Читаем без скачивания Ранние беседы. Дикие гуси и вода - Бхагаван Раджниш

Будда идет несколько далее. Он говорит: «До тех пор, пока вы не убьете родителей, вы не сможете последовать за мной». Будда один из самых ненасильственных людей во всей истории человечества. Он и мухи не обидит, не прихлопнет даже моль. Но он говорит: «До тех пор, пока вы не убьете родителей, вы не сможете последовать за мной».

Конечно же, его слова не следует понимать буквально. Он подразумевает, что до тех пор, пока вы не откажетесь от всей обусловленности, которую внушили вам родители, пока они не исчезнут из вашего внутреннего мира, вы не сможете расти, развиваться, не будете подлинно живыми.

Если вы способны освободиться от всей обусловленности, то сможете быть Буддой или Христом.

Раджниш, Христос и пять миллионов христиан несут свои кресты. Будда и десять миллионов буддистов несут свои лотосы. Интересно, сможем ли мы избежать опасности подражания в этой увлекательной игре, которую ты придумал?

Ананда Дхармеш, мне невозможно подражать. Я устроил все так, что, если ты станешь подражать мне, то упадешь как шалтай-болтай. И тебя никто не сможет собрать по кусочкам, даже я.

Невозможно подражать мне просто потому, что я непостоянен, противоречив. Утром я говорю: «Идите ан север», днем «Идите на юг», вечером «Идите на запад». Разве вы сможете подражать мне?

Христу можно подражать, потому что у него короткое и четкое послание. И Будде можно подражать, так как он очень рассудочный мыслитель. Я же абсолютно безрассуден. И так я веду себя по особой причине. Таков один из моих методов, чтобы помешать вам подражать мне. Вы не можете даже написать обо мне трактат, не можете свести в систему все, что я сказал. Это явный нонсенс. Если же вы позволите мне вывести из термина «нонсенс» новое слово, то получится «нондзен»!

Вам придется думать своей головой, я не могу пичкать вас философиями. У меня и нет никакой философии. Люди часто просят меня написать маленькую брошюру, вроде христианского катехизиса, и изложить в ней суть моей философии. Но я отвечаю им: «У меня нет никакой философии, значит и сути нет. В отношении меня вы можете быть уверены в том, что я не дам вам философию». Так я обретаю полную свободу. И мне не надо помнить о том, что я сказал вчера. Я могу жить в этом мгновении. Я могу говорить что угодно, без всякой подготовки, без предварительных соображений. Даже я иногда удивляюсь. Порой я говорю себе: «Ого, ну ты и завернул!» Даже я не могу подражать себе - разве вы сможете подражать мне?

Раджниш, ты называешь гомосексуализм извращением. Из-за этого я не сплю по ночам. Я считаю себя больным человеком, извращенцем.

Иннис, не надо зря казниться. Гомосексуализм - это не извращение, а явно прогрессивный шаг. Твое поведение показывает изобретательность людей, их многомерность. Бедные животные всегда гетеросексуальны; они не знают о том, что можно вести себя как-то иначе. Гомосексуализм демонстрирует свободу человека, ведь он может выбирать даже тип своей сексуальности. Он может быть гетеросексуальным или гомосексуальным, неразборчивым в вопросе полов или вообще отшельником, отказавшимся от половой жизни. У человека много вариантов поведения. Не надо беспокоиться.

Как ты будешь подражать мне? Однажды я действительно сказал, что гомосексуализм это извращение, но сегодня у меня другое мнение. Я могу легко менять свои мнения. Я не несу ответственность за других людей. Просто у меня возникла такая идея! Сейчас я думаю так, а по прошествии минуты думаю иначе. Я не могу ничего гарантировать на завтрашний день.

Ты не можешь подражать мне, Ананда Дхармеш. Если ты попытаешься сделать это, то поймешь, что это невозможно. Я безрассуден. Для подражания необходима какая-то логика процесса. Вы должны убедить людей рассудочно в том, что гак поступать лучше всего. Людям передается мое состояние, но только не знания.

Я безумен, и только немногие безумцы чувствуют, что близки мне. Что мне делать? Но безумные люди никогда не бывают последователями. Безумцы всегда независимы. На самом деле, именно поэтому их считают безумными, эксцентричными. Они центрированы в себе. Другие люди считают их эксцентричными, потому что они не следуют психологии толпы. Толпе всегда кажется, что они то и дело сбиваются с пути, но в действительности они просто идут своим путем, пытаются отыскать новый путь.

