этого я вот прямо чувствую, что вроде и разговариваем хорошо, как обычно, а чувствуется, что им больше ты интересен.
Да уж, не я, а скорее моя работа и связанные с ней возможности, — хмыкнул я мысленно.
— У меня с самого начала не было на их счет особых иллюзий, — сказал жене спокойно. — Вспомни, как Андрей себя вел в первую встречу, а потом резко поменял курс, когда ты ему рассказала о том, где я работаю… А ты молодец, наблюдательность развиваешь…
Жена кивнула головой немного виновато. Явно вспомнила, как моими корочками размахивала прошлым летом в праведном гневе.
— Я тогда был рад, что вы с Наташей сдружились, — продолжил объяснять жене. — Всегда хорошо, когда есть с кем пообщаться и вместе время провести. Дети у нас, опять-таки, одного возраста. Но друзьями Андрея и Наташу считать, думаю, опрометчиво. Просто знакомые…
— Да, — кивнула жена. — Я теперь тоже так думаю. Хотя обидно немного.
— Это нормально, — вмешался в нашу беседу Фирдаус. — Тебе надо привыкать понемногу, что люди, с которыми ты будешь знакомиться, часто так или иначе будут искать какую-то выгоду и преследовать свои интересы. Чем выше Паша будет подниматься по карьерной лестнице, тем больше вокруг вас будет таких людей.
— Я это понимаю, но мне это кажется неправильным, — насупилась жена. — Почему нельзя общаться с людьми просто потому, что интересно? Вон у нас в подъезде художники живут. Оба заслуженные люди. Зарабатывают, я думаю, очень хорошо. Но общаются просто совсем, без всяких задних мыслей.
— Так я и не говорю, что все люди такие, — покачал головой Фирдаус. — Здесь в Советском Союзе вообще удивительно много людей, для которых материальные блага не играют важной роли. До сих пор этому удивляюсь. Но это все равно не отменяет того, что я до этого сказал. Чем выше будет ваш уровень, тем меньше вокруг будет оставаться таких людей. Поверь, я знаю, о чем говорю.
— Ну, если честно, Валентина Никаноровна тоже мне так сказала, — грустно улыбнувшись, посмотрела на меня Галия.
— Ничего, милая, — обнял я жену, — прорвемся. К тому же, как было правильно уже сказано, не все ищут выгоду. Так что не грусти. У нас отличная семья и полно хороших друзей. А Валентина Никаноровна, значит, тоже раскусила Андрея с Наташей?
— Сразу же, — кивнула жена. — У нее чутье прямо…
— Ну еще бы, — усмехнулся я, — такой жизненный опыт. Каждый раз радуюсь, что мы так удачно с ней познакомились.
— Ага. Только ты слишком сильно не радуйся, — посерьезнела жена. — Вполне может быть, что скоро нам новую няню искать придется.
— Это что еще за новости? Что случилось? — опешил я от такого поворота.
— Балдин случился… — ответила жена с совершенно непонятной мне интонацией.
— Ничего не понял сейчас. Причем здесь Балдин?
— Это тот генерал, который к тебе на день рождения приезжал и стол антикварный привез? — с интересом спросил Фирдаус, глядя на нас в зеркало заднего вида.
— Да, — кивнул я и выжидательно посмотрел на Галию, которая весьма умело держала паузу, явно довольная той интригой, которую создала. — Так, давай, рассказывай свою горячую новость, а то остынет.
— Ты даже не представляешь, — начала говорить жена, посмеиваясь, — недавно сидим все вместе за столом, тетя как раз приехала, новости обсуждаем, тут в калитку постучал кто-то. Пани Нина пошла открывать, мы за ней следом во двор вышли, а там «Волга» черная стоит и Балдин собственной персоной. В гости, говорит, приехал.
— Ничего себе! — изумился я.
— Ага. Детям нашим в подарок знаешь, что привез? Никогда не догадаешься, — рассмеялась жена.
Я сделал вопросительное лицо, даже не пытаясь накидывать варианты. Слишком был удивлен самим фактом появления генерала в наших отпускных буднях.
— Детскую железную дорогу, — озвучила Галия подарок. — Здоровенная коробка, куча деталей, паровоз и вагоны разных видов, указатели какие-то…
Я не смог сдержать смех. Потом сказал:
— Давно генерал с маленькими детьми дела не имел. Лет на пять в шкаф убрать подарок придется. Главное не забыть потом, что он вообще у нас есть.
— Это точно, — кивнула жена. — Мы ему так и объяснили.
— Не обиделся хоть?
— Нет. Все хорошо. Посмеялся тоже с нами, — успокоила меня Галия. — мы его очень хвалили за подарок. Игрушка на самом деле очень хорошая. Мальчики в восторге будут, когда подрастут.
— Ну хорошо. Молодцы! Так он к Валентине Никаноровне приехал получается? — уточнил у жены, начиная понимать, на что она так усиленно намекает.
— Вот-вот. Няню нашу Валей зовет все время, а она его Эдиком. И на пляж нас теперь возит на машине за город. Пляж, кстати, чудесный просто. Красивый очень, пустой, почти никого нет. И дно там пологое, мальчишкам купаться удобно. А вода чистая-чистая…
Жена тут же соскочила с темы, начав рассказывать, какие там вокруг дюны, как там гулять здорово и как детей плавать потихоньку стали учить. А я обдумывал новости. Интересно, что это генерал вдруг задумал. Вроде не приезжал к нам ни разу за все это время, и тут вдруг такой поворот. С другой стороны, может, я слишком краски сгущаю? Вдруг просто по старой дружбе пообщаться решил, а дамы напридумывали всего? Надо своими глазами посмотреть, потом выводы делать. Мало ли просто генералу путевку дали в Палангу, а он и вспомнил, что мы там тоже будем… Хотя, что я говорю — дали… Генерал сам себе выбирает путевки… Но смысл тот же.
— А почему ты решила, что Валентина Никаноровна откажется у нас няней быть? — спросил Галию.
— Ну как? Если они поженятся с Балдиным, думаешь, она останется у нас работать?
— Ну, думаю пока не надо сильно спешить с выводами, — пожал плечами спокойно, — может, они просто по-дружески общаются? Давно ведь не виделись, а тут встретились. В таком возрасте старых друзей особенно ценишь.
— Сомневаюсь, что все дело только в дружбе, — покачала головой жена. — Общаются они уж очень задушевно…
За разговорами домчались до Святославля очень быстро. После въезда в город, батя, погудев, свернул в сторону, поехал к каким-то своим друзьям на постой. Ну а мы поехали к матери Дианы. Оксана очень обрадовалась нашему приезду, выскочила
