Глупый мажонок, нашел время для своих фокусов! Зрение становится обычным. Я вижу ту же картину, но немного дальше. Флипа спешивается. Что она собирается делать? Пес вырывается вперед.
— Кир! — кричу я, но меня не слышат ни собака, ни полковник. Может быть, он только ранен. Да, он гад, каких поискать. Но это же мой гад. Ну, почти мой! Я не отдам его этой кучерявой стерве. Флипа наклоняется и что-то делает там, внизу. Я не вижу. После чего она смеется и поворачивается к своим спутникам. Да, я их узнаю! Это же те, наемники! Ориентацию поменяли, не иначе. Флипа подходит к лошади. Один из наемников соскальзывает с седла, ласково берет Флипу под локоть. Они улыбаются. Что их там так веселит? А мне не хватает дыхания, у меня заплетаются ноги, и пес меня бросил… Бросил…
И тут я вижу Кира-пса пружиной взлетающего с земли и вцепляющегося Флипе в горло. Секунда, и она валится на трупы, а Кир уже скалится на ее сопровождающего. Тот пятится, пытаясь достать меч. Вот не хватало мне еще, чтобы и этого Кира убили! От этой мысли у меня открывается второе дыхание, и я начинаю наращивать скорость. Ох, как мне потом плохо будет! Если выживу, конечно.
И тут второй наемник трогает повод коня, пытаясь направить последнего на собаку. Конь по понятным причинам сопротивляется. Бедняга же не знает о заклинании, пугающем лошадей. И он упрям. Он, наверное, боится спешиться, и потому тупо бьет лошадь сапогами по бокам. Конь не идет. Кир, у которого вся морда в крови, тем временем припал на лапы и следит взглядом за первым наемником. Наконец, тот делает резкое, отчаянное движение, позволяющее ему обнажить меч, и в эту секунду пес рыкает и опрокидывает своей массой человека на землю. Еще одно движение, и теперь кровью окрашивается не только морда собаки, но и ее грудь. Второй же тем временем приходит вместе с конем к единому решению — надо бежать, и успешно воплощает этот план в действие.
И вот я здесь. Я добежала. И очень хочется упасть. Смущает только то, что падать придется прямо на трупы — а это меня не слишком вдохновляет. Где первый Кир? Где он? Где он?! Ох, кажется, я глуплю… Ну где он может быть еще, как не возле пса?
Собака сидит, опустив голову. А возле нее лежит тело Кира. И сразу понятно, что всего лишь тело, потому что люди с такой раной на шее не живут.
— Флипа успела раньше, — глухо произносит второй Кир.
Да, вот она, месть брошенной женщины. Сама женщина лежит неподалеку с похожей раной на горле. Только если у Кира — ровный разрез, то Флипа… Флипу рвали на части.
А у меня в душе пустота. Опускаюсь на землю, и мне уже неважно, что там подо мной. Я вижу мертвого Кира, живого Кира, и все вокруг плывет и качается.
— Ханна! — слышу я голос полковника, замечаю обеспокоенность в нем, но мне уже все равно. Как там говорит Дуся, здравствуй, обморок? Ну, так здравствуй.
* * *
И охота же было этой парочке на бой смотреть. Но я сегодня добрый. Такой добрый, что аж самому противно! Вот даже заклинание невидимости на них повесил. Оно достаточно энергоемкое и счастливым я себя не ощущал, после того как сплел его, плюс к тому же пришлось вешать отпугивающее лошадей, а то затопчут на фиг! Подумав немного, я расщедрился и наложил на эту парочку любопытных заклинание дальнозоркости. На себя не стал. Мне не интересно было смотреть, как люди рубят друг друга в капусту.
У меня только один интерес был, но это я мог увидеть и без всякой дальнозоркости. Я высматривал магию Саффы. Она должна бы к этому времени уже быть в форме, а, следовательно, участвовать в бою. У Совета наверняка отличные лекари, а собачьи укусы залечить — это не такой уж трудоемкий и долгий процесс. Но заклинания, которые сейчас использовали маги Совета, не имели ничего общего с убойными атакующими Озерной Ведьмы. Мне стало не по себе. А что если она так и не добралась до своих? Умерла где-то в лесу. Что тогда? Я помню ее, но ведь этот пес шелудивый сказал, что мои воспоминания не изменятся в любом случае. Что будет, если, вернувшись, я узнаю, что Саффы никогда не было в моем времени? Мне стало не по себе. Хоть и не собираюсь я больше даже близко подходить к этой ненормальной, но я не до такой степени на нее зол, чтобы желать ей смерти. Тем более вот такой дурацкой — от зубов взбесившегося полковника.
Тут Иоханна закричала и бросилась бежать. Кир за ней. Да что ж они за сумасшедшие-то? Куда они? Из-за заклинания невидимости, мне было видно только их прозрачные размытые силуэты. Хорошо я их упаковал, вот даже сам почти не вижу. А оно мне надо? Я снял с них невидимость, а заодно и дальнозоркость. Это удобно, если стоять и спокойно наблюдать, ведь видно только то, что далеко, а близкие предметы кажутся размытым пятном. Расшиблись бы на ровном месте, бегуны недоделанные!
Я не стал утруждать себя бегом с препятствиями в виде трупов людей и лошадей. Просто телепортировался туда, где пес рвал Флипу, а Ханна сходила с ума над трупом полковника.
Мне сказать Киру спасибо за то, что он порвал этого человека? Обойдется! Второй убегал, нахлестывая взмыленного коня. Кир-пес растерянно стоял перед Иоханной, которая дезертировала в обморок, и, кажется, не знал, что делать — то ли охранять бездыханное тело невесты своей бывшей, то ли догонять беглеца. Я с улыбкой смотрел вслед улепетывающему человеку. Убить его я успею. Это даже не займет много времени и сил. Достаточно будет простой воздушной волны, которая собьет его с лошади. Учитывая, с какой скоростью он спешит убраться отсюда, падение вряд ли для него успешно завершится. Хочу ли я его видеть с поломанной шеей? Нет. Это слишком просто.
— Не убьешь его? — спросил пес.
Я пожал плечами, подхватил Иоханну на руки и активировал заклинание возврата, которое несколько минут назад вошло в силу. Очень вовремя! Здесь нам больше делать нечего.
А что касается этого беглеца, то пусть себе бежит. Долго ли он проживет, привороженный к мертвой женщине? Такие умирают долго и мучительно. А приворот к покойной не возьмется снимать ни один маг. Ну, вот разве что Кардагол смог бы. Только я сомневаюсь, что он
