Читаем без скачивания Авантюристка - Кэтрин Нэвилл

Библиотекарь болезненно сморщился и улыбнулся клерку:

— Я полагаю, вы слышали, что он сказал. Затем, сложив коробки на другую каталку, увёз их в недра операторской.

В девять часов утра юный программист с белокурой всклокоченной шевелюрой сидел за терминалом в банковском информцентре. Он пришёл сюда в числе первых. Входившие следом за ним операторы раздевались и занимали свои рабочие места, не отвлекая его внимания от светившегося экрана дисплея.

Он извлёк из кармана измятый список и, сверяясь с ним, набрал пароль к файлу с личными счетами клиентов, чтобы проверить состояние баланса на некоторых из них. Первым в списке значился вновь открытый счёт на имя Фредерика Филлмора, и на нем имелся открытый баланс в восемьсот долларов.

Тавиш довольно улыбнулся и торопливо принялся проверять остальные счета по списку. На тысячах счётов, которые он, используя «принцип салями», нашпиговывал множеством телеграфных переводов, уже разместилось, согласно сегодняшнему отчёту, около миллиона долларов.

Утром тридцатого декабря Сайд аль-Араби отпер двери телеграфной комнаты в здании Национального коммерческого банка в Саудовской Аравии. Он включил свой терминал, чтобы проверить ночные поступления.

Оказалось, что его дожидается некое послание, и Саид запустил принтер, который выдал следующую распечатку:

Отправитель: Всемирный банк, Сан-Франциско, Калифорния, США Получатель: Отделение телеграфа Национального коммерческого банка, Риад, Саудовская Аравия Письменное сообщение: Поступила ваша телеграмма о переводе от 25 декабря 199.. г. Депозитов сделано не было тчк Телеграмма искажена во время передачи тчк Повторяем Депозитов сделано не было тчк Невозможно прочесть текст телеграммы тчк Пожалуйста телеграфируйте снова Конец.

Саид аль-Араби обречённо вздохнул. Линия связи в Саудовской Аравии работала из рук вон плохо. Проходившие по пустыням нитки песчаная буря. И как, черт побери, могут работать банки, если для ремонта оборудования приходится нанимать тупоголовых помощников верблюдов?!

Он снова набрал секретный код, отпер ящик стола и извлёк данные о переводе в адрес Всемирного банка. Тут он вспомнил, что банки в Америке закрываются на все дни Рождественских каникул. Что ж, остаётся снова отправить телеграмму и надеяться, что штраф за опоздание с выплатой за приобретённую недвижимость на него не наложат.

Он сел за терминал, чтобы отпечатать текст перевода. «Вряд ли в ближайшие сорок восемь часов эти деньги успеют дойти по назначению», — подумал он. Если сейчас, в Риаде, девять часов утра, то в Сан-Франциско семь часов вечера прошлого дня. Стало быть, Всемирный банк прекратил работу четыре часа назад.

АУКЦИОН

Золото — удивительная вещь. Обладающий им обладает всем, чего пожелает. С помощью золота можно даже отправить душу на небо.

Когда утром в понедельник я появилась у себя в офисе, Перл уже восседала на моем столе, закинув ногу за ногу, и любовалась сверкавшим в солнечных лучах заливом.

— Так, так, так, — с ехидством пропела она, наблюдая, как я прошла к столу и разложила на нем свои бумаги. — Сейчас десять тридцать, пожалуй, поздновато даже для тебя, не так ли? Я звонила каждый день — тебя не было дома.

— Ты не находишь, что вырез на твоём платье чересчур глубок — «даже для тебя»? — передразнила я. — Или ты решила предпринять ещё одну попытку спасти свою карьеру?

— Если кто и пытался что-то спасти в этот уик-энд, то наверняка это была ты, — рассмеялась она. — Удачные романы накладывают свой отпечаток на облик женщины, а ты выглядишь так, будто прошла семидневный курс реабилитации в косметической клинике Ла Коста!

— Нахожу тему нашей беседы совершенно неприемлемой для данной обстановки, — пробурчала я, вскрывая конверты с почтой. — Да уж. Интересно знать, какая обстановка ока-жёгся более подходящей? Белые простынки? Благовония? Бассейн с подогревом?

— Весь уик-энд я провела в глубокой медитации, — пыталась оправдаться я.

— Не сомневаюсь, что он был великолепен, — гнула своё Перл. — А я-то распиналась, придумывала, чем бы тебе заняться в Нью-Йорке! Ха, Тавиш уже доложил мне, что ты совершила вылазку в информцентр ещё и на следующий день после того, как мы расстались. Думаю, ты была слишком занята, чтобы позвонить нам и поставить в известность.