Всегда полезно отыскать новый путь. Даже если вы идете не туда, все равно полезно идти новым путем, чем быть правым, но держаться проторенного пути. Вредно идти по наезженной колее или по шоссе, в том нет ничего человеческого. Так люди лишаются индивидуальности, теряют свою душу. Лучше заблудиться и забрести в джунгли, чем следовать за тем, что притворяется эрудитом, поскольку учатся на ошибках. Я могу лишь посоветовать вам никогда не совершать одну и ту же ошибку дважды. Найдите несколько ошибок, придумайте несколько оплошек, и вы будете расти, цвести.

Истину находят только те люди, которые готовы рисковать, поскольку единственный путь к истине пролегает через тернии и ошибки, и нет другого пути. Здесь нет проторенных путей.

Индуисты, мусульмане, джайны, буддисты, христиане - все они верят только в скоростные шоссе. Более того, они говорят: «Лишь наше шоссе подлинное, германский автобан. А другие дороги представляют собой всего лишь грязные направления».

Вы не можете следовать за мной, потому что я не серьезен. Для того чтобы обзавестись последователями, надо быть очень серьезным, но я не могу позволить себе это. А организовать паству ничего не стоит, потому что в мире очень много легковерных простаков, миллионы болванов. Можно очень легко организовать паству. Надо лишь быть очень серьезным. Но я не могу быть серьезным, не могу потерять свой смех.

Умер очередной Папа Римский. Он стоит у райских врат и зовет привратника, святого Петра.

«Кто там?» - спрашивает святой Петр.

«Папа».

«Какой еще Папа?»

«Как какой? Римский Папа. Открывай скорее!»

«Какой еще Римский Папа?»

«Твой последователь! Глава христиан, что сидит в Ватикане».

Святой Петр хохочет и кричит Христу: «Иисус, ты помнишь ту шутку, которую мы разыграли на земле две тысячи лет назад? Она до сих пор в ходу!»

Вы не можете следовать за мной. Теперь я говорю, что все это шутки, но лишь по прошествии двух тысяч лет. Уже слишком поздно.

Когда-то у Бога была привычка принимать в раю каждого человека лично. Он стоял у врат. Но когда умер и предстал перед вратами Раджниш, Бог отказался от своей привычки и послал встречать его святого Петра.

Святой Петр гадал, почему Бог послал вместо себя его. Бог признался: «Если я слезу со своего трона, этот парень мигом вскочит на него, и тогда я уже никогда не смогу править»

Раджниш, завтра я улетаю в Италию. Не мог бы ты рассказать мне несколько анекдотов на прощанье?

Анандо, я с радостью расскажу тебе анекдот.

Роскошная дива итальянского кинематографа Джина играла в голливудском вестерне. В какой-то момент она заявила режиссеру: «Я отказываюсь играть эту сцену!»

«Джина, тебе всего лишь надо показать шерифу, куда поехали преступники, когда он подъедет к тебе на лошади».

«Я понимаю, но вы внимательно читали сценарий?»

«А что такое?»

«Вы представляете, как я должна показать это направление? Здесь написано, что я должна заложить руки за спину, вздохнуть, и с загадочным видом сказать, что они вошли вон туда».

Анандо, подумай об этом анекдоте в Италии. Может быть, ты засмеешься на родине. Наверно, тебе еще нужно время.

Итальянцы умеют смеяться над другими, но над собой они смеются редко. Для того чтобы понять шутку, нужно хорошо подумать. Я изучал много итальянских мозгов, но всякий раз находил только спагетти.

Глава 6

Вы все еще верите в гномов?

Раджниш, каждый раз, когда я далеко от моей семьи, я чувствую глубокую и прекрасную любовь к жене и детям. Но когда я с ними, возникает иного конфликтов, и мне хочется убежать от семьи, работы, традиции. Но когда я ухожу, то чувствую, что так не пойдет. Что происходит? Ты можешь посоветовать что-то?

Дева Сарито, вопрос не в действии. Что бы ты ни делал, все будет неправильным, потому что ты находишься в неправильном состоянии. Ты сам неправилен - разве ты можешь сделать что-то правильно? Это невозможно.

Дело в бытии, а не действии. Поэтому ты можешь перейти из одной тюрьмы в другую, но не можешь быть свободным. Ты можешь убежать от мира, но все равно будешь по-прежнему страдать, хотя конечно, по другой причине. Ты можешь сменить жену, работу, дом, религию, церковь, но все равно останешься прежним. Все эти изменения искусственные. Это все равно как покрасить лицо черными, белыми, красными красками. Но по сути ничего не изменилось, ты остался прежним.

Тебе надо стать более осознанным. А осознанность это вопрос не действия, а бытия. Это нечто, являющееся твоей сокровенной сутью, а не поверхностью. Поэтому это происходит с тобой... И не только с тобой, но с каждым человеком.