шкафы один за другим без особых сложностей. Единственное, что напрягало Загита с каждым днем все больше, так это то, что сумма денег, которая у него была, неуклонно росла. И на данный момент он носил с собой уже очень серьезную сумму. Была мысль поделить ее пополам с Аннушкой, но он не хотел подвергать ее риску. Да и Анна очень сильно нервничала, когда у неё в сумке была большая сумма денег, поэтому все заработанное он носил с собой.
— Даже не думал никогда, что такая проблема у меня может однажды быть, — пошутил Загит как-то раз вечером.
Они с Аннушкой тогда долго смеялись, что действительно проблема из разряда тех, про которые люди говорят, что мне бы такую. Но на самом деле ничего приятного в этом не было, потому что напряжение и страх потерять деньги были постоянными, не давали расслабиться, и это довольно сильно выматывало. Они прикинули даже вариант отправить часть суммы себе почтой в Москву, но потом решили, что это будет подозрительно. А если кто-то задастся на почте вопросом, чего это москвичи себе деньги с Югов высылают? Обычно же все наоборот. Мало ли, еще в ОБХСС обратятся, и будут им по приезду неприятные расспросы… Которые и Аннушку, учитывая, где и кем она работает, совсем не вдохновляли…
Занятый работой и размеренными размышлениями обо всем на свете, Загит и не заметил, как работа со шкафом подошла к концу. Осмотрев еще раз все и удовлетворившись качеством, он начал собирать инструменты и убирать рабочее место. В это время в номере появился и заказчик. Причем не один, Загит с удивлением увидел с Самановым мужчину примерно своего возраста. Тот, даже не поздоровавшись, тут же стал ходить вдоль шкафа, с интересом осматривая его. Открыл и закрыл несколько раз, восхищенно цокая языком.
— Ничего себе, никогда такого не видел, — удивленно сказал мужчина.
Кудзаг, поздоровавшись с Загитом, представил ему гостя.
— Знакомься, это Виктор Сергеевич, мой хороший знакомый, — представил он мужика. — Я ему рассказал про твои шкафы, и он загорелся идеей посмотреть их вживую. Вот, показываю, — сделал он шутливый приглашающий жест руками.
— Да, одобряю, — кивнул Виктор Сергеевич, — действительно, ты был прав. Качество работы отличное и идея шикарная. Себе бы тоже такое хотелось.
— Но-но, ты пока что придержи коней, — ухмыльнулся Саманов. — Загиту у меня на объекте еще минимум на пару недель работы, так что ты сильно не разгоняйся.
— Да разберемся, — подмигнул тот заказчику в ответ по-свойски.
Загиту этот Виктор Сергеевич не понравился. Во-первых, потому что даже не пытался как-то общаться с ним, глянул вскользь, когда представляли. А во-вторых, потому что строил планы, вообще Загита ни о чем не спрашивая. Как о само собой разумеющемся говорил о том, что Загит будет делать ему шкафы тоже, даже не спросив у него согласия.
Мысленно усмехнувшись, Загит спокойно продолжил собираться. Заказчик у него есть, работа тоже. Сделает ее и поедет домой. Плевать он хотел на планы всяких «знакомых». Он сам себе хозяин.
Единственное, ему совсем не понравилось то, что заказчик рассчитался с ним за шкаф в присутствии этого Виктора Сергеевича. В ответ на немного настороженный взгляд Загита, лишь махнув рукой, типа свои люди, ничего страшного. Ну ладно… Загит пожав плечами, взял деньги, но осадочек неприятный у него остался. Пашка его предупреждал, что чем меньше людей знает о его работе, тем безопасней. Но в данной ситуации сделать он ничего не мог. Попрощавшись с обоими, Загит пошёл к Аннушке.
* * *
Глава 17
Коростово
Попарились всласть, вышли, а там уже Трофим с Егорычем появились. Отъезжали куда-то по делам, теперь вернулись. Сразу и выяснилось, что за дела у них были.
— Добыли мы дубовые доски, выменяли у односельчанина, — похвастались они, — через час он их уже и привезет на телеге соседской.
Хотел обсохнуть, одеться да возвращаться в Москву, но раз такое дело, то решил немного задержаться, глянуть, что там за доски такие. Все же стол из них собираются делать, интересно, что там за качество…
Ну а пока что, конечно, мужики меня вопросами засыпали про Берлин. Как он там, а то они его с 1945 года не видели…
Рассказал и про Берлин, и про фестиваль. Покивали головами, когда сказал, что на фасадах некоторых домов видны следы от пуль и осколков. Мол, понятное дело, сами старались… Понравилась им история про Дина Рида и храброго вьетнамского летчика. А когда рассказал, что с Маресьевым поговорил, хоть и немного, так они вообще впечатлились. Все же человек он сейчас очень известный.
А там и доски подвезли, на телеге, в которую была запряжена молодая кобыла. Родька тут же к ней рванул, и яблоко даже для нее нашел по рекомендации Егорыча.
Помог разгрузить доски, внимательно их рассмотрев. Годятся, даже очень. Ровные, не перекореженные, пять сантиметров толщиной, одна сантиметров пятьдесят шириной, другая сорок.
— Жалко, что обе не полуметровые, придется более широкую под узкую подрезать по ширине, — сказал огорченно Трофим. — Там было еще две полуметровых, но их повело сильно при хранении… Выпрямлять я не умею такие толстые доски.
— Да, пять сантиметров дуба — это тебе не тонкую дощечку попробовать выпрямить, — согласился с ним и Егорыч.
— Ладно, восемьдесят сантиметров вполне достаточно будет, не так у нас тут и много места свободного, — высказался и я.
Ну и тем более, ясно, что более широкую доску придется подгонять под более узкую, с этим ничего не поделать… Затащили обе доски в предбанник, там мужики и собрались стол мастерить.
— Времени у нас много, все необходимое есть, так что вернешься с Паланги, уже стоять будет готовый. — пообещал мне Егорыч.
Потрепал Тузика по голове, хорошо хоть, что ему тут совсем не скучно без хозяев, да поехал обратно в город. Уже пора и Ахмаду с работы возвращаться…
* * *
Москва
Ахмад в понедельник впервые поехал на свою новую работу в Министерство. Оделся в точности в то же, что ему Павел Ивлев посоветовал, когда он к министру ходил на собеседование. Первый день самый важный, ему нужно произвести
