доме — не хуже, чем у заморского короля. Вода подаётся из реки, благодаря тому же колесу, как у водяной мельницы. Оно крутит другое колесо, с ведрами. Внизу ведро черпает воду из реки, вверху опрокидывается, сливая её в желоб. Из него по трубам — во дворец.
— Так речная — не очень чистая, — удивился я. — Отчего ему не брать колодезную?
— Нет течения в колодце. Нечему крутить колесо. А вот если бы твой хитроумный аппарат приводил в движение цепь с вёдрами, можно было бы и из колодца черпать.
Опрокинув все первоначальные мои намерения, Дармур вынудил меня к плану Б, затратному, медленному и нежелательному: основать верфь в Номинорре. Или в Кирахе. Вот только нет у меня специалистов судостроителей.
Невольно вспомнился Локи из сериала «Викинги», умевший в одиночку и орудуя только топором соорудить скандинавскую ладью, именуемую «драккар». Причём — всего за несколько недель. Но это кино и фантастика.
Что плохо, обучение постройке деревянных кораблей возможно только на практике и долгими годами. Ни у Дармура, ни у его, как я догадываюсь, коллег не имеется ни чертежей, ни какой-либо литературы.
Массу впечатлений я вынес с церемонии запуска производства судна.
Корпус закладывался так. Хозяин верфи собственноручно, не доверяя никому, натягивал верёвку на месте постройки. Рабочие и приглашённые на запуск строительства попики, представлявшие Моуи и морское божество, хором пели молитвы. Далее, в зависимости от пожеланий заказчика, Дармур шагами отсчитывал необходимую длину будущего корпуса. Не мерным линем с узлами, завязанными строго с интервалом в один локоть, а именно ногами. Так принято!
Затем он определял полноту. Широкое судно — вместительное, но менее ходкое, как мне объяснили. Узкое — скоростное.
Ровно посередине, а середина находилась по числу шагов от одной из оконечностей, Дармур ногами отмерял расстояние от осевой линии до борта, торжественно вбив туда колышек. Потом уже кто-то отмеряет верёвкой ровно столько же до противоположного борта.
Здесь, как объяснил Даргурр, уложат «брахым-хрыхым», что магический переводчик назвал по-русски мидель-шпангоутом. А мне захотелось заполучить ещё один переводчик — с морского языка на человеческий.
Конечно, можно перемерять рулеткой, у меня с собой китайская на десять метров, все длины и составить рабочие чертежи. Но… чем дольше я находился на верфи, тем больше нюансов узнавал. И понимал, что услышал и увидел только ничтожно малую часть судостроительной премудрости.
А как строить корабли с паровым двигателем — на этой планете не знает никто.
Заметив моё уныние, отец ободрил:
— Ничего. Проси Дармура, чтоб завтра собрал мастеров да заводчиков с местных мануфактур. Покажем им привод для станков. О паровом судне подумаем позже.
За неимением других вариантов и не желая признать вояж в Мармеррих проваленным, я согласился.
Конец дня посвятил шопингу, не зная, радоваться или огорчаться, что Мюи не обходит лавки вместе со мной. И хотя заморские товары плыли вглубь Мульда по двум большим рекам, здесь их разнообразие было воистину царским. Купил ей экзотических тканей, детям — забавные резные фигурки животных. Маме — специй для кухонных таинств.
Едва вернулись к Даргурру, я узнал, что планы в очередной раз ломаются. Евласий соизволил пригласить меня на утро, как раз на то время, когда на верфи Дармура соберутся заводчики и мастеровые. Не разорваться! Потому велел начинать без меня, отец расскажет. Наказал ему не распространяться про паровые машины на струммах. Не надо дразнить гусей.
Наутро я попросил у викинга пару вооружённых парней, с ними двинул во дворец. Всего пара небольших кварталов. Стражники у ворот долго не мычали, ни телились, услышав, что в единственном числе и с сопровождением чужих солдат прибыл целый архиглей. Без роты нахлебников. Только когда я пригрозил положить на месте весь караул, дело пошло. Через каких-то часа два местное величество удостоило меня аудиенцией.
Царь Евласий оказался под стать Мармерриху — мелкий. Мне по грудь, наверно, если бы встал и подошёл. Но, принимая во внимание несолидность размеров, принимал меня, не вставая с высоченного кресла. Сразу после приветствий он, не извинившись за хамское поведение стражи, поставил мне в упрёк в связи с отсутствием свиты.
— Не взыщи, царь. Хоть у меня владения обширнее твоих раз в десять, каждый при деле. А за себя я и сам постою.
Он был не стар, может, на каких-то пять-десять лет старше меня. Но с подростковой манерой меряться длиной градусников. Поэтому сравнение в площади земельных наделов его зацепило.
— Лучше скажи, Гош, что за колдовскую машину ты показываешь моим корабелам?
— Так, безделица. Может силой кипячёной в котле воды крутить станок — токарный или ткацкий. Никакого колдовства или магии в нём нет. А устроен проще, чем ветряная мельница. Удивительно даже, что у вас раньше не додумались.
— А толкать струмм?
— Тоже. Но зачем? Мне моряки сразу объяснили: струмм в море с малым числом людей — что архиглей без свиты. А если на судне сотня здоровых мужиков, отчего им не грести вёслами?
— Мне иное говорили… Ладно. Знаешь ли ты, что в моём дворце есть кое-что, намного превосходящее и твою паровую снасть, и любую мельницу?
— Так слава про твой водопровод далеко разошлась.
— Мой канцлер тебе сейчас покажет.
Как ему с насеста слезать не хочется…
— Ай-яй, царь. Когда приедешь ко мне Номинорр, а я приглашаю, лично покажу тебе все интересности. Не смущайся, проведи сам. Заодно другие дела обсудим. Всё же наши земли граничат. А оба твоих торговых пути на материк по двум рекам пролегают через мои владения. Ничего предложить не хочешь? Так я предложу. Нужно же соседям помогать друг дружке.
Посопел. Попыхтел. Сдался.
Экскурсовод из малыша получился хреновый. Он слишком гордился и чрезмерно упивался благоустройством дворца. На каждой десятой фразе переспрашивал: ведь у тебя такого нет? А может, комплексовал не только от низкого роста, но и хрымского происхождения. Землевладельцы на материке — большей частью анты или полукровки.
Мог предъявить ему ноутбук и ППС. Пистолет-пулемёт, кстати, висел за спиной, местные секьюрити отобрали нож, но на ППС и пистолет не обратили внимания. Игрушки калибра 7.62 выглядят не опасно для средневековой публики, если не знать, что это такое.
Но зачем хвастаться перед Евласием? Доказывать, что мой градусник длиннее? Приехал не за самоутверждением, а за добрососедством.
Услышав мои лестные оценки своему водопроводному креативу, царь подобрел. А как услышал, что могу презентовать ему одну из машин для привода водяного насоса из колодца, вообще расцвёл и пригласил отобедать, хоть время
