расположением духа и душноты я наконец разделся по пояс и завалился на кушетку. Ханэи стала подключать забавные катетеры к рукам, груди и шее. Эти штуки в своей основе были трубками с микроскопическими проводами. Они доставляли как жидкость, так и электричество для питания катетеров, которые выполняли еще и роль дефибриллятора и датчиков, определяющие все возможные показатели организма.
Катетеры имели вид белых шайбочек, но при прикладывании на кожу и нажатии определенной кнопки голографического управления аппарата протыкали плоть сотней микроигл и хватались за сосуды. Оторвать эти штуки без команды аппарата нельзя. Точнее, можно, но только с мясом.
Отдельное устройство в виде колбочки цеплялось на мой откушенный крысямбой палец. Когда моё сердце забьется, через микроиглы туда начнёт поступать препарат «Ниграм-Эн». Насколько я понял, это что-то вроде гиперактивных синтезированных стволовых клеток, которые могут восстанавливать утраченные конечности.
Так что к концу лечения я буду не только живой, но и с моим ненаглядным посылательным агрегатом.
— Ну что ж, небесный дол…ёб, да пребудет с нами Реннион, — с торжественной улыбкой произнесла Ханэи, прежде чем запустить заготовленную программу реанимации.
— Не поминай мою профессию всуе! — возмутился я, но женщина уже нажала кнопку запуска, и меня стало резко клонить в сон.
Обычного человека вырубает моментально, в отличие от полудохлого трупа. Так что у меня было время провалиться в межмирье.
* * *
— Эх… Надеюсь, эта профессия не уйдёт в народ… — вздохнул я, сидя на песке пустыни. — Да ладно. По-фи-гу! — улыбнулся я и вскочил с места.
Настроение моё было на высоте, так как я скоро стану живым и вдоволь наслажусь куревом и бухлом. Наслажусь до поросячьего визга и висячего топора в воздухе. А ещё я на пути становления магом. Я, конечно, мечтал стать человеком-пауком, а потом «челпуком» и человеком-синяком, но да ладно. Крутое уличное колдунство тоже сойдёт!
С энтузиазмом я стал проводить тренировки с твилами, параллельно занимаясь скульптингом. И нужно с этим хорошо поднажать, пока у меня так много свободного времени.
По идее, за два дня реального времени, под присмотром жрецов, мой организм должен стать вполне живым. Если что-то пойдёт не так, я всегда смогу вернуться в новом теле и начать заново. Вот только я им не сказал, что так умею — пусть более бережно ко мне относятся! Ибо нех!
Навскидку, в межмирье я проведу чуть больше полторы недели. И то, это из-за того, что во сне время почти уравновешивается с реалом, так бы пришлось тут куковать минимум две недели.
Позанимавшись часов пять, я, как всегда, создал скульптуру Ванессы, стоящей передо мной в платье. Брынькнув шестиструнной гитарой, стал петь песни от Короля и Шута до ДДТ. Я чувствовал, что демоница за мной следит, и поэтому я не теряю надежду к ней подмазаться. Каким бы панком я ни был, но получать от неё по морде всё же неохота.
«Что-то ты молчишь сегодня, — подумал я, закончив песню 'Осень» Шевчука. Может, ей надо что-то нежно-брутального? — усмехнулся я и стал наигрывать мелодию Рамштайнов «Амур».
— Амур, амур… Алле воллен ну-ур дих земен… Амур, амур, ам эндэ… — продолжал я петь, стараясь делать это качественным и низким баритоном.
В конце песни я почувствовал приятное дуновение ветра, закончив петь, обернулся к стене и подмигнул предполагаемой слушательнице.
Ей по-любому понравилось. Будь она хоть трижды демоница — дамам такое нравится. Не зря же во времена института меня называли Казановым! Хе-хе-хе! Моя бывшая вдовушка жена вообще считалась самой красивой девкой во всех параллельных курсах. А всё благодаря моему большому багажу песен под гитарку. Да-да! Даже мои занятия в секции каратэ не приносили столько профита в виде юбок, как гитарные посиделки в компаниях с большим количеством алкоголя и пошлыми шуточками.
«Это что получается? Я из-за музыки и девок стал алкоголиком?» — задумался я, но сразу отбросил самокопание, так как меня, скорее всего, ждут.
Проиграв ещё пяток песен, я не ощутил ветерка и решил на сегодня закончить. Хорошенько потянувшись, создал себе мягкую кровать с ангельским одеялом и подушкой. Выкурив сигаретку и запив пивком, я заснул, словно хмельной ангелок на бархатистом облаке…
Глава 16
«Клубничка, сливки и дела»
Мне снился на удивление приятный сон. И это был именно сон, так как я не осознавал сна, но от того он как раз и был приятен. Хотя был приятен не только потому, что меня никто не мутузил и в спирте не топил, но и…
(Иллюстрация 16)
— Как же долго я ждала тебя, Макс, — с придыханием сказала Ванесса, сидя на мне сверху в чёрном купальнике.
Красноватое личико с кроваво-красными глазами, подведёнными чёрным макияжем, и пухлые серые губы просто будоражили. Я лежал на кровати, голый по пояс, и схватил демоницу за узкую талию.
— А я-то как долго ждал, — усмехнулся я. — Ты такая горячая, клубничка.
— Не горячее тебя, — промурлыкала она и, наклонившись, поцеловала меня.
Её чуть узкий и удлиненный язычок моментально скользнул по моим зубам, а у меня между ног образовался цементный столб, за который демоница ухватилась правой рукой через штаны.
— Какой большой… Нужно его подготовить… — жарко прошептала она, закинула руки за спину и расстегнула чёрный бюстгальтер, оголяя свои красные соски.
Всего мгновение, и мы уже полностью обнажённые. Схватив мой свинцовый член в руку, она спустилась ниже и, томно облизнувшись, погрузила его в свой ротик, обхватывая ствол губами.
Почему-то мой орган был очень большим, наверное, сантиметров тридцать, поэтому демоница не могла его погрузить в себя полностью, а лишь на половину.
Вампирские клыки слегка задевали, но неприятных ощущений не было. Наоборот, накрывшая волна демонической
