— О Господи, когда же это все закончится, — проворчал он, с неприязнью глядя в свою тарелку. — У меня такое чувство, что уже целую вечность я питаюсь одними бутербродами.
— Не раскисай, парень, — пробубнил Маклеод, энергично пережевывая ветчину, — не ищи проблем, которые сами найдут тебя.
Адам задумчиво смотрел в окно, доедая свой бутерброд, но, услышав этот диалог, обернулся и сказал:
— Ноэль прав. Мы должны быть в форме, что бы ни случилось.
— Я только надеюсь, что эта авантюра пройдет, как запланировано, — ответил Перегрин. — Очень не хочется, чтобы сегодня вечером Джулии сообщили, что ее жених взят под арест в Абердине за акт вандализма и попытку ограбления.
— Об этом, малыш, можешь не беспокоиться, — откликнулся Маклеод, — насколько я помню, эксперты по архитектурным украшениям пока не входят в список особо опасных преступников. Лучше подумай о том, чем сейчас может заниматься Жерар.
Остаток трапезы прошел в полной тишине, которую нарушали только отдаленные шумы деревенской жизни, доносящиеся со стороны сада. Когда компаньоны направились к машине, Хэмфри вышел их проводить, невольно наблюдая за тем, как Перегрин на заднем сиденье укладывает экипировку. Снаряжение дополняли непромокаемые куртки и калоши, поскольку погода ухудшалась с каждым часом.
— Сэр, — сказал Хэмфри, — я взял на себя смелость положить в багажник термос с чаем и еще один с кофе. Будут еще какие-нибудь указания?
— Спасибо, Хэмфри, — ответил Адам. — Возможно, мы останемся ночевать в Абердине, если погода окончательно испортится, и вернемся завтра. Поэтому не жди нас, ложись спать.
— Понятно, сэр, — произнес дворецкий и учтиво добавил: — Будьте осмотрительны, сэр, прошу вас.
— Разумеется. Не беспокойся, — заверил его Адам. — Мы не станем подвергать себя опасности без нужды.
Произнося это, Синклер прекрасно понимал, что рисковать все же придется.
Когда друзья проехали несколько миль на север, начался проливной дождь и наступили сумерки. Адам сидел за рулем, а Перегрин давал Маклеоду наставления в области архитектурных украшений; когда они добрались до границы Данди, с кратким курсом по убранству интерьеров было покончено. По мере того как «рейнджровер» приближался к цели, беседа угасала, каждый был погружен в собственные тревоги и волнения.
Лишь в начале шестого они добрались до города Абердин — центра североморской нефтяной промышленности. Возле Инверури Синклер взял курс на север в сторону Олдмелдрума, пробираясь напрямик через темнеющие поля и леса, пока наконец вдалеке не показалась деревня Файви. В центре городка Маклеод заметил знак со знакомым синим логотипом Королевского шотландского общества по охране памятников, а рядом с ним стрелку, указывающую дорогу к замку.
— Вот и наш поворот, — сказал он Адаму, кивая на знак. — Советую не торопиться.
Адам припарковался на обочине и выключил мотор.
— Хорошо. Все равно мне нужно собраться с мыслями… Боюсь, у меня не получится не моргнув глазом принести в замок аптечку. Кстати, Перегрин, передай-ка ее сюда. А вы с Маклеодом, если хотите, выпейте кофе.
Но вместо этого оба Охотника жадно смотрели, как в полумраке салона Адам роется в черной сумке. Прежде всего Синклер извлек крест Данди и надел его на шею, пряча ленту под бордовым свитером с треугольным вырезом, поверх которого он накинул темно-синюю спортивную куртку. Кольцо Данди лежало у него в левом кармане куртки, кинжал занимал правый. Из всех троих он единственный надел на палец печатку с сапфиром. Потом он вручил Маклеоду оттиск печати, завернутый в носовой платок.
— Не думаю, что она нам сегодня понадобится, но мало ли что. Перегрин, альбом при тебе?
— Да, в кармане, — отозвался Перегрин, — и еще фонарик. В такие ночи не знаешь, когда отключится электричество, особенно в этих холодных древних стенах. Когда я здесь работал, всегда брал с собой зажигалку, хотя и не курю, и она мне не раз понадобилась.
Маклеод тоже достал синюю зажигалку и карманный фонарь.
Они подождали еще с четверть часа. Перегрин еще раз проэкзаменовал Маклеода. И после того как юноша освободил в своем рюкзаке место для Венца, который они надеялись найти в Файви, друзья наконец тронулись дальше, двигаясь по извилистой дороге к воротам замка.
Пять выступающих из-за деревьев парка высоких башен сверкали на фоне облаков, посеребренные лунным светом. Когда друзья подъехали ближе, детали старинной архитектуры обозначились во всей красоте, сочетающей в себе неприступность баронской крепости с изяществом замка лорда. Узкие прямоугольные окна на нижних этажах были залиты светом, длинные блики падали от них на газон. Из здания доносились чарующие звуки музыки, свидетельствуя о том, что вечеринка в полном разгаре. Дождь прекратился, но затянутое тучами небо предвещало новую грозу.
Стоянка для машин, прилегающая к восточному входу, была битком забита служебными машинами высоких гостей. Адам остановил «рейнджровер» на краю гравийной дорожки невдалеке от подъездной аллеи, выключил зажигание и пару секунд сидел неподвижно, стараясь осмыслить впечатление, которое произвел на него залитый светом фасад. Потом обменялся с друзьями взглядами, и все трое вышли из машины. Перегрин взял рюкзак, и они направились по аллее к замку. У входа Маклеод что было сил нажал на кнопку звонка. Тяжелая дверь распахнулась, и на пороге возник мужчина средних лет, одетый в строгий черно-белый костюм дворецкого. Радушное выражение его лица сменилось вежливым недоумением, когда он увидел, что трое мужчин перед ним были в обычном платье. Однако Адам взял ситуацию в свои руки.
— Добрый вечер, — приветливо сказал он и вручил дворецкому одну из своих визитных карточек.
На визитке было неброско написано: «Сэр Адам Синклер, психиатр, доктор медицины».
— У нас встреча с мистером Лодером. Не могли бы вы сообщить ему, что прибыл мистер Ловэт?
Несмотря на природную обходительность, Синклер, когда надо, мог быть весьма настойчивым, поэтому дворецкий, едва взглянув на визитку, почтительно поклонился.
— Разумеется, сэр. Правда, я точно не знаю, где в данный момент находится мистер Лодер, но, если джентльмены согласны подождать, я постараюсь найти его.
Он исчез в коридорах и через несколько минут вернулся в сопровождении высокого мужчины в вечернем костюме, с седыми волосами и пунцовым цветом лица. Его проницательные серые глаза за толстыми стеклами очков оживились при виде Перегрина, а рот расплылся в довольной улыбке.
— Здравствуйте, мистер Ловэт! — сердечно приветствовал он юношу. — Добро пожаловать в Файви. Надеюсь, вас не заставили долго ждать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
