Какая-то сверхнастороженная часть ее сознания предупреждала: держись на расстоянии! Не позволяй себе слишком увлечься! Не забывай: однажды, много лет назад, ты бросила Р.Л., чтобы выйти замуж за Дункана. Затем развелась с Дунканом. С тех пор жизнь не раз давала ей случай понять, что подчас куда лучше вовсе не иметь того, что того не стоит. Короче, что касается мужчин, то тут ее достижения достаточно бесславны. Она беззвучно рассмеялась от этой мысли. Бесславны? Это еще слабо сказано! Вот и сейчас тот факт, что в ее жизни снова появился Р.Л., вовсе не означает, что можно забыть о предосторожностях и сломя голову ринуться туда, откуда в свое время бежала. В жизни так не получается. У каждого из них (или у обоих?) свои раны. Да, она стала старше и, предполагается, мудрее. Пережитый оргазм — еще не повод для новых иллюзий.
И все же до чего хорошо то, что произошло! Куда хуже, если бы этого не случилось.
— Ты что-то притихла, — вывел ее из раздумий мягкий голос Р.Л., его дыхание щекотало ей щеку. Он прижался губами к ее плечу, шутливо впиваясь в него. — Все в порядке?
Откатившись в сторону, Эдвина приподнялась на подушке, улыбнулась и кивнула:
— Я как раз думала о том, что все кончено.
— Ты имеешь в виду уход из фирмы?
— Да. — Ее глаза не отрываясь смотрели на него. — И многое другое тоже.
— Например?..
— Тебя. Себя. — Она слегка нахмурилась. — Нас обоих. — Последние слова вырвались у нее легким вздохом.
Его лицо слегка затуманило беспокойство. Счастливые и опустошенные, они лежали в его широкой, застланной тончайшими шотландскими простынями кровати с резным, орехового дерева изголовьем и подушками, обтянутыми шотландским шелком. Спальня была уютной, успокаивающей и надежной, особенно после высоковольтного напряжения сиятельных апартаментов Анук. К тому же после подавляющих дворцовой роскошью владений де Рискалей особенно приятно было оказаться в нормальном человеческом жилище со спокойными стенами и обычным ковровым покрытием на полу. Шум голосов, звучавший у нее в ушах, наконец-то стих. Клас Клоссен казался отсюда существом из другого мира, чудовищем с другой планеты.
Здесь же, у Р.Л., куда ни падал взгляд, повсюду он обретал мир и покой. Никаких ухищрений, призванных повернуть время вспять, никаких набегов на романтическое прошлое, как у Анук. Все здесь было подчеркнуто земным. Мебель — просто мебель, массивная и простая, картины изображали реальную жизнь и реальные предметы. Мирные ландшафты купались в волнах мягкого теплого света, льющегося из неярких медных светильников. Эдвина принялась изучать один из пейзажей, оказавшийся непосредственно в поле ее зрения. Манящая вода едва заметно плещет о берег пруда, его поверхность почти неподвижна. Легкий ветерок слегка колышет листву на деревьях. Солнечные лучи согревают валуны, раскинувшиеся под чистым, почти безоблачным небом. Простое, безыскусное изображение земного рая.
Хотя такое ли безыскусное? В реальности все иначе. Кто знает, какие злобные создания прячутся за этими залитыми солнцем валунами, в какую темную, бездонную глубину заманивает этот обманчиво мирный пруд? Гармония и покой — лишь иллюзии, как на полотнах, так и в реальной жизни.
Р.Л. легонько принялся массировать ей плечо, и Эдвина позволила себе расслабиться, отдавшись полностью своим чувствам. Дружеские руки, смеющиеся глаза… Ощущения были такими новыми и приятными, что никакого труда не составляло подчинится им, отпустить вожжи…
Внезапно она резко скомандовала себе собраться, не терять головы! Не заходи слишком далеко, еще раз предостерегла себя Эдвина. Будь осторожна, не кидайся в омут сломя голову.
— Ты почему-то напряглась, — заметил Р.Л., почувствовав в ней перемену. — Сплошные узлы и мускулы.
Она не ответила.
Он потянулся за бренди, стоявших рядом на столике. Наполнив бокалы, протянул один ей. Они медленно потягивали крепкий напиток, прислушиваясь к мягким звукам музыки, — просто лежали не шевелясь, наслаждаясь покоем.
Забыв обо всех своих тревогах, Эдвина вытянулась и с наслаждением прижалась к Р.Л., сливаясь с ним каждым изгибом своего тела.
— Тебя все еще что-то тревожит? — тихо спросил он. Она кивнула.
— Сожалеешь о своем решении? Но мы ведь можем вернуться и забрать твое заявление, ты же знаешь.
Она покачала головой.
— Нет. Сейчас, когда моим шефом станет Клас, это совершенно невозможно.
— Есть какие-то мысли, чем будешь заниматься?
Она снова откинулась в сторону и посмотрела на него. Р.Л. лежал на боку, приподнявшись на локте.
— Нет. — Эдвина тяжело вздохнула. — Найду себе какое-нибудь дело, надеюсь. Я не могу позволить себе не работать.
— Тебе нужны деньги? — Она опять покачала головой.
— Мне нужно найти работу. — А что случилось с тем подающим надежды модельером, которого я встретил пятнадцать лет назад?
Она коротко рассмеялась.
— Модельер отрезвел, приняв слоновую долю реальности и примерившись с условиями игры.
— Это капитуляция, ты же понимаешь. Даже в те времена ты вполне оригинально мыслила. У тебя есть задатки.
— Знаешь, иногда я думаю, — проговорила Эдвина, — что нужно очень сильно хотеть чего-то. Видно, я не слишком добивалась цели — пожертвовала своими устремлениями ради замужества и материнства.
— А сейчас? — Сейчас уже слишком поздно. — Она отвернулась.
— Ничего не бывает слишком поздно, Эдс. Вообще ничего.
Эдвина молчала. Р.Л. ободряюще улыбнулся:
— Сейчас самое время заняться моделированием. Ты стала старше, мудрее. Ты наизусть знаешь правила игры в этом мире.
— Именно это меня и пугает. Пятнадцать лет назад мои иллюзии были оптимистичны и свежи. Но сейчас?
— Она легко, с сожалением вздохнула. — Сейчас я знаю, насколько безжалостен может быть этот бизнес.
— Это означает только, что у тебя появился опыт. А это чего-то стоит.
— Да, но есть ли у меня талант?
— А почему же нет? — В голосе Р.Л. послышалось удивление. — Раньше-то он был. Куда ж ему деться за эти годы? Техника еще как-то может устареть, допускаю, но талант?
— Он покачал головой. — Если ты с ним родился, значит, он с тобой. Важно только дать ему проявиться.
Эдвина улыбнулась.
— Тебя послушать — все так просто! Но это же не так, ты и сам знаешь. Даже если я решу заняться моделированием под своим именем, понадобятся большие деньги. А у меня их нет.
Он выдержал ее взгляд, не отводя глаз:
— У меня есть. И, спасибо „Шеклбери-Принс", есть еще и розничные точки торговли.
Она медленно, глубоко вздохнула, позволив воздуху задержаться в легких, затем так же медленно выдохнула. Р.Л. терпеливо ждал ответа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
