почему мы можем их видеть?
– Потому что мы азлаты. – В его голосе звучала доля гордости. – Наш мозг работает по-другому. Определенная область мозга обеспечивает гораздо более тонкое восприятие молекул. Вот почему мы также можем устанавливать связи со стихиями. Подобные волшебные фокусы на нас не действуют.
– Звучит как очень мощное заклинание, – отметила я. Он кивнул.
– Кикки – повелительница воздуха.
– Кикки?
– Третья и самая молодая из Высших.
– Ах. – Несмотря на прохладный воздух, у меня кружилась голова. – То есть… Если я могу видеть эту арену и геральчиро, является ли это доказательством того, что я одна из вас?
Тираэль поднял бровь.
– Ты все еще сомневаешься в этом?
Наши взгляды встретились.
– Да.
– Тогда прекрати. – На короткое мгновение сквозь облачный покров пробился крошечный лучик солнца. – Ты ненормальная, Хелена. Попрощайся с этой мыслью. Отныне ты подчиняешься дворцу азлатов и его шотландскому полку. Твоя жизнь будет посвящена защите людей. Вот почему мы здесь.
– Что ты имеешь в виду? – В панике я огляделась. – Я должна с кем-то сражаться? Сейчас?
– Средь бела дня? – Тираэль закатил глаза. – Темный народ появляется в сумерках, уже забыла?
– Ах да. – На меня снизошло облегчение, но оно было приглушено мыслью о том, что это все неизбежно приведет к сражениям. Дрожь охватила меня. – Боже, я не могу этого сделать. Серьезно. Я даже не сдала свой первый экзамен по карате! – Я прикусила нижнюю губу. – Может быть, у меня получилось бы достать пистолет. У твоего отца я вчера видела кинжал. Хотя, скорее всего, я буду представлять опасность для всех. О, проклятие. Это настоящий кошмар. Я абсолютно бесполезна, Тираэль.
– Верно.
Я уставилась на него.
– Я действительно ненавижу тебя, Бернетт.
– Спасибо, это взаимно. – Он взглянул на небо и на мгновение скривил лицо, как будто ему нужно было собраться с силами. Наконец Тираэль вздохнул. – Но именно поэтому мы здесь. Под защитой невидимости. Чтобы я мог тебя тренировать.
– Ты? – Я растерянно заморгала. – Тренировать меня?
– Да. – На мгновение его взгляд скользнул по Экзодии, которая завершила свой обзорный полет и поселилась в одном из отсеков. – Обычно военнослужащие полка проходят обучение во дворце, но оно начинается рано. Обычно при появлении первых признаков.
– И когда они появляются?
Тираэль пожал плечами.
– В четыре или пять. Ты исключение.
– Впрочем… – Я прикусила нижнюю губу. – А почему?
– Почему что?
– Почему на мне не было заметно никаких признаков?
– Очевидно, они были, – задумался Тираэль. – Но само собой разумеется, что Сифра подавила твои силы в зародыше.
– Подавила в зародыше? Что это должно значить?
– Ты задаешь слишком много вопросов.
Я фыркнула.
– Наверное, потому, что осознание того, что ты внезапно стал порождением каких-то костей древних божеств, требует ответов!
Черты Тираэля оставались непреклонными.
– Я не ответственен за то, чтобы говорить с тобой о твоей матери, Иверсен.
Эти слова прозвучали словно приговор. Он причинял мне боль. Настолько сильную, что я сделала два шага назад и потерла грудь от волнения. И снова я подумала о Финли. О его сочувственных словах и способности успокоить мою душу. Мысль о Финли вызывала тяжелые душевные муки. Из меня вырвался сдавленный звук, после чего Тираэль провел ладонью по лицу.
– Это означает, что твои силы не поощрялись и не подавлялись. Твоя сила, пугливая и необузданная, прячется в каком-то уголке тела.
Ошеломленная, я кивнула. Тираэль протянул руку и провел пальцем по моей щеке. Я вздрогнула. Он показал мне грязь, которую вытер, и ухмыльнулся.
– Не волнуйся. Со мной в качестве тренера ты быстро наверстаешь упущенное.
– Или у меня появляется комплекс неполноценности, – пробормотала я и невольно потерла живот. Прикосновение Тираэля пробуждало что-то внутри меня. – Что… как насчет кельтских саг? Профессор заметит, что меня там нет.
– Баба Грир? – Он засмеялся. – Она поручила мне использовать ее лекции, чтобы обучить тебя.
– Твоя бабушка – мой профессор?
– Да. Я дам тебе свои конспекты за первый семестр.
– Подожди. Ты хочешь, чтобы я пропустила весь семестр?
– Да.
– Но у меня же на носу экзамен!
– Как я уже сказал: я передам тебе свои конспекты. Баба Грир в любом случае будет благосклонна во время экзамена, независимо от того, как ты выступишь. Она тебя обожает.
Я скривила лицо, потому что с нетерпением ждала этого курса. Тираэль прищурил глаза. Он сделал шаг ко мне. Мое сердце отвечало возбужденным трепетом каждый раз, когда он приближался. Не очень хороший знак.
– Ты должна осознать, насколько важна эта подготовка, Хелена. С этого момента твоя повседневная жизнь отходит на второй план. Ничто не важно так, как защита человечества. Кроме того, тебе предстоит церемония. Верховные испытают тебя, чтобы ты могла войти в народ Света. Уже очень скоро.
– Что, прости?
Он пожал плечами.
– Стандартная процедура. Но я думаю, ты не захочешь потерпеть неудачу на этой церемонии.
Я хмыкнула.
– Возможно, это было бы лучше для всех нас.
Он поднял одну бровь.
– Каково было бы жить, зная, что ты могла спасти людей от чудовищ, если бы приложила еще немного усилий и прошла церемонию?
Он был прав. Я не могла бы сидеть без дела, зная, что каждый вечер с наступлением сумерек появлялись существа, которые питались кровью невинных людей и убивали их. Я закрыла глаза. Прежде чем снова открыть их, я сделала глубокий вдох.
– Хорошо. Что я должна делать?
Тираэль расстегнул молнию своей кожаной куртки и протянул ее мне.
– Надеть.
Нахмурившись, я взяла куртку в руки.
– Почему?
– Самое важное правило таково: ты должна чувствовать себя хорошо.
– И это зависит от твоей куртки?
– Ты мерзнешь.
Тираэль был прав. Все это время я переносила вес с одной ноги на другую и обхватывала руками свое туловище. Тонкий пиджак нисколько не согревал. Итак, я облачилась в тяжелую кожаную куртку. Порыв ветра с запахом соли взметнул мои волосы и проник под юбку, но я больше не дрожала. Куртка Тираэля излучала тепло, как толстая меховая парка. Он наблюдал за мной.
– Что?
– Ничего. – Он отвел взгляд в сторону. Его следующие слова были нейтральными, но из уст Тираэля они прозвучали жестко. – Какая мысль вселяет в тебя уверенность?
– Что ты под этим подразумеваешь?
– Если ты не в порядке, – начал он, шаркая носком ботинка по песку и продолжая избегать моего взгляда, – что удерживает тебя от безумия? Есть какая-нибудь мысль, за которую ты цепляешься, которая заставляет тебя почувствовать, что все в порядке?
Я задумалась. Но чем глубже погружалась в себя, тем сложнее становилось. В голову не приходило ни одной мысли, но…
– Это скорее предмет.
– Он у тебя с собой?
Я кивнула.
– Покажи его мне.
Я
