Он снова глянул на часы. – Можно бы отменить встречу, но этого парня чертовски трудно застать в городе.
– Сами справимся. – Сара взяла блокнот и кивнула Смити. Тот уже направлялся к выходу.
* * *
Сара и Смити затормозили у мотеля. Скорой видно не было, но перед наспех припаркованным ютом их ждал немолодой мужчина в красной фланелевой рубашке.
– Я проезжал мимо, когда это случилось, – объяснил он. Под глазом у него размазалась кровь. – Видел, как все было.
Рыжевато-бурую собаку привязали к кирпичному столбу. Она дико водила глазами из стороны в сторону, то и дело выбегая из тени главного здания.
– Что произошло?
Мужчина во фланелевой рубашке кончиками пальцев отер лицо.
– Она бежала от мотеля, а пес рванул за ней. Сроду ничего подобного не видел. Он повалил ее на землю и вцепился в лицо. Набросился ни с того ни с сего.
– Вы ранены? – спросила Сара, заметив кровь на рубашке мужчины.
Рубашка на нем была расстегнута. Когда он скинул ее, оставшись в майке и шортах, Сара увидела на его руке рваную рану.
– Приятель, а ты почему не поехал в больницу? – спросил Смити.
– Она кричала, а потом внезапно умолкла. Наверное, сознание потеряла.
– Но вы-то почему в больницу не поехали? Вам как минимум нужно сделать укол от бешенства, – сказала Сара.
Мужчина взглянул на свою руку.
– Они хотели меня осмотреть, но я сказал, что со мной все в порядке. Рука поначалу не болела. Я думал, это просто царапина. Думал, на рубашке ее кровь. Меня отпустили лишь после того, как я пообещал, что позвоню в полицию. – Вид у него был смущенный.
– Как вас зовут? – спросила Сара.
– Нед Харрисон.
– Значит, так, Нед, – произнесла Сара. Рука его была в ужасном состоянии. – Как, по-вашему, собака оказалась на свободе?
– Цепь, должно быть, лопнула. Она там. – Мужчина махнул куда-то в сторону здоровой рукой.
Сара повернулась к Смити.
– Отвези Неда в больницу на нашей машине, – распорядилась она. – Как выедете на шоссе, включи сирену. – Она снова обратила взгляд на Неда. – Где хозяин собаки?
– Это владелец мотеля. Он смылся сразу, как привязали собаку. Все молчал, но когда я сказал, что позвоню вам, просто взял и уехал. А, по идее, должен был остаться, так ведь? – Мужчина посмотрел на Смити, ожидая, что тот согласится с ним.
– Вы видели, куда он поехал? – спросила Сара, оборачиваясь на дорогу, которая тянулась у нее за спиной.
– Он рванул в сторону центральной улицы, скорее всего направился к шоссе, но я не уверен.
– Как его зовут? – В воскресенье во время опроса Клинт упомянул имя хозяина мотеля, но Сара не могла его вспомнить: «Рональд Мэтьюз? Нет, как-то по-другому».
Странно, что человек, с которым Клинт пил в пятницу после обеда, умчался тотчас же, как услышал, что на место происшествия приедет полиция. Здесь должна быть какая-то связь с обозленным Клинтом Кеннардом, который фактически силком уволок Льюиса из полицейского участка.
– Роланд Матерс, – ответил Нед, глянув в сторону подъездной аллеи, которая вела к центральному входу, где находилась стойка регистрации. Возможно, Роланд Матерс был из тех, с кем не стоило конфликтовать. – Кстати, я уже позвонил матери девочки. Она сказала, что приедет прямо в больницу.
Смити положил руку на плечо Неда.
– Это хорошо. Одной заботой для нас меньше.
Сара кивнула, соглашаясь.
– На какой машине он уехал? – спросила она.
– На белом фургоне. Я абсолютно уверен, что это «Тойота Хай-Эйс».
Сара знала этот фургон – видела его раньше на парковке мотеля.
– Значит, я везу Неда на «коммодоре»? – уточнил Смити, вставая между ней и Недом.
– Да. Нед, вы не против, если я отгоню ваш автомобиль к участку? – спросила Сара. – Оттуда я поеду на машине Мака. Хочу выяснить, куда подался мистер Матерс.
– Да, конечно. – Нед прижимал к груди раненую руку, которую он обвязал рубашкой. Из-под его большого живота торчали тощие ноги.
Сара открыла заднюю дверцу «коммодора», взяла с сиденья свою сумку.
– Что делать с собакой? – спросил Смити, жестом показывая на рыжевато-бурого пса.
– С собакой ничего не случится, – отвечал Нед. – У меня в машине был дроссельный ошейник. С таким с цепи не сорвется. – Он выудил из кармана ключи от машины. – Чтобы дать задний ход, нужно поднять кольцо под ручкой рычага переключения передач.
Сара, обойдя стороной собаку, подошла к юту Неда. Пес не спускал с нее глаз. Она села за руль, и в нос ей тотчас ударил запах пыли и моторного масла. Сразу вспомнилась мастерская отца, где она постоянно торчала, наблюдая за его работой. Если она что и понимала в машинах, то только благодаря ему. Его дочь никогда не будет загорать на обочине, дожидаясь помощи со стороны.
Нед окликнул ее, и она обратила взгляд на «коммодор».
– Девочка, когда очнулась, попросила вызвать полицию. Сказала, ей нужно кое-что вам сообщить. Сказала, что это срочно. Она была в бредовом состоянии, то и дело отключалась, но требовала полицию.
Сара вскинула руку в подтверждение того, что услышала его, затем повернула ключ зажигания. Двигатель ожил, заурчал. Значит, Вероника Томпсон хотела поговорить с ними. А Льюис Кеннард и Вероника Томпсон дружат с Эстер. Теперь Сара жалела, что не она повезет Неда в больницу. Впрочем, Смити, она не сомневалась, непременно навестит девочку.
Смити дождался, когда она даст задний ход, и только потом завел мотор. Сара газанула и помчалась по дороге: не хотела, чтобы у хозяина мотеля было время уехать далеко.
Не проехав и километра, она увидела двух мальчиков, несущихся через дорогу у супермаркета IGA. Сначала ей показалось, что они играют, но потом поняла: они убегают от погони. На дорогу перед ее машиной выскочил какой-то человек. Неужели это Клинт Кеннард? Сара бросила ют в сторону, едва не налетев на бетонный бордюр, и резко затормозила. Все, что лежало в кузове, от толчка загромыхало. Сара услышала визг тормозов и глухой удар, раздавшийся с другой стороны длинной полосы газона, разделявшего центральную улицу.
С гулко бьющимся сердцем Сара выбралась из машины и бегом кинулась через дорогу.
Клинт Кеннард с восковым лицом все еще стоял на ногах, но создавалось впечатление, что он вот-вот завалится на бок. Сара двинулась к нему, чтобы успеть подхватить его, если он будет падать. Дверца еще одной машины открылась, из нее вылез водитель. Сара пришла в изумление. А откуда здесь взялась Констанция Бьянки?
Ее черты искажала страдальческая гримаса. Руки она держала перед собой, словно молила о прощении.
Яркое голубое небо будто придавливало город к земле, отчего он казался низким и маленьким. Краем глаза Сара увидела, что мальчики, перебегавшие
