друга. Я сказал все, что хотел. И, повернувшись спиной к бывшей начальнице, направился к Лали.
52
Я подошел к Лали. Странно, как в самые важные моменты нашей жизни время перестает подчиняться своим же законам. Мне показалось, что бурное прощание с Шанти заняло всего секунду – столько же времени, сколько нужно, чтобы выбросить в корзину отвергнутую рукопись, а вот на то, чтобы преодолеть несколько метров, отделяющих меня от Лали, понадобилась вечность. Шаг за шагом я приближался к ней. Золотистое сияние гирлянды окружало ее, как суперзвезду на сцене.
Я почему-то был уверен, что она здесь ради меня. Почему? Как? Этого я не мог бы сказать. Но точно знал – мы оба были там, где и должны были быть. Иногда судьбе требуется больше времени, чтобы осуществить свои планы…
Когда я подошел к Лали, улыбка уже исчезла с ее лица. Она протянула мне плотный конверт.
– Вот, ты это забыл.
Я взял конверт и теперь держал его в руках, даже не пытаясь открыть.
– Что это?
– Контракт, за которым ты приезжал в Почтограбск.
– «Примирение»?!
Мой энтузиазм ее разочаровал.
– Так ты действительно приезжал за ним? – Опустив глаза, она продолжила внезапно севшим голосом: – И поэтому проводил время со мной…
Я взял ее за плечи.
– Я остался ради тебя. И радовался каждой минуте, проведенной вместе. Даже когда пришлось прыгнуть с башни…
На губах Лали промелькнула легкая улыбка. Лали была из тех, кто не может долго злиться – даже если сердце разбито.
Я воспользовался трещиной, появившейся в ее броне, и продолжил:
– Ты очень дорога мне, Лали. Я прошел все эти рождественские испытания только ради тебя. Я хотел, чтобы ты была счастлива.
Я вздохнул и прислонился к стене. Мне нужна была физическая поддержка, чтобы справиться с этой бурей эмоций.
– Нужно было тебе признаться. И я хотел это сделать, но не смог. Я боялся…
– Чего?
– Всего! Боялся разочаровать тебя, причинить тебе боль, потерять тебя…
Лали взяла меня за руку. Ее рука была мягкой и теплой. А моя, скорее всего, напоминала дохлую рыбу.
– Это я во всем виновата, – вдруг сказала она.
– Ни в коем случае! Как ты можешь так думать?
– Отец все мне объяснил. Он шантажировал тебя, чтобы заставить провести время со мной. Если бы я не выглядела такой жалкой после развода, ты бы не влип во всю эту историю. Отец не должен был заставлять тебя участвовать вместе со мной в рождественском марафоне…
– Ты не понимаешь. Это было самое прекрасное Рождество в моей жизни!
Лали пожала плечами.
– Так думают все, кто побывал на рождественском фестивале в Почтограбске.
– То, что я чувствую, не имеет никакого отношения к фестивалю. Хотя, может быть… Отчасти… Все эти яркие краски, украшения, счастливые люди – в конце концов, это захватывает. Но все это стало таким невероятным именно благодаря тебе.
Лали покраснела, как человек, который не привык к комплиментам. Чтобы не смущать ее, я решил сменить тему и спросил, указывая на конверт:
– Николя все-таки решил опубликовать роман?
– Нет, это я решила его опубликовать.
– Без его согласия? Вообще-то, я могу принять рукопись только от автора. Понимаешь, профессиональная этика…
Лали пихнула меня в плечо так, что чуть не вывихнула его, но то, что она сказала дальше, было настолько поразительно, что я даже не почувствовал боли:
– Ты все еще не понял? Ты вроде бы умный, но иногда бываешь таким глупым.
Комплимент и оскорбление в одной фразе!
– Чего же я не понял?
– «Примирение» написал не мой отец.
Я вытаращил глаза.
– Нет? А кто же?
Наверное, Анжелика… Скрываясь под маской идеальной хозяйки гостиницы и чудовищного кондитера, она написала этот великолепный роман.
– Это я! – воскликнула Лали, заметив, что я снова свернул куда-то не туда.
Я схватил ее за руку и вытащил на улицу. Холодный воздух помог мне прийти в себя.
– Ты – автор «Примирения»?
– Схватываешь на лету.
Я решил не обращать внимания на насмешки.
– Но почему тогда в рукописи был указан адрес твоего отца?
Лали вздохнула и опустилась на каменную скамейку.
– Он знал, что я ни за что не отправлю новый роман в издательство после того, как Марк меня предал. Я написала эту книгу, потому что мне это было нужно, а не для того, чтобы ее издать.
– Но твой отец прочитал ее…
– Да. Он нашел рукопись, прочитал ее и решил отправить ее в «Деламар», ничего мне не сказав.
– Но почему именно в «Деламар»?
– Потому что они отказали Космо де Бальзанкуру.
Я улыбнулся. Отец решил отомстить за свою дочь.
Сев рядом с Лали, я обхватил ее за плечи.
– Его мотивы понятны, но почему он выдал себя за автора романа и, что еще важнее, зачем он шантажировал меня, чтобы вернуть тебе радость Рождества?
– Он сказал, что сначала ничего такого не планировал, но, когда увидел тебя… По его словам, ты был похож на побитую собаку. И вот тогда ему пришла в голову эта идея. Санта-Клаус из Почтограбска подумал, что одним выстрелом убьет двух зайцев.
– Я был совсем не тот, кто ему нужен, – я ведь ненавижу Рождество!
– Именно поэтому он тебя и выбрал. Он почувствовал, что судьба и тебе нанесла немало ран, и подумал, что придуманная им «рождественская миссия» пойдет на пользу нам обоим.
Все ясно. Санта меня разыграл.
Лали вздрогнула и указала на конверт.
– Я подписала контракт. Ты сможешь стать редактором.
Я быстро пробежал глазами документ и увидел изящные буквы в конце – подпись Лали. Рядом было указано мое имя с пометкой: «редактор». Моя мечта осуществилась. Я провел пальцами по этим словам, которые так хотел увидеть стоящими рядом.
Затем я медленно разорвал контракт.
– Что ты делаешь? Ты с ума сошел? – удивилась Лали.
Я улыбнулся ей.
– Впервые в жизни я чувствую, что сам управляю своей судьбой.
– Но это же была твоя мечта…
– Мечты – это не что-то застывшее, выбранное раз и навсегда. Они меняются вместе с нами.
Я встал. Я провел достаточно времени в «Деламаре». Гравий хрустел под моими ногами иначе, как будто подбадривая меня, и я знал, что иду по нему в последний раз.
Лали шла рядом со мной.
– И куда ты теперь?..
– Я знаю один городок с очень дружелюбными жителями, невероятно деятельным мэром, Санта-Клаусом – шантажистом, с чудесной гостиницей, которой управляет настоящий медиум и где живет огромная морская свинка. Письмоподменск – кажется, так он называется… Ты о нем когда-нибудь слышала?
Лали засмеялась и взяла меня за руку.
– Кажется, я что-то припоминаю.
Мы шли по аллее среди
