придется пойти за периметр.
У Шанти тут же загорелись глаза.
– Это же возможность. Ты попадешь туда, раскидаешь пару плохих парней и попадешь в сотню, а там уже и до свободы недалеко.
Я села на деревянный ящик, плечи опустились еще ниже. В надежде на спасение наши с Шанти мысли расходятся кардинально.
– Боюсь, парой плохих парней не обойтись. Пару тысяч, это более реально.
Шанти пожала плечом и села рядом.
– Это все равно шанс, я его лишилась, когда пошла работать на склад, – сказала она и провела рукой в воздухе, показывая "посмотри вокруг". – Тут плохих парней нет, а из оружия у меня карандаш и острые листы бумаги.
В тишине мы просидели больше пяти минут. Я знала, насколько важно Шанти попасть за периметр. Когда нас расформировывали на работы, мы еще не знали, что уйти оттуда будет не так просто. Буквально на каждый чих нужно прямое разрешение Ханта.
– Ты можешь пойти в отряд, – напомнила я.
– Я пытаюсь, но от меня толку не будет, так сказали все, к кому я обращалась. От тебя тоже нет толку, но Хант так и норовит вытолкнуть тебя за ворота. Несправедливо это.
Согласна.
– Потому что я нарушая его правила. Красная метка – это клеймо убийцы, а что должен делать убийца? Правильно, убивать. Он требует от меня этого, но я… не уверена, что смогу порадовать Ханта в ближайшее время.
Очередная тишина опустилась между нами. Пара парней занесли на склад ящик, идентичный тому, на котором мы сидели. Шанти кивнула им в сторону, они оставили ношу и удалились.
– Думаешь, не сможешь? – спросила Шанти.
– Не уверена. Хотя… если передо мной окажется Велас, то скорее всего смогу.
Я рассказала Шанти о том, что было со мной в Клубе Заблудших, даже про Ведьму, которую Велас распотрошил и оставил у ворот Рынка. Шанти предположила, что он сделал это специально, чтобы я увидела тело и напугалась Веласа еще больше. Знал бы он, что для меня кочевники куда страшнее, то, может, и не делал бы этого.
Еще немного потрепав языком, мы разошлись. Я отправилась домой, а Шанти начала разгребать ящики, которых скопилось пять штук.
На первом этаже я столкнулась с Вивиан, блондинкой, которая в первый мой приезд встретила Чейза. Она работает у него, готовит, убирает, стирает и наводит порядки везде, куда только может засунуть свой тонкий чуть вздернутый нос. В мою комнату она тоже наведывалась, хотя я сама поддерживаю там порядок. По большей части Вивиан старается делать вид, что не замечает меня, а когда замечает, то ее неудовольствие от встреч написано на лице. Джек рассказал, что у нее планы на Чейза. А у Чейза в это время свои планы, которые включают в себя какие–то капсулы. Я несколько раз слышала его разговоры с Джеком, но стоило мне появиться, как они закруглялись и переводили тему в другое русло. На мои вопросы никто не отвечал, и в итоге я перестала их задавать.
Вот так мы и живем, почти вчетвером, изредка видимся, еще реже общаемся.
В этот раз Вивиан была на первом этаже, она сидела на диване и пила ароматный чай. Блондинка поприветствовала меня кивком головы, я сделала то же самое. Я хотела пойти к себе, но Вивиан сегодня решила поговорить.
– Рэйвен, так не может больше продолжаться.
Я остановилась и обернулась. Девушка смотрела на меня внимательно, с долей грусти. Каждый раз, смотря на нее, я подмечала, насколько у нее утонченное лицо. Она бы отлично вписалась в Семью Основателей.
– О чем ты? – спросила я, чтобы быстрее покончить с разговором и уйти к себе.
– Я была первой, кого он спас и привел в дом. Я тут уже три года.
Он – это Чейз. Это и без объяснения было понятно. Но что она хочет от меня услышать?
– Поздравляю. Как он тебя спас?
Вивиан отвела взгляд и направила его на содержимое белой кружки.
– Раньше я жила в Фениксе, а потом ушла, жила несколько месяцев с Изгоями. В итоге решила вернуться, но Хант был против. Таковы правила, но Чейз убедил его и разрешил мне остаться, предоставил работу, я даже жила тут. В комнате, которую сейчас занимаешь ты, но мне хватило совести, чтобы не досаждать Чейзу своим присутствием. В благодарность я веду хозяйство, но живу в третьем общем доме. Ты должна сделать то же самое.
Брови поползли вверх. Из слов Вивиан следует, что она по сути своей рабыня Чейза, ведь только на таких условиях можно вернуться. Не знала, что Шелби рабовладелец. Неожиданно. Но более неожиданно то, что Вивиан решила указывать мне, что я могу делать, а чего не должна.
– Я ничего тебе не должна.
– Мне нет, но ему да. Чейз притащил тебя, потому что ему стало тебя жалко, ты же это понимаешь.
Если Вивиан страшит жалость, то меня нет. Вроде бы. Черт. Этот разговор мне не нравится. И с каждой секундой он становится более невыносимым.
Но даже если откинуть мысли про жалость Чейза, то я не вижу для себя плюсов съезжать отсюда.
– Почему я должна менять комфорт на жизнь в общем доме? – спросила я.
– Ты должна подумать о Чейзе. Рядом с ним должен быть человек, который будет о нем заботиться, а не создавать трудности. Из–за тебя их отношения с Хантом стали натянутыми, а этого допускать нельзя. Благодаря им Феникс стал жить мирно, ты даже не представляешь, что тут было раньше.
Я прикрыла глаза и вздохнула.
Как же я хотела побыть наедине с собой. Сегодня и так было слишком много разговоров, а прошла всего лишь половина дня. Я села на диван с другого края и внимательно посмотрела на Вивиан. Красивая, стройная, светловолосая и голубоглазая. Но как бы я на нее ни смотрела, то не могла представить, что она находится рядом с Чейзом. По крайней мере, в том виде, в котором она этого хочет. Да и мысль эта была мне неприятна. Вообще не хочется видеть рядом с ним какую–то там блондинку.
– Я остаюсь, – прямо сказала я.
Лицо Вивиан выразило все презрение, которое она испытывала, но до этого момента прятала.
– Другого от тебя я и не ожидала. Мало кто в наше время заботится о других.
