либо он окончательно слетел с катушек и сейчас лежит на полу пуская пену, либо этот шмат потрепанной бумаги предлагает ему выход. Еще непонятный, но все же…
— Всего на три? — спросил он. — И только?
Шмель же будто озверел. Носился вокруг и норовил усесться то на нос, то на ухо. Насилу удалось его отогнать.
Книга же улыбнулась, и весьма зубасто.
— Конечно! Ведь ты что-то ищешь во мне, о многомудрый Вергилий? Не сила ли это? Или знание, или покой?
— Полагаю знание мне нужно, чтобы обрести утерянную силу, — проговорил Вергилий, пытаясь прихлонуть охамевшее насекомое. Ни в какую — тварь была просто виртуозно ловкой. Тогда Вергилий потянулся за газетой. — А утерянная сила мне нужна, чтобы обрести покой.
— Великолепно! Итак, ты готов ответить на вопросы Книги Душ?
— А вопрос до этого не считается?
— Нет, конечно! Первый вопрос… Он не считается! Ты думал что, обмануть Книгу душ⁈
— Ничуть. Задавай свои вопросы, о болтливейший.
И с этими словами он попытался сбить шмеля на лету. И каждый раз промахивался.
— Э, зачем обижаешь Книгу Душ⁈ — недоумевала Книга, во все глаза следя за попытками Вергилия прибить насекомо. — Во мне сокрыты многие знания о том, как воскрешать мертвое, как переносить живое в мертвое, как переносить мертвое в живое, или менять живое живым…
Бросив газету, Вергилий снова поскреб бороду. Живое с живым?..
— Я заинтригован. А нет ли в твоих вопросах подвоха?
— Какой еще подвох, о наисомневающийся! Нет книги честнее, чем Книга Душ!
— Хорошо…
Шмель же буквально взбесился — носился то над столом, то пытался ударить свою жертву по лбу, то явно старался ужалить. Устав бороться со злостным насекомым, Вергилий вскочил и вжался в стену.
Злобный шмель не отступал. Вился, кружился, пытался зайти с тыла.
— Терять мне все равно нечего, — прошипел Вергилий, не выпуская врага из виду. — Задавай, пока эта тварь меня не прикончила.
— Как прикажешь! — оскалилась Книга. — Первый вопрос. Как твое имя?
— Вергилий Иоаннович.
— Хорошо! Какое твое любимое животное?
— Я очень люблю… кошек.
— Великолепно! И так, третий вопрос…
О чем был третий вопрос Вергилий так и не услышал. Шмель кинулся к книге, и лабораторию встретил крик, полный боли, страданий и непереводимого восточного фольклора.
Вдруг порогом послышались шаги, а затем громкий стук:
— Вергилий Иоаннович… Откройте, прошу…
— Эй, не отвлекайся! — заворчала Книга, вращая глазами. Шмель нарезал круги, готовясь к решительному скачку. — У тебя остался третий вопрос, и тогда…
Закончить ему не дал шмель. Влетел ему в нос, как истребитель. И снова лабораторию огласил непереводимый фольклор.
— Вергилий Иоаннович, это Вика… — и ручка двери задергалась. — Откройте!
Вергилий направился открывать. Интересно, отчего у нее такой испуганный голос. Кошмар приснился?
За дверью стояла Вика, и не одна. Не успел Вергилий среагировать, как девушку швырнули на него. Оба покатились по полу, а порог переступила нога в тяжелом сапоге. Одной руки у «гостя» не было, а лицо пряталось под маской.
Вергилий выругался. Это был Инквизитор. И явился он явно не для того, чтобы пожелать им спокойной ночи.
* * *
Телефон звонил — очень тревожно, но Лаврентий не мог ответить. Он выжимал из автомобиля все, что только мог. Каким бы важным ни было дело — оно подождет.
