Читаем без скачивания Железный Феникс (СИ) - Виктор Котович

тактика! Потому что силы не бесконечные, а рыжему уроду от моего фейерверка ни тепло, ни холодно. Вон он — стоит, даже не шевелится, ржëт только. А всю работу за него неубиваемые ветки выполняют.

Но сама-то его туша не может быть неуязвимой, правда? По крайней мере, вероятность такая есть!

И как проверить? Близко к нему не подберëшься — ветки хлещут вокруг как самые настоящие розги. Потоком не поджаришь, потому что для этого надо хоть на секунду остановиться. А единичные атаки он попросту сбивает…

Перед глазами вспыхивает картина того, как Игор запускал в противников ледяные стрелы. Может, я тоже так сумею?

Сосредоточиться на бегу не получается, поэтому первый огненный «блин» выходит комом. И стрелы не стрелы, и вообще мимо — в притаившийся у стеночки, ещё даже не попорченный нашим сражением, шкаф. Тот радостно вспыхивает, добавляя и так вонючему воздуху новую порцию дыма.

Эма инстинктивно делает шаг в сторону. Пользуюсь мгновенной заминкой — и метаю в него что-то, действительно похожее на рой стрел.

По крайней мере, мне хочется думать о своëм поделии именно так.

Окружающие Эму хитиновые ветки настороже, но разобраться со всеми целями не успевают. Огненная капля шлёпает рыжему на гир. От такой подлости он взвывает, так, будто ему не костюм, а шкуру прижгло!

Работает⁈

Метаю новую порцию огненных дротиков, чтобы развить успех. И тут противник исчезает. В точности, как то чудище из донжона! За спиной грохает приземлившееся тело, и меня тут же сносит сокрушительным ударом. И сразу жмякает о стену! Хорошо, хоть успел сгруппироваться и защитить голову. Да и Максину на выносливость грех жаловаться.

Пытаюсь встать, буквально ощущая, как со спины подкрадывается обезумевший Эма с разящей конечностью наготове.

Внезапный вопль, почти визг, ввинчивается в уши. Взбадриваюсь так, что сразу забываю об травмах. Поворачиваюсь навстречу врагу — и замираю.

Картина маслом: Эма стоит рядом с обгоревшей дверью и держит на весу своими «ветками» трепыхающегося Ангвара. Который явно решил свинтить под шумок, пока рыжий меня колошматит. Не получилось.

Физиономию любимого родственника заливает кровь, под которой угадывается рваная рана. Других ран не видно, но медленно расплывающиеся пятна на бывшем когда-то светлым халате говорят сами за себя.

Ещё не хватало, чтобы Эма его прибил!

Ангвар должен сдохнуть, глядя мне в лицо. Как Николаич. Или хотя бы от моей руки. И дело не только в Вирре — ей-то уже всё равно, где бы она ни находилась. Дело в моём личном чувстве справедливости.

С моего места ясно видно, что новые конечности рыжего действительно растут прямо из его тела. Точнее — из спины.

Которой он — вот же придурок! — неосмотрительно повёрнут ко мне.

Пока Эма кошмарит Ангвара, подбираюсь поближе. И выдаю максимум: запускаю огненный шторм. От души! Ну а чего мелочиться-то? Надеюсь, я их обоих сейчас поджарю.

Пыхает так, что, наверное, по всему поместью посветлело. Вся комната тонет в адском пекле, даже меня самого пронимает. Хорошо, что гир хоть немного поглощает жар и в принципе не горит. Да и для меня собственная магия почти безвредна.

Мои глаза зажмурены и прикрыты предплечьем, но даже так их слепит. Слышно, как лопаются стёкла оконных проёмах, и освобождённая стихия рвётся наружу. Не представляю, как будет выглядеть комната, когда шторм утихнет…

Как ни странно, не так уж плохо, — понимаю, когда снова появляется возможность видеть. Огонь слизал всё, что могло гореть, но стены, пол и потолок пострадали не слишком. Видать, магия Иерарха их охраняет.

А вот чего не ожидаю, так это лицезреть стоящего на месте, как ни в чём не бывало, Эму. У него под ногами бесформенной кучей валяется целёхонький Ангвар, разве что кровищи натекло больше, и халат обгорел чуть сильнее. Устойчивость к огню? Плохо.

Растущие из спины Эмы ветки с сухим треском отваливаются и сыпятся вниз, рассыпаясь по пути хлопьями пепла. Значит, всё-таки горят, голубчики! Главное, задать нужную температуру.

Рыжий медленно поворачивается ко мне, полыхает взглядом горящих глаз. И валится на заляпанный сажей пол рядом со своим подельником.

Отлично. Сейчас проверю — вдруг кто-то из них всё ещё жив.

