— Но это не проблема. Я, как честный аристократ, возьму на себя всю ответственность.
— Пока нет, но твои слова я запомнила. Твой отец приехал в поместье. Очень злой, скажу я тебе. На меня даже не взглянул — заперся в кабинете и с кем-то громко разговаривал. Потом, судя по доносившимся оттуда звукам, бил все, что можно разбить.
— Я ему так разобью, что живого места не останется! — сразу взбесился я, представив себе масштабы разрухи и потенциальных трат на восстановление разрушенного и разбитого. — Надеюсь, он меня дождется и примет вызов по праву сильного.
— В смысле, что за вызов⁈
— У Нагибиных, чтобы стать новым главой рода, надо победить в бою старого. Ну, или старый сам, добровольно должен передать главенство в роду молодому. Но все тоже не просто так. Мы являемся единственным родом, главенство которого утверждает император лично.
— А если не утвердит?
— Пусть только попробует, — усмехнулся я. — Это одна из его наименьших проблем. Он сейчас в такой яме, что я даже не представляю, как он из нее выберется. И это еще мои братья и сестры не знают обо всём произошедшем. Симуэль очень добрый, но в гневе страшен. У него в отряде, если всех собрать, тысяч десять морд наберется. И все это маги, проверенные в боях и не раз гулявшие даже в Проклятых землях. И архимагов у них много. В общем, проблем они могут с легкостью доставить.
Мы можем грызться друг с другом — это для нас нормально. Но попробуй тронь кого-то из нас со стороны. Сразу все встанут и больно накажут. На этом и стоит род Нагибиных. А я, как ни крути, его потенциальный глава. А скоро стану уже реальным. Да наверное сегодня и стану, потому как если еще с этим затянуть, то столбы уже будет заряжать бессмысленно. И так времени много потеряли.
Так что с папой я разберусь, но позже. Вон, обрати внимание, на нас смотрят. Улыбаемся и машем. Амалия, не надо так бледнеть лицом — все хорошо.
— Но… Но там же канцлер, князь Черкасский!!! Он на нас смотрит!!! Ой, мамочки!.. Меня им в детстве пугали…
— Да? Тебя им? А меня пугали пустым банковским счетом. Вот, помню, как я плакал, когда у меня на карте все деньги исчезли, а счет заблокировали. А этот что? Чего в нем страшного?
— Он архимаг, один из сильнейших в нашем мире!
— А я вот самый сильный, но что-то ты меня не боишься. Да и к тому же он вроде весьма приятный дедок. К нам, как вижу, идет. Сейчас познакомишься с ним.
— Может, я потом как-нибудь?.. — занервничала она.
— Потом будет потом, а надо сейчас. Со своими страхами надо уметь бороться…
— Ямир Ярославович? — высокий, худой и подтянутый старик замер возле нашего столика. Его свита, состоящая из кучи народа, почтительно выстроилась позади него, образовав некий полукруг, в центре которого оказались мы.
— Да. С кем имею честь? — встал я.
— Меня зовут Михаил Яковлевич Черкасский. Великий канцлер Протороссийской империи.
— Ваше Сиятельство, — поклонился я. Не очень низко, как равный равному. Мы, Нагибины, по статусу выше него будем, но мужик он хороший, вот я и проявил уважение.
— Ваша спутница…
— Амалиэль из рода Лазурных небес. Мы можем свободно говорить при ней. Она — моя невеста, и от нее у меня секретов нет.
Ой, как покраснела моя милашка! Так бы и затискал. А глазки-то как засверкали. Уже небось мысленно примерила колечко на палец. Ну и правильно. Ее я все равно упускать не собирался. Есть у меня с ней некое родство душ — прям чувствую, что она моя, та самая и почти единственная. По ощущением как с Сашей или Хвостиком. И вообще, все — больше никаких невест. Большие гаремы — зло, что бы там себе ни фантазировали всякие извращенцы.
— Очень приятно, — обозначил поклон в её сторону князь. — Разрешите присесть?
— Конечно.
Сел. Сидит, молчит и только глазами зыркает. Свита так же застыла в ожидании. Ну, сейчас он что-то выдаст. Давай, удиви меня.
— Я ознакомился с вашими требованиями, граф, и считаю их… приемлемыми.
Эво как! Что ж, реально удивил. Я аж неприлично рот открыл. Думал, сейчас начнет задвигать про ракеты, бороздящие космос, а он сразу к делу. Уважаю.
— Причем абсолютно все требования. Барон де Боде в настоящий момент вылизывает вашу бывшую камеру. Видео этого отвратного процесса вам непременно скинут на телефон. После этого он будет казнен по обвинению в измене империи. Так же, впрочем, как и начальник местной полиции.
Мои люди чуток покопались в документах, так у них волосы дыбом стали от творимых тут бесчинств. Впрочем, это уже наша забота, как отделить зерна от плевел. Как вы и сказали, все их имущество будет продано, а деньги поступят на ваш личный счет.
С графом Троекуровым сложней. Он признан виновным в превышении должностных полномочий. По совокупности потянет на десять лет каторги, но вы желаете его жизнь…
— Если выплатит мне виру за обиду, согласен и на каторгу. Только чтобы он более не имел права на дворянский титул.
— Безусловно, — кивнул канцлер. — Спасло его то, что он хотел вас покалечить, а не убить. Иначе бы смертная казнь всего рода. А так на его место встанет… Скажем так, более благоразумный наследник. Соответствующее внушение ему уже сделано и мстить он не будет.
— Даже если будет, мне все равно.
— Понимаю, — снова кивнул он. — Слова ничего не значат, если не подкреплены силой. А ее у вас более чем достаточно. Далее, в течении часа сюда лично прибудет Его Императорское Величество Павел Пятый для приватного с вами разговора. Я не в праве вам что-то советовать, но все же настоятельно прошу его выслушать.
В этом году все пошло наперекосяк с этими столбами. Ваше путешествие — я нахожу его очень правильным. Вы даже не догадываетесь, какая волна поднялась. По всей империи начались проверки на местах. Сколько мы всего выявили — не сосчитать. Увы, мы не вездесущи, и конечно, за всем невозможно уследить. Но если совсем ничего не делать, империя погрузится в хаос. Так что я полностью одобряю ваши действия, Ямир Ярославович.
Кстати, ваше требование о смене главы рода так же признанно законным. Вы несомненно
