господин упоминал, что разведка таруа видела неподалеку от города нескольких иррикенов. Если поспешить, мы успеем поймать их – ведь снаружи уже много людей, это так удачно!
Саркар ничего подобного не говорил ей, он даже не знал об этом. Длинные и скучные отчеты разведки утомляли его, поэтому он давно уже отдавал их Юсте, чтобы она читала все, но ему сообщала самое важное.
– Мне кажется, это хорошая идея! – неожиданно присоединился к разговору Зевег-Тха. – Если направить половину тех людей, что сейчас бессмысленно топчутся у границы, на охоту, проблема с голодом будет решена, а там и хороший сезон начнется!
Они с Юстой обменялись странными взглядами – как будто впервые осознали присутствие друг друга в этом зале. Впрочем, взгляд был таким быстрым, что Саркар был совсем не уверен, понял ли он правильно. Ему было не до того, он обдумывал план, предложенный Юстой, и не находил в нем ни одного изъяна. Эта человеческая рабыня не уставала поражать его, хотя он знал ее много сезонов.
– Отлично, так и сделаем! – решил Саркар.
Как и следовало ожидать, Тувенег тут же взвился на ноги.
– Но как же… Мой господин! Это же… Граница будет открытой!
– Не открытой. Там останется то же количество воинов, что было раньше.
– Сейчас этого недостаточно! Девица сумеет улизнуть, она хитра, как рии…
– Достаточно, – прервал его Саркар. – Я не желаю больше слушать об этой девице, никогда! Пусть сдохнет где-нибудь тихо или покинет мой город, она в любом случае перестанет быть проблемой. А если сообщество людей впадает в уныние из-за каждой мелочи, кто должен разобраться с этим – ты или я?
– Я, – обреченно признал Тувенег.
– Вот и славно. Не беспокой меня больше внутренними делами твоего народа. Зевег-Тха, направь отряд своих охотников, чтобы они помогли людям, а заодно проследили, чтобы у границы остались только нужные воины. Я рассчитываю на то, что все пройдет успешно!
Зевег-Тха снова скользнул взглядом по Юсте и Тувенегу, потом склонил голову перед сеншеном.
– Да, мой господин. Все будет сделано так, как надо.
* * *
Ему не нравились эти двое. Дженвен старался погасить в себе эту неприязнь, напоминая, что они спасли его. Их появление было настоящим чудом! Но он все равно не мог избавиться от чувства, что с этой парочкой что-то не так.
Они появились из ниоткуда, они были странно одеты, в них была необычная для людей уверенность. Как будто они не понимали, что они – рабы. Для Дженвена свободное мышление было неожиданным даром, который он хранил, как сокровище. Но эти двое будто… нет, это невозможно, но все же!.. Они будто считали себя свободными с самого начала.
Не нужно было с ними никуда идти, да только Рива настояла. Дженвен тоже понимал, что четверым выжить проще. И все равно, как же это странно… С одной стороны – мужчина, который ничего не говорит, потому что якобы не может, и смотрит на всех, как охотящийся зверь. С другой – девица, которая вечно улыбается, будто и не знала в этой жизни забот. Она и говорит подозрительно: медленно, чуть растягивая слова, и иногда у нее получается очень странно. Словно она раньше не говорила, прямо как ее муж!
Дженвен пытался понять, какую выгоду они во всем этом ищут – если предположить, что они все-таки предатели. Ради чего им притворяться и рисковать, спускаясь в пещеры? Риву и Дженвена и так приговорили к смерти, не нужно их подставлять, да и доказательства не нужны! Хасма уже выдала это!
Быть может, все дело в Татенене? Раньше Дженвен не верил в эту байку, а теперь понимал, что все возможно. Что если Татенен существует и холини догадываются об этом? Тогда им невыгодно, чтобы одни люди связались с другими, чтобы вообще существовал целый город свободных людей! Вот они и послали разведчиков, чтобы выведать, где находится Татенен. Чем не вариант?
Оставалось только объяснить все это Риве. Но как только он собрался отозвать ее в сторону, внимание привлекла к себе Альда.
– Эй, смотрите, там, впереди, что-то есть! Что-то странное…
Света в пещерах было очень мало – и только у них в руках. Впереди Дженвен не видел даже далекого мерцания факелов. Он не представлял, как Альда могла что-то обнаружить, и решил было, что она притворяется. Однако, когда они прошли чуть дальше, он и сам увидел брызги крови, покрывавшие мох и камни пещер.
Тела лежали прямо посреди прохода, там, где пересекалось несколько тоннелей. Четыре-пять таруа и еще больше людей, все – искалеченные, разорванные на части, давно уже мертвые. Рваные раны и то, что у них вырвали почти все внутренности, не оставляло сомнений в убийце.
– До них добрались рии, – мрачно указал Дженвен, озираясь по сторонам. Эти люди были убиты не только что, но совсем недавно. Хищники по-прежнему могут быть поблизости.
– Не понимаю… – прошептала Рива. – Что они делали здесь в такой сезон?
Дженвен указал на большие плетеные корзины, валяющиеся теперь рядом с телами.
– Пытались найти еду, очевидно.
– Как они могли не знать, что ждет их здесь?!
– Они-то, конечно, знали, но вряд ли кто-то позволил им делать выбор.
Если сеншен пошел на такое, значит, с едой в городе хуже, чем предполагал Дженвен. Но их это уже не касалось, им нужно было думать о собственных жизнях.
Он ускорил шаг, хотя в глубине души понимал, насколько это глупо и наивно. Чуть быстрее, чуть медленнее – это ничего не изменит для рии. Будущее зависит от одного очень простого обстоятельства: остались эти твари здесь или, сытые, уползли обратно.
Рии всегда казались ему худшим существом в Холинсу – с тех пор, как он узнал о них. Софры, хозяева озера, конечно, тоже отвратительны, но с ними хотя бы все понятно. Они нападают, когда голодны, и защищаются, если чувствуют опасность. А рии нападают всегда, на любого противника, которого сочтут слабым. Могут сожрать и софру – любую, даже собственную мать, для них это не важно. Ими далеко не всегда движет голод, Дженвену приходилось наблюдать, как они раздирали добычу в клочья, но не пожирали. Казалось, что лишь одна страсть приносила им истинное удовольствие: убить, убить любой ценой!
Если софры были накрепко привязаны к воде, то рии двигались куда свободней. Они могли выбираться на берег, пусть и ненадолго, чтобы искать новую жертву. В городе люди следили за тем, чтобы этого не произошло. В пещерах не следил никто. Сюда выходили некоторые источники, питающие озеро. Крупные софры никогда не оказывались под землей, но узкие и гибкие тела рии свободно плавали даже против потока.
Потому что здесь их ждала свобода, почти такая же, как в озере. Обычно она их не очень-то привлекала: зачем
