с собой поделать — уж больно ты милашка.
— Пф-ф-ф… Ну разумеется! Хорошо, что ты хотя бы в открытую это наконец признал! Надеюсь, до тебя вместе с этим дошло, как тебе повезло — ты не только сейчас вот так вот общаешься со мной, смотря на моё прекрасное тело в купальнике, за что уже многие бы отдали всё, что у них есть, но ещё и уже целых два раза занимался со мной этим самым… — под конец растеряла она всю свою показательную самоуверенность, смутившись.
— Да вообще, везёт — не то слово.
— Рада, что ты в конце концов осознал это… — не поняла она в этот раз моего очевидно, как мне казалось, сарказма.
И немного подумав, наконец вновь посмотрев в мою сторону своими красивыми голубыми глазами, она сделала несколько нерешительных шагов и села, как и я, на скамейку, но при этом выдержала между нами приличное такое расстояние.
А в следующий миг мы невероятно одновременно задали интересующие нас вопросы:
— Так зачем ты повёлся на его провокацию? — спросила она.
— Так какое тебе дело до моей разборки с ним? — спросил я.
Мы посмотрели друг другу в глаза и…
— Я первее спросила, я аристократка и к тому же я — девушка! — сразу же обозначила она свою позицию, не оставляя мне и шанса на хоть какую-то контраргументацию.
Конечно же, я мог бы на все эти её слова просто забить и ничего не отвечать, и вероятно так было бы правильнее, тем не менее… мне она понравилась. Да, вот так просто. Потрахался с ней два раза и уже готов чуть ли не откровенничать с ней.
Я простак? Ну, возможно, не отрицаю.
— Если кратко… потому что иначе было нельзя.
— С чего это? Ты мог спокойно принять его извинения, и на это бы всё закончилось. Если боялся, что он продолжит, мог бы принять помощь своего одноклассника, и тогда он бы уже вряд ли к тебе лез.
— Вот только это всё — не вариант. Ну, ты серьёзно думаешь, что он бы перестал бы лезть ко мне после вмешания одноклассника? Ты ведь слышала его позицию по поводу отношения ко мне рода Агнэс?
— Угу…
— Ну вот. По его мнению, я для них толком никто, и если со мной что-то произойдёт — их это особо волновать не будет, ведь при этом будет шанс нарушить отношения с другим родом. И всё из-за какого-то простолюдина. По крайней мере, так он думает. Ну а если отбросить мою связь с родом Агнэс, то для большинства я тут буду даже большим некем, чем другие простолюдины.
— Потому что у тебя вообще неразвит Дар…
— Ага. Короче, он бы вряд ли отстал. И предвидя твой вопрос: ни одноклассник, ни тем более Тосио в эти разборки вмешиваться бы не стали — даже не спрашивай почему — я всё равно не отвечу. А раз так, то либо он однажды бы меня так достал, что я всё равно сорвал бы на него, и всё вновь пришлось бы к этому, либо… сорвалась бы уже на него Карэн, и после этого об этом бы уже прознал весь род Агнэс, а после… после в это было бы втянуто слишком много непричастных людей.
— Ты сейчас ведь про родовую войну?.. Ты хочешь сказать, что род Агнэс из-за тебя бы на такое пошёл? Ты врёшь…
— Да думай, как знаешь, — отмахнулся я. — Я рассказываю, как есть. Верить или нет — дело исключительно твоё. Доказывать тебе что-либо я не хочу, да и смысла этого никакого не несёт.
— Громкие слова для какого-то простолюдина… — хмыкнула она, вновь отвернувшись от меня и мило задрав носик.
А я, не обращая на это внимание, продолжил:
— Ну вот. Это что касается развития событий с этим отпрыском рода Картер. А если же предположить, что, с чего-то вдруг, он всё же решил от меня отстать, прислушавшись к предупреждению от моего одноклассника, то… на его месте почти наверняка тут же бы появился другой такой же мерзкий «умник». Так что спокойной жизни мне было бы не видать в любом случае, если бы я просто решил терпеть это.
— А теперь, думаешь, будет лучше? — задала она явно риторический вопрос. — Да, скорее всего ты правильно предсказал дальнейшее развитие событий, если бы ты стерпел, но чего ты этой своей выходкой добился? По итогу у тебя на сегодня назначена с ним дуэль. А когда она окончиться и ты будешь проигравшим в ней, твой статус станет ещё хуже, чем был бы, если бы ты просто терпел, потому что инициатором этой дуэли официально стал именно ты, а не он. Но настоящая проблема даже не в этом, ведь это ещё не самое худшее. Самое худшее — это…
— То, что он может спровоцировать меня на пари?
— Так ты и это знаешь, и всё равно пошёл на это⁈ — неожиданно вспылила она.
— Интересно, как можно было не услышать за эти три дня о произошедшем с ним в первым день? Это же была вторая тема по популярности, после, конечно же, обсуждения моей персоны.
— Я думала, ты просто не знаешь об этом инциденте, а ты, оказывается, просто ещё больший идиот, чем я думала!
— Эй, давай полегче.
— Да какой полегче⁈ Ты вообще знаешь, через что сейчас проходит сейчас проходит эта простолюдинка, проигравшая ему пари⁈
— Будучи наслышаным о роде этого куска дерьма — вполне себе представляю.
— Тогда я вообще не понимаю, почему⁈
И тут я задумался…
— Слушай, а чего ты так переживаешь об этом?
— А как мне не переживать, когда я связалась таким образом с таким кромешным идиотом, как ты⁈
— А если нормально объяснить?
Сначала она хотела на это что-то вновь выкрикнуть в ответ, но после одумалась, закрыла глаза, сделала глубокий вздох и, разжав кулаки и открыв глаза, вновь посмотрела на меня, уже более спокойным взглядом, что всё так же был переполнен недовольством.
— Смотри. Объясняю для самых тупых: если ты проиграешь ему дуэль, при этом приняв пари на тех же условиях, которые он предложил той девушке, то ты буквально станешь его школьным слугой. По сути ты будешь не более, чем живой вещью, которой он сможет распоряжаться, как ему заблагорассудиться, а ты
