— Не надо, — ответил я, глядя на Тэда. У меня на лбу выступил холодный пот. — Не надо. Что вы хотите вместо них?
— Дорогой Балентайн, нам нужны вещи, только эти вещи и ничего более.
— Дарвин, — произнес Дэн, — здесь двое ключей. В его квартире пусто, воротничка при нем нет. Наверняка, он отдал его Эдвардс.
— Прекрасно, — сказал Дарвин. — Немедленно отправляйтесь туда и привозите, — он махнул рукой и второму, державшему нас на прицеле.
После их ухода Дарвин прошел в затемненный угол и развернул кресло. Сидящий не был нам виден, но я сразу понял, что знаю этого человека.
— Позвольте вам представить Дугласа Вилаччи, — Дарвин зажег лампу над его головой, — главного консультанта, о! прошу прощения! теперь уже владельца салона «Фэшн Фокс», любовника мисс Санджес и автора одного из самых загадочных убийств.
Вилаччи сидел в кресле, связанный по рукам и ногам, его рот был заклеен пластырем. Взлохмаченные волосы и выпученные глаза выдавали следы еще не прошедшей для него борьбы. Он то и дело выгибался всем телом, пытаясь освободиться, что-то мычал, не имея возможности говорить, глаза смотрели то на меня, то на Дарвина, то на моего редактора.
Изгибаясь как змее, ему удалось сползти на пол и едва Дарвин нагнулся, чтобы поднять Вилаччи, Тэд схватил со столика свинцовую пепельницу и с силой, какой только обладал, опустил ее на голову Дарвина. Последний произнес что-то нечленораздельное, повернулся и упал. Прайсон подошел к консультанту и стал развязывать его, а я взял в здоровую руку пепельницу, покачал ее, прикидывая на вес, и стал смотреть за Дарвином. Едва он шевельнулся, я тут же огрел его вторично.
Освобожденный Вилаччи осыпал нас благодарностями и подошел к манекену. Взяв с пола саквояж, он стал снимать с манекена вещи и запихивать их внутрь.
— Где-то здесь должны быть и брюки, — торопливо говорил он. — Если вас не затруднит, поищите их.
Я положил пепельницу рядом с головой Дарвина и сказал:
— Зачем вам этот гардероб?
— Дорогая ткань, очень дорогая ткань, — отвечал Вилаччи, запихивая в саквояж туфли. — Французский полушерстяной драп. Изготавливается в очень малом количестве. Только на один костюм. Только на один костюм, — повторял он, словно в кошмарном сне.
— Брешешь ты, приятель. Рубашка и обувь тоже драповые?
Когда Вилаччи запихнул в саквояж последнюю вещь, снятую с манекена, я подошел к нему и с силой вырвал саквояж у него из рук, при этом выставив немного вперед гипс.
— Пойдем, Тэд, — сказал я.
— Брюки, Ларри, где-то здесь брюки, — к нему вернулась решительность, хотя дрожь в руках так и не прошла. Тэд занес ногу, чтоб перешагнуть через Дарвина и продолжить путь к шифоньеру, как Дарвин схватил его за ногу, дико при этом улыбаясь. Руками он завернул стопу и Прайсон, как подкошенный, упал. Меня удивило неожиданное «воскрешение» Дарвина, мне казалось, что он без сознания проваляется не меньше часа.
Встать на ноги Дарвин не успел. Я бросил саквояж на пол и одним ударом свалил его с ног. Он полетел прямо на манекена, который с грохотом упал и рассыпался на части. Дарвин схватил отколовшуюся руку и стал подходить с ней ко мне, словно с мечом. Я попятился. Сломанная рука все время напоминала о себе болью в продавленном месте. Инстинктивно я выставил вперед гипс, защищаясь от замаха Дарвина. Как в замедленном кино, я увидел ладонь манекена в руках Дарвина, двигающуюся ребром. Какая-то сила заставила меня наклонить голову и я отчетливо услышал звук рассеченного над ней воздуха. Дарвин замахнулся с другой стороны, но Тэд, находясь сзади, сильно толкнул его прямо на меня. Я едва успел отскочить, как Дарвин, падая, шагнул через то место, на котором только что стоял я, и повалился на пол, выронив свое орудие. Он упал на живот и стал поворачиваться в направлении манекенной руки, стараясь дотянуться до нее.
В этот момент я понял, что схватив эту руку, он швырнет ее в меня и никакой реакции не хватит, чтоб увернуться от броска. Только его ладонь схватилась за изваяние, я ногами прыгнул на его спину, стараясь проломить ему грудную клетку. Дарвин увернулся и я ударил ногами о пол. Он бревном откатился на два шага, невесть откуда у него появился пистолет. Держа его в правой руке, а левой потирая ушибленное на голове место, Дарвин сказал:
— Здорово у вас это получилось, Балентайн. Однако со мной подобные номера не проходят. К стене, все трое, — и он выстрелил в пол. Пулю со звоном отрикошетило вправо.
Тяжело дыша, мы отошли от него на некоторое расстояние, Дарвин достал платок и вытер кровь, выступившую на затылке и стекающую по виску.
— Дайте саквояж, — обратился Дарвин ко мне. — Стоять на месте! Поднимите его и бросайте сюда.
Мне ничего не оставалось, как выполнить приказание. Немного постояв у стены, я уселся прямо на пол. Моему примеру последовали Тэд и Вилаччи.
Немного посидев и повертев головой по сторонам, я увидел слабенькую полоску света от неплотно закрытой двери. Точнее сказать, дверь была закрыта, но не совсем точно входила в проем, оставляя еле заметную щель. Да в этой могиле целое жилое помещение!
— Что нас ожидает? — спросил я Дарвина, продолжавшего так же пристально наблюдать за нами, не опуская пистолета.
— Вас отвезут по домам, как только мы получим то, Ради чего сюда прибыли.
— Следует ли нам звонить куда-нибудь, сообщить о нашем похищении? Сколь большая сумма вам нужна?
— Никаких денег. Единственное, что я могу вам пообещать — это то, что вы пробудете здесь до тех пор, пока не соберется гардероб. Затем вы спокойно покинете это не совсем приятное место.
Мне показалось, что я услышал приглушенный стон и невольно повернул голову в том направлении. На глаза мне опять попалась полоска света. Стон повторился, очень тихий и далекий.
— Уходим так же, как тот, что за этой дверью?
— Ни в коем случае. Человек, который там находится нуждается в нашей помощи. А мы нуждаемся в вашей. Оказав помощь нам, вы поможете и ей.
— Это женщина?
— Женщина, к тому же известная вам.
Мы замолчали. Я иногда поглядывал на Тэда, но, кроме обреченности, я ничего не мог прочесть на его лице. И лишь Вилаччи проявлял видимую трусость, раскачиваясь из стороны в сторону и что-то бормоча себе под нос.
Так мы просидели около часа, пока не вернулись помощники Дарвина.
— За нами гналась полиция, — сказал Дэн, усаживаясь в кресло. — Но наша поездка не пропала даром. Кроме воротничка мы нашли у нее и это, — и он вытащил две вещи. Воротничок я узнал сразу, а вторая вещь была похожа на тазобедренную повязку. И лишь когда Дарвин развернул ее, я — о ужас! — узнал плавки Энмалса, которые мне показывала Дороти. Яркий рисунок почти исчез, они были неестественно растянуты и имели совсем непривлекательный вид.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
