Там, в городе. Дон Вандерли сидел за столом в отеле Арчера и смотрел, как на город внезапно навалилась темнота. Вся улица за окном погасла, но его лампа продолжала гореть.
А Рики Готорн вскрикнул, когда неожиданно погас свет, и Стелла пошла за свечами — в принципе свет у них гас зимой нередко.
А Милли Шиэн, тоже разыскивая свечи, услышала стук в дверь, но даже не подумала открыть.
А Сирс Джеймс, сидя в темной библиотеке, услышал на лестнице топот ног и сказал себе, что ему померещилось.
Глава 7
А Кларк Маллиген, который две недели подряд крутил у себя фильмы ужасов и насмотрелся всякого, вышел из кинотеатра подышать воздухом и увидел, как улицу прямо перед ним перебежал незнакомый человек с волчьей головой.
Крушение, часть вторая
Глава 8
Джим остановил машину в полуквартале от дома. Они смотрели на темный фасад, где не горело ни одно окно, не двигалась ни одна фигура.
Питер Берне продолжал думать о распростертом на рельсах теле Фредди Робинсона и о мальчике, который не был и все же был на крыше и на камне. И потом он подумал: “Я был прав. Страх протрезвляет”.
— Я думаю, она все равно не включила бы свет.
— И все же лучше бы он работал, — сказал Джим, все так же ухмыляясь. — В таком месте, где живут все эти богатые свиньи, в домах должен гореть свет. Как в том доме, где жил писатель — Вандерли, что ли? Когда идешь мимо, везде сияет свет, а его дом стоит темный. Просто дрожь берет.
— А меня от этого дрожь берет. Кроме того, это незаконно.
— Боишься? — Харди повернулся, и Питер увидел, что он горит желанием действовать, двигаться, снести все препятствия, которые мир поставит на его пути. — Думаешь, наша подружка очень беспокоится о том, что законно, а что нет? Думаешь, она купила этот дом по закону?
Джим начал заводить машину. На миг Питер понадеялся, что они развернутся и поедут в отель, но его друг просто пустил автомобиль на медленном ходу к самому дому.
— Иди со мной или ты трус, — бросил он.
— Что ты собираешься делать?
— Во-первых, заглянуть в окна внизу.
— Мы ничего не увидим.
— Кто знает, — и Джим вылез из машины.
Питер немного поколебался, потом вышел и направился следом по заснеженному газону к стене дома.
Через минуту они уже сидели, пригнувшись, под одним из боковых окон.
— Но, надеюсь, на то, чтобы посмотреть в окно, у тебя смелости хватит, Кларабель?
— Не зови меня так, — прошептал Питер, — достал.
— Вовремя вспомнил, — ухмыльнулся Джим и привстал. — Ну-ка, посмотрим.
Питер медленно поднялся вслед за ним. В лунном свете вырисовывались очертания маленькой пустой комнаты.
— Да, странные люди, — протянул Джим. — Посмотрим с другой стороны, — и он, пригибаясь, пошел вдоль стены. Питер последовал за ним.
— Говорю тебе, ее здесь нет, — прошептал Джим. — У меня такое чувство, что дом пустой.
Они были на заднем дворе, усеянном белыми холмиками, в которые снег превратил кусты и ограды. Эта привычная картина, освещенная лунным светом, немного успокоила Питера, и он попытался улыбнуться.
— Не веришь? — спросил Харди на этот раз обычным голосом.
— Все равно смотри первым.
— Ладно, — Джим поднялся и взглянул в окно.
Там блестели раковина и кухонная плита. На столе одиноко отсвечивал в лучах луны забытый стакан. Питер был готов согласиться с Джимом, что дом пуст.
— Ничего, — сказал он почти разочарованно.
Харди кивнул. Потом вдруг шагнул к задней двери и надавил кнопку звонка.
— Слушай. Если что-нибудь услышишь, беги.
Звук звонка разнесся по всему дому. Они затаили дыхание. Но не было никаких шагов, никаких голосов.
— Ну? — Джим лучезарно улыбнулся. — Что скажешь?
— Все равно нельзя туда идти. Лучше зайти спереди и позвонить там. Если что, мы просто ее ищем. А если нас увидят тут, вызовут полицию.
— Что ж, верно. Так и сделаем. Но если никто не ответит, я вернусь сюда и войду. Так и договоримся, ладно?
Питер кивнул. Джим, уже не таясь, пошел к переднему входу. Питер побрел за ним, думая:
“ВСЕ РАВНО НЕ ПОЙДУ ТУДА”.
Джим позвонил.
— Только время теряем.
— Подожди. Мы же договорились.
Джим сунул руки в карманы куртки.
— Долго еще?
— Несколько секунд.
Джим выдохнул облако белого пара.
— Хорошо. Раз-два-три. Теперь что?
— Позвони еще. Как будто ты думаешь, что она дома.
Джим нажал звонок; дребезжащий звон снова разнесся по дому и затих в его недрах.
Питер оглядел улицу и дома. Ни машин, ни огней. Кое-где в окнах горели свечи, но никто не глядел на двух парней, стоящих у входа. Дом доктора Джеффри напротив казался вымершим.
Откуда-то доносилась отдаленная музыка: тромбон, вкрадчивый саксофон, тарелки — звуки джаза плыли в ночи.
— Слушай! — Джим поднял голову. — Что это?
— Похоже на карнавал.
— Да, в Милберне сплошные карнавалы. Особенно в ноябре.
— Может, пластинка? Кто-нибудь открыл окно.
— Так мы будем смотреть в окно или нет?
Джим поднялся по ступенькам и заглянул в большое переднее окно. Питер стоял перед крыльцом, вслушиваясь в угасающую музыку.
— Никогда не угадаешь, что я вижу, — сказал Джим.
Питер подошел к окну. Сперва он увидел то, что ожидал: пустую комнату, покрытую невидимым слоем пыли. Справа чернела дверь, левее в стекле отражалось его собственное лицо. Внезапно к нему подкрался страх, такой же далекий и непонятный, как та музыка.
Потом он увидел еще кое-что. На полу лежал коричневый чемодан.
— Это ее, — сказал Джим ему в ухо. — Знаешь, что это значит?
— Она здесь.
— Нет. Здесь то, что ей нужно. Поэтому хватит ходить кругами. Пошли, Кларабель.
Питер не отвечал. Джим просто прошел мимо него и отправился к заднему входу.
Через мгновение Питер услышал звук разбитого стекла. Он обернулся и увидел в стекле страх на своем лице.
“БЕГИ.
НЕТ. ТЫ ДОЛЖЕН ЕМУ ПОМОЧЬ.
НЕТ, БЕГИ. НЕТ…”
Он быстро побежал за Джимом.
Тот уже залез на крыльцо через стеклянную панель. В лунном свете он походил на классического взломщика. Он вспомнил слова Джима: “Худшее уже мучилось, так что можешь расслабиться и извлечь из этого хотя бы удовольствие”.
— А, это ты. Я думал, ты уже дома, под кроватью.
— А что если она вернется?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