— Ты не хочешь выслушать, чем на самом деле занималась я во время уик-энда? — перебила я её, поплотнее закрыв дверь кабинета. — Кстати, тебе не мешало бы это знать: дело в том, что новости касаются и твоей карьеры.

— Какая ещё карьера? — сокрушённо вздохнула Перл. — После твоего милого тет-а-тет с Карпом на прошлой неделе карьера накрылась. Мой замечательный босс уверен, что ты найдёшь для меня новую службу, как только я вылечу из банка.

— Но это именно так, я нашла работу, и ты действительно вылетишь из банка, — возразила я, усаживаясь так, чтобы иметь возможность беседовать с Перл, все ещё сидевшей на столе. — Я вовсе не шучу, Перл! Нам всем рано или поздно предстоит расстаться с банком. Это лишь вопрос времени.

— А есть ли жизнь за стенами банка? — спросила Перл. — Боюсь, что не готова покинуть его стены. А как насчёт тебя, моя соверчица-наперстница?

— В этот уик-энд я имела дело с Тором. Оказалось, что его часть пари будет выполнить намного сложнее, чем предполагалось.

— Могу поспорить, — криво ухмыльнулась Перл.

— Короче, чтобы всем было хорошо, — решительно прервала я её подначки, — у него есть отличная работа, такая, как раз с которой ты превосходно справишься, имею в виду твою квалификацию.

— О, я готова продемонстрировать ему мою квалификацию, если он покажет мне свою, — продолжала паясничать Перл. Но видя, что её шутки не достают меня, спросила уже серьёзно:

— Какой же специалист ему нужен?

— Специалист по двум пунктам, — отвечала я. — Первое — международный обмен. Я уверена, что ты в этом деле собаку съела.

— А второе?

— Умение тратить деньги, — сообщила я.

Как странно — я знакома с Тором уже двенадцать лет и была уверена, что знаю его как облупленного. Но проведённый с ним всего один уик-энд показал, что совсем его не знаю.

Как и я, он хранил в тайне некую часть себя, надёжно упрятав её и сделав недосягаемой для окружающих. Что же он скрывал? Сам он назвал это страстью. Но сомневаюсь, что под этим подразумевалось просто занятие любовью.

Три дня, проведённые на необитаемом острове, изменили не только отношения между нами, но многое и в нас самих. Ощущение было такое, будто нас вместе поместили в некий грандиозный циклотрон, в котором разобрали по молекулам, а потом собрали снова, причём так, что в каждом из нас теперь содержалась некоторая часть другого. Подобная перестройка вселяла в вас неизбывную тоску по утраченной вами части души. Не так ли описывает любовь в своих сочинениях Платон? По словам которого, любовь — это стремление души вновь обрести утраченную во тьме веков половину.

И эта тоска совершенно не способствовала рабочему настроению.

Я задумчиво смотрела на залив, стараясь разобраться в мешанине бушевавших во мне чувств, когда у меня в офисе появился Пётр Пауль Карп.

— Бэнкс, вы смотрите в окно! С вами ничего не случилось? — удивился он.

— Кое-что случилось, но не со мной, — отвечала я, с трудом приводя в порядок свои мысли и разбросанные на столе предметы. Не хватало раскиснуть перед Карпом. — Вы не забыли, мы в прошлый раз обсуждали вашу проблему? Так вот, мне кажется, что я нашла решение.

— Не может быть! — воскликнул он, подскочив в кресле.

— Я рекомендовала Перл в участники «Форекс» — симпозиума, то есть симпозиума бизнесменов, занимающихся международными обменами. Он проходит каждую весну и длится около трех месяцев. Вам нужно лишь санкционировать её пребывание там (то есть отсутствие здесь) и оплатить дорожные расходы.

— Санкционировать отсутствие, — повторил он, — стало быть, когда она вернётся, банк должен будет предоставить ей работу, но не обязательно в моем отделе, верно?

— Верно. Симпозиум открывается в Нью-Йорке в следующее воскресенье. — И я передала ему пачку бумаг на подпись.

— Бэнкс, я сию минуту даю ход этим бумагам, — заверил он, подписывая их, — и примите мою благодарность. Мне кажется, что Виллингли ошибался в вас и был абсолютно не прав в своих высказываниях.

Конечно, у меня сразу же возникло самое горячее желание поконкретнее узнать, какие же это были высказывания, но я заставила себя прикусить язык. В нашей тихой заводи плескалось много всякой рыбы, и Карп был лишь одним из первых, кому предстояло попасться на мой крючок.

— У меня для вас ещё один сюрприз, — продолжала я расставлять сети, — но хочу, чтоб все осталось между нами. Я почти закончила работу над своим проектом. И через неделю-другую смогу вернуть вам Тавиша. — Оставалось лишь поплевать на червячка, и Карп мигом проглотит мою наживку.