– У него, должно быть, были замки не моей работы, – хмыкнул Текло самодовольно.
– Да что вашей, что не вашей, – пожала я плечами. – Там вор, говорят, волшебную отмычку использовал! А тут уж неважно, чья работа… Вот как от такого спастись, а?
– На всякое колдовство есть другое, – туманно ответил Текло, доливая мне орты.
– Может, и есть, а откуда его простым людям знать? – прищурилась я.
– Неоткуда, – развел руками Текло.
– То-то и оно! – воскликнула я. – Вот так сиди и дрожи, не обнесет ли тебя кто… Раз на отмычку потратился, и весь в золоте, а ты сиди, локти кусай!
– Ну… тоже можно потратиться, – заметил Текло.
– Знать бы, кому платить! – фыркнула я. – Коллежские маги рыло воротят, а где других взять?
– Можно поискать, если надо… – еще более туманно ответил мастер.
– Чушь! – я дернула плечом. – Бабкины сказки. Нету никаких других магов, и замок зачаровать никто не сумеет! Ведьму если только разыскать где в деревне, но кто ее знает, шарлатанка она или нет? Пока вор не влезет, не проверишь!
– Если госпоже так важно… – Текло налил еще орты. – Я могу спросить у знакомых.
– Что? – удивилась я. – Кто-нибудь из коллежских, мелкая сошка? Кому денежек надо? Почтенный мастер! Если есть у вас такие знакомства, не откажите, сделайте милость! Денег у меня довольно, но запоры нужны надежные! Потому как наслышана обо всяких умельцах…
– Ну, вы загляните на неделе, госпожа, – попросил Текло. Видно было, как он быстро просчитывает варианты. – Тогда скажу, выйдет ли.
– Уж непременно загляну! – пообещала я, вставая, но тут же села обратно. – Почтенный мастер, а вот что скажите: я слыхала, животные это самое колдовство не любят. Лошади бесятся, собаки воют… Мне такого не надо!
– Вам замок на конюшню, что ли, вешать? – ядовито осведомился старик. – Или на псарню?
– А хоть бы и на псарню! – быстро сориентировалась я. – Бойцовые псы – это ж вам не просто так! Увести не уведут, а отравить могут, и что тогда?
– А, ясно… – Текло немного успокоился. Видимо, перебирал в памяти владельцев бойцовых псов. Пусть думает, этого занятия ему надолго хватит, особенно если учесть, что большинство из них этого своего занятия не афишируют! – Ну, госпожа, тут уж зверям привыкать придется. Вы не беспокойтесь, они сперва только шарахаются.
– Посмотрим… – процедила я. – Ладно, почтенный. Заеду на неделе, но уж не тяните, очень прошу! Неладно что-то у меня на душе!
На этом мы и распрощались.
Я выехала на улицу, находясь в полном недоумении. Допустим, Текло действительно что-то делает со своими замками. Это вероятно – я ощущала слабенький магический фон в доме. Настолько слабый, что его вряд ли бы испугалась даже самая нервная лошадь, а если бы испугалась, то не до полной потери рассудка. При чем здесь вороной вейрен, я пока понять не могла. Он принадлежал кому-то из клиентов? Если так, чего именно он испугался?.. Я проехала Кузнечную из конца в конец, проверяя ее на наличие следов магии, а заодно и ведьмовства, но ничего не обнаружила. Так, легкие метки – кто-то пользовался амулетами, еще чем-то, разрешенным Коллегией… Сильнее всего фонило возле дома мастера Текло, но все равно недостаточно сильно. Поспрашивала подмастерьев – кое-кто заметил проскакавшего мимо коня, но толком никто его не разглядел. Что интересно, почти все эти люди были с того конца Кузнечной, что переходила в Белокаменную. Скорее всего, и конь бежал откуда-то оттуда, а не с другого конца улицы… Но от мастера Текло ли? Или откуда-то еще?
Решив подумать над этой задачкой позднее, я направилась в Заречье. Кобыла моя, поняв, что мы возвращаемся домой, прибавила шагу, пришлось придерживать ее, чтобы не сшибла кого-нибудь ненароком. Вот ведь умная скотина! Всего несколько раз я выезжала на ней в город, а она уже запомнила, где мой дом и уютная конюшня!
За воротами меня встретила Аю, схватила поводья, но уводить кобылу не спешила – ее переполняли эмоции.
– Я-я! – твердила она восторженно. – Я-я! Я-я – ошша! Оши ошша! Я-я оши!
В переводе с ее птичьего языка это означало что-то вроде «дядя привел хорошую лошадь, дядя хороший». Нужно будет сказать Лауриню, что он хороший дядя, вдруг его это порадует?
– Айки я-я – у! – Аю вдруг скривилась и сердито сверкнула раскосыми глазами. – Айки я-я Аю – ак!
Она изобразила толкающее движение. Очевидно, «маленький дядя» – это был лейтенант Зибо, и он Аю не понравился. Сочувствую ему…
– Точно, – кивнула я. – У. Иначе не скажешь.
Я заглянула на конюшню. Вороной мирно жевал овес, Аю успела вычистить его, распутать гриву, и теперь конь выглядел почти так, как должен выглядеть чистокровный вейрен. Ничего, отъестся, будет краше прежнего…
Я осмотрела коня, стремясь найти клеймо заводчика. Ничего не обнаружила и призадумалась: либо клейма не было изначально, что маловероятно, но все же возможно, либо его уничтожили. Это можно сделать, но тут необходимо вмешательство мага, иначе останется заметный след. Я ничего не смогла почувствовать, но это неважно: клеймо могли убрать пару месяцев или даже лет назад, а в этом случае магических следов уже не осталось.
– Аяйка! – Аю потянула меня за рукав, подтаскивая поближе к деннику. – Охо! Ошша охо!
Что там могло быть «плохо»? Девчонка уже забралась в денник, повисла на шее коня, заставляя его повернуться (я всякий раз поражалась ее бесстрашию в обращении с лошадьми), откинула гриву, ткнула пальцем:
– Охо!
Я протяжно присвистнула – шея вороного оказалась в порезах, не заметных под длинной гривой. Бывает, готовую упасть лошадь колют ножом, чтобы пробежала еще немного, но зачем проделывать такое с этим конем?
Аю соскользнула на пол, заставила вороного поднять переднюю ногу.
– Аяйка! Охо!
Еще того интереснее! На ногах у коня оказались заметные следы от пут: похоже, их не снимали довольно долго.
– И правда, нехорошо, – задумчиво сказала я. Аю смотрела на меня требовательно.
Я подняла было руку, стремясь разом избавить животное от ран, но вороной, едва почувствовав касание магии, шарахнулся в сторону, прижался к стене – Аю едва успела выскочить из-под копыт, – снова начал дико коситься и дрожать. Надо ли говорить, что остальные лошади в конюшне ни малейшего внимания на это не обратили! Пришлось оставить попытки излечить вороного при помощи магии, он, похоже, был слишком чувствителен к ее проявлениям…
– Скажу Тее, чтобы сходила за лошадиным бальзамом, – сказала я. – Она тебе отдаст. Поняла?
– О-яла! – ответила Аю, повеселев. Похоже, ее словарный запас пополнялся, и немудрено: я заметила, что Тея подолгу разговаривает с ней. Учить языку не учит, но простейшие-то слова девчонка должна была уже запомнить: я заметила, что она сообразительна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
