святилище.
— Адская гончая, — горько усмехнулся я. — Теперь ты понимаешь, почему клан хотел держаться от неё как можно дальше. Почему хотели быть просто людьми.
— И что мне делать? Что мне дальше делать? Я не могу бежать и не могу остаться, не могу… — заламывая руки, проговорила Ольга.
— А что ты хочешь? После сегодняшнего тебя не поддержат ни взрослые, ни молодёжь. Как ты собираешься править?
— Я… я не знаю…
— Твою мать. Как же всё это не вовремя, — вздохнул я поднимаясь. — Я здесь не останусь, и тебе не советую. Сейчас ты ничего не добьёшься, только вспышки гнева и затаённой ненависти. Сколько умерло?
— Все старики старше пятидесяти. Сто двадцать человек, — едва слышно прошептала Ольга.
— Пипец, — я на мгновение зажмурился, отогнал в сторону навязчивую картинку с повреждениями и процентом адаптации. — Ладно. Значит, у нас просто нет выбора. Поднимайся. Если Борзая и лишит тебя силы, лучше, чтоб это произошло подальше от дома. Магистр? Транспорт нужен будет на двоих.
Глава 21
— Убийца! Это она! Она во всём виновата! — стоило нам выйти, раздался истошный крик, и к нам бросилась женщина лет тридцати пяти, со сжатыми кулаками.
— Тише-тише… — князь Владимир поймал скорбящую и, передав её своим подручным, встал между негодующей толпой и нами. — Княгиня, не хотите объясниться?
— А вы, князь, не хотите? — спросил я, выходя вперёд. — Вы же знаете, что она ни в чём не виновата. Если кто-то и мог сделать подобную ужасную вещь — Борзая.
— Поэтому мы и сократили общение с духом до необходимого минимума, — жёстко проговорил князь, подойдя ближе, так чтобы большинство его не слышало. — И единственная, кто пошёл на великое благословение — моя доверчивая племянница.
— И сейчас вы во всеуслышание хотите обвинить её в том, что Борзая решила защитить свою самую верную… последовательницу?
— Защитить? От кого? От стариков? Ты в своём уме, чужак⁈ — раздались громкие выкрики из толпы, но куда менее панические и уверенные, чем несколькими секундами ранее. — Посмотрите на него! Разве такому можно верить⁈ Долой Ольгу!
— Успокойтесь! — повернулся к толпе Владимир. — Уверен, мы сможем решить этот кризис мирным путём. Или вы хотите подтвердить слова Старого? Напасть на нашу княгиню? Избранницу Борзой? Нет! Мы не можем допустить разлада в клане. Тем более сейчас, после двух трагедий подряд, обескровивших наш род.
— Вы хотите оставить убийцу среди нас? Хотите, чтобы она продолжила править нами? — раздались возмущённые возгласы. — Да пусть она хоть трижды избранница…
— И кто вы, без даров Борзой? — громко спросил я и, поймав волну шепотков, не дал людям придумать нормальный ответ. — У вас по-прежнему будет ваша честь, ваш долг и ваша гордость. Но что насчёт силы? Вы хотите пойти против Духа? Стать обычными людьми с окраин? Хотите отказаться от благословений?
— Лучше так, чем оставаться марионетками духа!
— Да? Так откажитесь. Кто вам мешает? — спросил я, пожав плечами. — Только помните, что ваши дети будут жить не в роскошной башне, со всеми удобствами, в центральном округе, а в трущобах на окраинах. Ваши мужья и братья будут постоянно на передовой, но не потому, что их ведёт честь и гордость, а потому что у них не будет выбора. Только так они смогут заработать на еду для вас.
— Выбирающий между позором и войной, получит и то и другое.
— Пусть вы не считаете меня одним из вас. Это ваши проблемы, а не мои. Пусть клан Борзых сегодня лишился прошлого, а до этого потерял настоящее, но это не значит, что вы необдуманно должны отказываться от будущего! — рявкнул я, и стоящие рядом подались на полшага назад. — Дух и сила — это части вашего Я. Нравится вам это или нет. А чтобы у вас было время остыть — я забираю вашу княгиню.
— Что? Какого чёрта ты творишь? — подался вперёд Владимир, но я сам шагнул ближе, чтобы нас не слышали посторонние.
— Уведу её за грань, чтобы вы все, и она в том числе, спустили пар, — сказал я куда тише. — Мы постараемся вернуться через десять дней.
— И что изменится за десять ночей? Мёртвые вернутся к жизни?
— Надеюсь, вам хватит времени на траур, — проговорил я, а потом отодвинулся и закончил куда громче: — И на то, чтобы осознать, что больше у вас нет ни прошлого, ни настоящего. Только будущее. И только вам выбирать, каким оно будет. Сгинет ли клан Борзых, как того хотят недоброжелатели, или возродится с новыми силами.
— Уходим, — позвал меня Филинов. Поправив рюкзак с пожитками и перевязь с ружьём Белкова, я приобнял дрожащую Ольгу и вывел её из здания. Провожали нас злобными взглядами, но у многих на лицах я заметил растерянность и замешательство. Да уж, я сам-то находился в шоке от произошедшего, а они разом потеряли всех старше… если пересчитать получалось старше семидесяти пяти лет, примерно. А ведь до этого перебили цвет рыцарства, лучшую роту с князем и наследником.
— С вами всё в порядке? — спросил Филинов, когда мы выбрались наружу. — А то вы плачете чёрными слезами и оба глаза стали фиолетовыми, как у заражённых. Если бы не ваша пламенная речь, я бы, пожалуй, сдал вас братьям, на опыты.
— Ну спасибо. Чувствую себя Шариком… — горько усмехнулся я. — Хорошо, что не Шариковым.
— Это какие-то герои древности? — уточнил Филинов, но почти сразу взял себя в руки. — Мы не будем сворачивать к штаб-квартире ордена. Я распорядился: большую часть оставшихся запасов чёрной жидкости вам доставят на передовую. Чем скорее вы начнёте поиски, тем лучше.
— Тут я согласен. Но учитывая обстоятельства, нам придётся подбирать других помощников для эвакуации. После того как я найду выживших, кто-то должен будет их вывезти из опасной зоны.
— Сосредоточьтесь на ваших задачах и оставьте остальные заботы нам. Уверяю, мы справимся, — заверил меня магистр.
— Хорошо. В таком случае договоримся об условных сигналах. Я возьму с собой десяток сигнальных ракет, для обозначения точек, куда должны будут приехать спасатели. Вам же придётся поставить наблюдателей на большом расстоянии друг от друга, чтобы гарантировано определить место.
— Мы разбираемся в