Подступаю ближе. Чëрный дым, мирно курящийся над телом Эмы, вдруг извивается хлыстом и щëлкает в воздухе. От неожиданности делаю шаг назад. А ожившая дымка вдруг оскаливается знакомой зубастой мордой. Только не говорите, что монстр из донжона превратился в призрака и явился по мою душу!

Тело монстра всë больше уплотняется, хоть и остаëтся полупрозрачным. Нет, это не та тварь, которую Игор пришпилил к полу ледяным копьëм. Это существо, хоть и очень похоже, раза в два меньше и наверняка более шустрое.

Тварь встаëт на лапы перед бесчувственным телом Эмы и распахивает зубастый рот. Ласточкой бросаюсь в сторону, лишь бы уйти с линии поражения звуковой волной. Вовремя! Уши всë равно закладывает, но общее состояние остаëтся прежним. За исключением отбитых локтей и коленей, разумеется!

Не успеваю подняться — тварь материализуется прямо надо мной. Радостно лязгает зубами. А огоньку не хочешь ли⁈

Уже запустив в неë пламенным снарядом соображаю, что оказал себе медвежью услугу. Мы ж не просто так с Игором еë собрата льдом забивали…

Но, против ожидания, существо на огненный урон реагирует как надо: яростно мотает опалëнной мордой и телепортируется куда подальше. Неудивительно, что захваченный этим монстром Эма так верещал, когда я его прижаривал.

Бодро подскакиваю с пола и поворачиваюсь к месту, куда переместилась тварь. Может, получится достать её снова? Метаю огненный сгусток — он безвредно растекается по полу, а существо тут же перемещается в пространстве. И снова мне за спину! Совпадение? Не думаю!

С полуоборота швыряю огонь в монстра. Он снова исчезает, а я тут же бросаю новый огненный «снежок» себе за спину. Наградой мне служит неистовый топот и последующий стук: подпалённый монстр врезается в стену, рассыпая вокруг пылающие искры.

Немедленно добавляю ещё жару. Тварь загорается. Юлой вертится на месте — и вдруг направляется ко мне. Будто понимает, что терять больше нечего. Плотный поток огня срывается с моих ладоней, встречая гадину на подходе и скрывая её от меня.

Не вижу противника всего мгновение — и тут же в бок вонзаются острые когти. Или зубы, кто их разберёт! Волшебная ткань гира трещит и рвётся, пострадавший участок будто обливает кипятком.

Сжимаю челюсти, чтоб не заорать, и, скорее рефлекторно, чем осознанно, взмахиваю рукой, отталкивая кусачую пакость. Бесполезно! Вцепилась намертво, хоть вместе с мясом отдирай!

Ладно. Держусь за её башку обеими руками и подключаюсь к Источнику. Пылай, зараза! Пламя наполняет каждую клетку монстрова организма, так, что его полупрозрачная плоть начинает светиться. Прибавляю жару, ощущая надсадую боль под ложечкой. Из ран в боку рвутся языки пламени. Они впитываются в тело противника и служат последней каплей.

Бах! Пепельный вихрь кружится вокруг меня, забивая глаза и нос. Тьфу, мерзость.

Торопливо прочихиваюсь и промаргиваюсь. Не хватало ещё схлопотать сейчас от какого-нибудь Эмы или Ангвара. Кто их знает, этих магов. У Максина вот отличная регенерация. Даже бок почти уже не болит.

Пытаюсь рассмотреть пострадавшее место получше, слегка наклоняюсь… И охаю от боли! Нет, пожалуй, моя регенерация не так хороша, как мне хотелось бы. Поэтому с оставшимися угрозами нужно разобраться как можно скорей.

Медленно, как столетний дед, доковыливаю до по-прежнему лежащего ничком Эмы. Кое-как склоняюсь и кладу руку на шею, чтобы проверить пульс. Я сейчас не в том состоянии, чтобы тратить энергию на мертвецов.

— Макс, нет! — в пустом помещении отзывается эхом женский вопль. В дверном проёме застыла Орлина, с ужасом взирающая на меня. Позади маячит хмурая и озабоченная Фати и куча незнакомых рож, подозреваю, что родственных.

Чёрт. Не успел. Их слишком много.

Под кожей на шее Эмы ощущается слабая пульсация. Всё-таки жив, сволочь. Брезгливо обтираю ладонь об свой замызганный кровью и копотью гир и, страдальчески морщась, разгибаюсь в полный рост.

Орлина вихрем врывается в комнату и бросается ко мне.

— Что произошло? — шёпотом спрашивает, с тревогой заглядывая в глаза. — Они пытались тебя убить?

Смотрю на суетящуюся женщину и не могу произнести ни слова. Безумная ночь, отвратительный день, смерть Вирры, сражение с Эмой и монстром из Бездны, ранение — ни на что больше сил уже