— Может, и ни при чем, — ответил Корнев. — А, может, и при чем. Бейкер уж точно может быть замешан. А к кому побежала Стоун жаловаться на твои вопросы? Правильно, к Недвицки…
Упоминание Бейкера и Недвицки сработало. Явная неприязнь капитана к тем, кто так или иначе пытался оспорить его положение, вместе с желанием разобраться, что за чертовщина происходит на вверенном ему корабле, перевесили все сомнения. Если то, что предложил русский коллега, хоть как-то в этом поможет, то почему бы и нет? А не поможет — все равно никто ничего не узнает.
…Уж кто как, а Корнев собирался на горный курорт с удовольствием. Не потому, что сильно любил горные лыжи, а исключительно потому, что наконец-то можно было одеться попроще и поудобнее. Памятка, которую получили все пассажиры при прибытии на «Звезду счастья», специально указывала, что выходные костюмы и соответствующие платья для поездки в «Блю Маунтин пэрадайз» совершенно не обязательны, а желающие покататься на лыжах и снегоходах могут одеться соответствующим образом. Ну не одеться, конечно, а взять такую одежду с собой, чтобы не париться по дороге. Зато и в дорогу можно было одеться попроще, что Роману тоже очень даже нравилось. Хайди также оделась в спортивном стиле, но все же ухитрялась при этом выглядеть не юной девчонкой, а вполне себе дамой, пусть и очень молодой. Талант, однако.
Крытый гравилет, в больших и удобных креслах которого с комфортом разместились пассажиры, доставил их на горный курорт за неполный час. Из-за скорости полета рассмотреть как следует всяческие красоты внизу не получилось, но все же видно было, что Корел себе не изменяет — все ярко, роскошно и во всех мыслимых оттенках зеленого. Однако уже вскоре изумрудное море внизу сменилось бледно-зеленоватыми с голубым отливом пятнами какой-то непонятной растительности на бурых камнях предгорий и как-то сразу после этого — на снег, такой ослепительно-белый, что Корнев даже зажмурился, а Хайди восторженно ахнула и еле удержалась от того, чтобы захлопать в ладоши.
Выйдя из гравилета и осматриваясь, Роман отдал должное таланту архитектора, проектировавшего курорт. Построенные на нескольких уровнях по склону здания на редкость удачно вписывались в окружающий пейзаж, а многочисленные крытые лестницы и переходы, соединяющие их между собой, создавали причудливый орнамент, нанесенный прямо на местность. Комнаты, которые выделили пассажирам, после кают «Звезды счастья» казались каморками, но поскольку предназначались только для переодевания и кратковременного отдыха, никто на это не обиделся. Уж Корневы не обиделись точно.
Встать на горные лыжи решили только Корневы и Вителли. Причем, если Корневу когда-то, хоть и давненько уже, доводилось этим заниматься, то итальянцы честно признались инструкторам, что у них это первый раз. Инструкторы, два молодых, даже, пожалуй, слишком молодых, парня, явно братья, даже не пытались отговорить тезку с его Моникой, но когда взялись за свое дело, Корнев быстро поменял первоначальное мнение, что ребята в стремлении заработать не думают о безопасности неопытных подопечных. Как раз на безопасность и делали упор Боб и Джим, как их звали. Главные уроки, которые они преподавали, состояли в том, как удержаться на лыжах, и как, если что, правильно падать. Впрочем, насколько мог судить Корнев, в таких ботинках получить сколько-нибудь серьезную и опасную травму было вообще невозможно, правильно ты упал или нет. Сам Роман с помощью ребят быстренько вспомнил те же несложные правила, а Хайди вступила с ними в обсуждение таких нюансов, что Корневу даже показалось, будто о горных лыжах она знает побольше этих инструкторов.
Склон для спуска им выделили опроще. Итальянцам явно помогала хорошая танцевальная школа — на лыжах они держались легко и даже умудрились ни разу не упасть. А вот Корневу пару раз пришлось покатиться по снегу отдельно от лыж и палок, зато когда он не падал, скорость спуска, особенно на поворотах, показал куда более высокую, чем новички. Но всех поразила Хайди. Скорость и ловкость, с которыми она лихо скользила по склону, в конце концов убедили инструкторов дать ей прокатиться по трассе более сложной, где она просто с блеском показала свое умение. Вителли восхищенно аплодировали и цокали языками, Дюбуа и Хаксли, пришедшие посмотреть, присоединились к аплодисментам, а Роману оставалось только принимать поздравления и прочие словесные восторги, раз уж сама жена не могла сейчас их слышать.
Как это обычно бывает, когда одни отдыхают, другие работают. В то самое время, когда Хайди устраивала пассажирам «Звезды счастья» горнолыжное шоу, стюардесса Кэтти занималась уборкой кают. Дело, в общем, не такое и сложное. Системы циркуляции воздуха снижали количество пыли до минимума, специальные покрытия мебели и полов облегчали их мытье, а особые моющие средства позволяли быстро и без каких-то затруднений вымыть всю сантехнику. Да, занятие несложное и привычное.
Сегодня, однако же, уборка оказалась для Кэтти не совсем привычной. Дядя Айвен (ну для себя-то могла же она называть капитана Ферри именно так, а не сэром, как на людях!), дал ей задание сделать снимки чемоданов во всех каютах, где ей предстояло убираться, и указал, какие именно каюты убирает она, а какие Сьюзи. Зачем дяде это, Кэтти не особо вникала, хотя и предполагала, что руку к этому приложил мистер Корнев, пассажир из России. Что-то дядя стал часто общаться с этим мистером Корневым, приглашая его то на мостик, то к себе в каюту. Странно это… За все те полгода, что дядя устроил ее на «Звезду счастья», такую его дружбу с пассажирами Кэтти видела впервые. Ну, в конце концов, не ее это дело. Кстати, этот мистер Корнев очень даже ничего, такой, хм, интересный. Кэтти даже жалела, что он здесь с женой. Вспомнив, как миссис Корнев пыталась сжечь ее взглядом, Кэтти пожалела уже не себя, а симпатичного русского, вынужденного жить с такой злобной мегерой.
Но подобные раздумья не мешали девушке работать и никак не отвлекали ее от дела. Так, чемоданы в каюте, которую занимал бедолага Саммер вместе с мисс Стоун… Кстати, сейчас, похоже, тут все-таки живет мужчина, этот неприятный мистер Бейкер. Вот же какая тварь эта Стоун, только-только увезли ее мужика, как она сразу другого к себе в постель зазвала. Шлюха!
От возмущения Кэтти далеко не сразу заметила, что с этими чемоданами что-то не так. Только закончив уборку в каюте мистера Бейкера и мистера и миссис Недвицки и перейдя в последнюю на сегодня каюту мистера Хаксли, она поняла, что именно ей не понравилось. Ну и ладно. Ей надо убраться и сделать снимки, а про чемоданы она потом дяде расскажет.
Глава 25
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
