в очередной раз вильнула хвостом и обернулась птицей обломинго.
Не видать ему холдинга, зря только перья пушил и планы строил!
Олег вздохнул и подумал, что этот брак всё равно принёс ему дивиденды, а после развода их будет ещё больше. Надо только дотянуть до февраля, постаравшись ничего нового не отчудить.
Чёрт его знает, почему ему вдруг словно вожжа под хвост попала – он ведь никогда не имел таких склонностей? Да, расстроился, да, сорвался, но не до такой же степени! Разбил бы что-нибудь, стул в стену швырнул – это тоже выброс адреналина и слив негатива.
Но он…
И перед мысленным взором Олега встали картины, как он тащил по сугробам полураздетую Лизу, как только чудом не взял её силой в той квартире. Вспомнил все случаи, когда еле сдерживал рвущуюся ярость и непонятное желание рвать и метать.
И призадумался – а всё ли в порядке с его здоровьем?
Он не был по жизни мягким и пушистым, но никогда не жестил в отношении женщин
Да, руководители такого уровня априори не могут быть бесхребетными няшками – мямли нигде не пользуются уважением. Но это не значит, что руководитель высшего звена обязательно деспот и абьюзер!
Больше того, Олегу всегда претили люди, измывающиеся над беззащитными. В чём прелесть победы над заведомо слабым противником? Ты сразись с равным – вот это настоящая победа!
Сделав в памяти зарубку: при первой возможности наведаться в клинику и пройти полное обследование, он вернулся к работе.
- Олежек, я вернулась!
Любовница впорхнула в кабинет, плотно прикрыла дверь и пошла навстречу, виляя бёдрами.
- Я предупреждал, что ты не должна выделяться? – сглотнув, он обласкал глазами ладное тело.
И с усилием отлепив взгляд от её груди, посмотрел ей в лицо.
- Приходишь поздно, посреди дня исчезаешь. Кари, чего ты добиваешься – чтобы кто-то обратил на это внимание и начал задавать вопросы?
- Не сердись! Я сказала, что ездила по твоим поручениям. В конце концов, я не обязана отчитываться перед твоими подчинёнными. А если у них есть время на вопросы, то просто добавь им работы. Чтобы ни на что другое ни сил, ни времени не оставалось!
И ресницами хлоп-хлоп! А потом прикусила нижнюю губку и провела пальцем в районе зоны декольте: чем-чем, а искусством отключать мужские мозги Карина обладала в совершенстве!
Жаль, что офисный дресс-код не допускал в одежде никакой фривольности, но и пары расстёгнутых на блузке пуговок хватало. Остальное доделывали память и воображение.
И Олег привычно поплыл, чувствуя, как раздражение сменяется на чувство предвкушения.
Он рывком привлёк к себе любовницу, но прежде чем наброситься с поцелуями, запустил пальцы ей в волосы и пробормотал ей в губы:
- Ладно, пропустим на сегодня. Но на будущее, пожалуйста, постарайся придерживаться рабочего распорядка. Ты дверь закрыла?
- Да…
У Карины вышло «да-а-ах!».
И Олег больше не сдерживался.
К сожалению, дела не позволяли надолго выпадать из графика, поэтому уже через полчаса Левин оторвался от любимой.
- Посиди в приёмной, - пробормотал, целуя девушку напоследок, - иначе я так и не смогу вернуть рабочий настрой. Искушение моё!
- Хорошо, - покладисто согласилась та, приводя одежду в порядок. – Я принесу тебе кофе, он взбодрит и настроит.
И, как бы между прочим, добавила:
– Олежек, я тут узнала, что у нашего губернатора юбилей на носу…
- Да. И что?
- Достань мне приглашение на два лица!
- Зачем? – весь благодушный настрой слетел за одно мгновение. – Карина, что ты опять затеяла?
- Ничего, что могло бы тебе навредить. Наоборот, я хочу помочь!
- Опять?! Я против!
- Вот ты как, - она насупилась и отвернулась, изображая вселенскую обиду. – Я для тебя на всё готова, терплю тут твоих стерв, улыбаюсь им, якобы не замечая, что каждая вторая, если не каждая первая, мечтают меня подставить! Вожусь с твоей заучкой, теряю часы, развлекая её матушку…
- Стоп! С этого места поподробнее – ты виделась с Екатериной Рузановой? Где? Зачем?
- А то, что меня тут все ненавидят, ты мимо ушей пропустил? – печальным голосом произнесла девушка. – Что ж, мне не привыкать…
- Кари, я ничего не пропустил, - Олег снова сгрёб её в объятья.– Все, кто плохо с тобой обращается, будут уволены. Скинешь мне имена, я разберусь. Но Рузанова… Зачем ты к ней полезла?
- Я не специально, так получилось! Мы с твоей курицей сидели в кафе, когда вдруг появилась её мамаша. Мне надо было промолчать или сбежать? Я решила поддержать легенду. Слово за слово, и Екатерина Георгиевна дала мне номер своего косметолога. И рассказала кое-какие фамильные секреты. Видимо, я ей понравилась.
- Секреты? – снова напрягся Левин. – Например?
- Оказывается, если Лизка тебе изменит, она потеряет всё! Почему ты об этом мне не рассказал?
- Потому что это ничего не решает. Да и Елизавета не из тех, кто будет по койкам прыгать. Я ведь говорил, что она до сих пор девственница!
- Проверял, что ли?
- Нет, но…
- Сказать можно что угодно. Но бог с ней, с её невинностью – настоящей или мнимой. Почему ты считаешь, что измена твоей жены ничего не решит? Ты получишь свободу и акции!
- Свободу – да. А акции – нет.
- Странно… И кому они достанутся?
- Детям Лизы, я же тебе об этом говорил?
- Точно? Не её матери, не благотворителям, не самой Лизе?
- Точно. У Николая были лучшие юристы, они подготовили такое завещание, что ни одной лазейки не осталось. Я смирился с потерей холдинга, смирись и ты. Даже без этого у меня остаются и акции, и очень денежная должность, и накопления с недвижимостью, не говоря уже о клининговой компании. Последняя неплохо развивается и приносит хороший доход. Я, Кариша, далеко не бедный человек, и моя жена ни в чём не будет нуждаться! Главное, дотянуть без скандала до февраля. Поэтому прошу тебя – никуда не лезь, просто живи. Хорошо?
- Хорошо, - согласилась та. – Но приглашение мне всё равно нужно! Достанешь?
- Зачем? – снова нахмурился Левин. – Ещё и на две персоны… Для кого ты просишь?
- Для себя. И матери Лизы, - бросила Карина, и прежде чем Олег успел возмутиться, затараторила:
- Подожди, не рычи! Ты же понимаешь, что когда я выйду за тебя замуж, мне придётся принимать