Скорость нарастала и шлагбаум на КПП он вынес на полном ходу. Вслед послышались крики, застрекотала очередь, а пара пуль даже звякнули о его кузов.
Ему было плевать. Он должен был успеть.
— Не можешь дождаться, чтобы убить Обухова? — хихикали у него за спиной, не спуская затылок Инквизитора с мушки. — Не думали мы, что ты так быстро согласишься…
Инквизитор выпустил еще одну струю дыма. Она быстро заполнила салон.
— Куда же я денусь.
Телефон и не думал затыкаться. Вдобавок в небе громыхнуло, на лес обрушился ливень.
Лаврентий нервно пыхнул дымом. Мало ему мокрой дороги, надоедливых звонков и дула у затылка, так еще и монстры попадались километр за километром. Каждый их наскок, каждое неверное движение руля грозило превратить автомобиль в кучу искореженного металла, но Лаврентий и не думал сбавлять ход.
Он не должен опоздать.
Спустя несколько минут ураганной езды впереди замаячили очертания забора. А еще ворота — они были открыты нараспашку. Напротив крыльца стоял автомобиль Инквизиции. Распахнутые двери особняка носило ветром.
— Кажется, нас опередили, — хмыкнул ублюдок за спиной. — Ты давай сбавляй хо…
Лаврентий бросил педаль. Но сначала он выкрутил руль влево до упора. А затем закрыл глаза.
* * *
Дверь за спиной Инквизитора закрылась с оглушительным грохотом.
— Вергилий Иоаннович, — сказал Григорий, делая один тяжелый шаг за другим. — Вы обвиняетесь в играх с Изнанкой. Вам есть что сказать в свою защиту?
Закрыв спиной рыдающую девушку, Вергилий попятился. Вика тут же вцепилась в него как в спасательный круг.
— Есть… а у вас есть ордер, Инквизитор?
В ответ на месте отсутствующей руки вспыхнуло пламя, и оттуда, брызгая искрами, начала вырастать длинная огненная плеть. От жара у Вергилия заслезились глаза.
— Понятно… Значит, обойдемся без ордера.
Он шел назад. К рабочему столу.
— Проклятая песчинка… — вдруг раздался сзади рычащий голос. — Думаешь, победила Рахида? Думаешь, победила Книгу Душ⁈ Как бы не так!
И всех троих накрыло вытянутой изломанной тенью.
* * *
Прозвучавший выстрел до сих пор отзывался звоном в ушах. Лаврентий, стряхнув с себя выбитое лобовое стекло, отстегнул ремень безопасности и рухнул на крышу перевернутого автомобиля. Затем выбил дверь и выбрался под дождь.
Ледяная влага немного остудила раны, но все равно встать на ноги было непросто. Его вестибулярный аппарат будто взбесился, а кровь заливала лицо. К счастью, удача была на его стороне — кроме пары царапин и сломанных ребер, ничего серьезного.
А вот его «пассажир»… Он не двигался.
Выпрямившись, Инквизитор оглянулся. Их прокатило от самых ворот и почти до крыльца. «Тормозной» путь тянулся метров на тридцать. Таких «горок» и врагу бы не пожелаешь.
Кстати, о врагах…
Дрожащая рука дергалась. Вылезая из окна, она тянулась — и все ближе к пистолету, лежащему на брусчатке. Каблук Лаврентия был быстрее. Пальцы хрустнули, и под крики боли Инквизитор подхватил пистолет. Разрядив, выбросил в лужу.
— Как… Сука…
— Пристегиваться надо. Дай-ка я тебе помогу.
Он схватил его за шкирку и силком вытащил из окна. Это оказался один из тех двенадцати шпионов-призраков, которые могли сливаться с тенями. В свое время ему приходилось убить двоих из них — узнали слишком много лишнего.
— Предатель.
— Пошел ты, Лаврентий! Пусть твоя дохлая Королева горит в аду!
Лаврентий нахмурился. О чем это он?
— А
