Питер отодвинулся от холода, хлынувшего из-за дверцы.
— Ты тоже.
— Черт! Вылазь или закрой дверь! Эй, подожди! Они вдруг увидели невдалеке другую машину, которая подъехала к женщине и остановилась. Женщина села в нее.
— Я знаю эту машину, — заявил Питер.
— Еще бы. Синий “камаро” этого индюка Фредди Робинсона.
— Ну теперь ты понял, куда она ходит по ночам?
— Может быть.
— Может быть? Робинсон женат. Правда, моя мать слышала от миссис Венути, что они собираются разводиться.
— Тогда он сейчас поедет прямо, а потом свернет на мост.
— Откуда ты… — Питер замолчал, когда машина Робинсона поехала именно туда, куда говорил Джим.
— А где они могут найти тихое местечко?
— На старом вокзале.
— Молодец. Выиграл сигарету, — они закурили. Машина Робинсона действительно поехала к заброшенному вокзалу. Железная дорога уже много лет пыталась продать неказистое здание, от которого осталась одна коробка. За ним стояли два старых вагона.
Там сперва женщина, потом Робинсон вышли из “камаро”. Питер с Джимом видели это из своей машины. Джим подождал, пока они зайдут за угол, и открыл дверцу. Питер в страхе смотрел на него.
— Не надо.
— Надо. Жди здесь.
— Чего ты хочешь? Застать их без штанов?
— Они вовсе не для этого приехали, дурила. Там холодно и полно крыс. У Робинсона хватило бы денег на комнату в мотеле.
— Тогда зачем?
— Вот это я и хочу узнать.
Джим вылез и медленно пошел к вокзалу. Питер хлопнул дверцей. До каких пор Джим будет втягивать его в свои проделки? Они уже влезли в церковь, курили там и пили виски, а ему все мало.
Что такое Земля содрогнулась и откуда-то налетел порыв ветра. Питера будто ударили по щеке ледяной рукой. В ветре он услышал удаляющийся многоголосый вопль.
Он выскочил из машины и побежал за Джимом. Его друг сидел на снегу, запрокинув лицо, зеленое в лунном свете. Глаза его тоже мерцали зеленым. И почему он в белом? ..Нет, Джим бежал по перрону, и Питер подумал: “Он совсем не сумасшедший, он просто…” И тут они услышали крик Фредди Робинсона.
Питер метнулся вбок, словно ожидая выстрела. Джим присел рядом с ним, всматриваясь в темноту. Потом он на корточках пополз вперед, к каменным ступеням, ведущим на пути. Вдалеке маячили два старых вагона.
Питер на миг зажмурил глаза, а когда он их открыл, Джим уже бежал назад. Он ничего не сказал, только распахнул дверцу и залез внутрь. Питер поднялся с колен и поспешил туда же, когда Джим уже заводил машину.
— Что случилось?
— Заткнись.
— Что ты видел?
Харди нажал на газ, и они поехали; его куртка и джинсы были все в снегу.
— ЧТО ТЫ ВИДЕЛ?
— Ничего.
— Ты чувствовал, как земля затряслась? Почему кричал Робинсон?
— Не знаю. Он лежал на путях.
— А женщину ты не видел?
— Нет. Должно быть, она убежала за угол.
— Слушай, ты что-то видел. Ты так бежал…
— Ты, чертов трус, спрятался тут, как девчонка! Если тебя кто-нибудь спросит, где ты был этой ночью, ты играл со мной в покер всю ночь, как вчера, тебе понятно? Пили пиво и играли в покер. Всю ночь. Ладно?
— Ладно, только…
— Вот и все, — Джим посмотрел на него в упор.
— Все. Ты хочешь знать, что я видел? Так знай: на крыше станции сидел мальчишка и смотрел на меня.
— Мальчишка?
В три часа ночи? Ты что, сдурел?
— Он сидел там и смотрел. И еще, — Харди крутанул руль, и машина, проскрежетав шинами, рванула за угол. — Он был босой. И, похоже, без рубашки.
Питер молчал.
— Вот я и побежал. А Фредди, по-моему, умер. Так что, если кто спросит, мы играли в покер.
— Как скажешь.
Омар Норрис пережил неприятное утро. Когда жена выгнала его из дома, он ночевал в одном из заброшенных вагонов на станции, и если он и слышал что-то во сне, то уже забыл. Теперь, проснувшись, он увидел на рельсах какой-то мешок, оказавшийся при ближайшем рассмотрении человеческим трупом. Хотя он сказал “твою мать”, но значило это “ну вот, снова”.
Глава 4
В следующие несколько дней и ночей в Милберне произошли события различной важности. Некоторые из них показались вполне обычными, другие удивляли или пугали, но все они были частью единого целого, и все вместе изменили город.
Жена Фредди Робинсона обнаружила, что ее покойный муж был застрахован на очень маленькую сумму и что член Клуба Миллионеров оставил всего-навсего около пятнадцати тысяч долларов. Она позвонила своей незамужней сестре в Эспин, штат Колорадо, и та сказала: “Я всегда говорила, что он просто трепло. Так что продавай-ка дом и перебирайся ко мне. Кстати, что с ним случилось?” Этот вопрос беспокоил не только ее. Коронер графства в недоумении разглядывал тело крепкого тридцатичетырехлетнего мужчины, из которого исчезла вся кровь и большая часть внутренних органов. Сперва он хотел в графе “причина смерти” записать “обескровливание”, но, подумав, написал “обширный инсульт”, сопроводив это рассуждениями о том, чем этот “инсульт” вызван.
А Элмер Скэйлс опять сидел у окна с винтовкой, еще не зная, что его последняя корова уже мертва и что туманная фигура, которую он видел прежде, готовится к большему.
А Уолт Хардести поставил Омару Норрису выпивку у Хэмфри и выслушал его рассказ, что в ту ночь он слышал шум машины и еще что-то, какой-то ЗВУК, и видел какой-то СВЕТ. Хардести еще долго сидел там после ухода Норриса в окружении пивных бутылок и думал.
А молодая сотрудница адвокатской конторы сказала Готорну и Джеймсу, что собирается выехать из отеля и купить дом Робинсона — она слышала, что миссис Робинсон продает его. Могут ли они выхлопотать для нее кредит в банке?
А Сирс и Рики переглянулись с облегчением — их беспокоила мысль, что этот дом останется пустым, — и пообещали поговорить с мистером Бернсом.
А Льюис Бенедикт собрался звонить Отто Грубе и поскорее выманить его на охоту на енота.
А Лари Маллиген, готовя тело Фредди Робинсона в последний путь, глядя ему в лицо, думал:
“ОН КАК БУДТО УВИДЕЛ ДЬЯВОЛА”.
А Нетти Дедэм сидела в своем инвалидном кресле и смотрела в окно, пока Рея кормила лошадей. Потом она увидела фигуру, подходившую к дому, и пришла в ужас — она соображала лучше, чем считали все, в том числе и ее сестра. Она пыталась закричать, но Рея ее не слышала. Фигура подходила ближе и казалась знакомой. Сперва Нетти подумала, что это тот хулиган из города, о котором говорила Рея. Она попыталась представить, как она будет жить, если он что-нибудь сделает Рее, и в страхе едва не опрокинула кресло. Человек, подходивший к дому, оказался их братом Стрингером. На нем была та же коричневая рубашка, что и в день смерти, испачканная в крови, но обе руки его были на месте. Стрингер поглядел на нее в окно, потом раздвинул руками колючую проволоку и пошел к сараю. Нетти увидела, как он улыбнулся и помахал ей рукой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
