Почти под кайфом от головокружения я отступила в ванную. Я не стала закрывать дверь. Сунув руку под лавандовое коктейльное платье, я стянула с себя промокшие трусики. Данило не двигался со своего места в центре моей комнаты, и меня взволновало, что он наблюдает за мной.
Мое тело затрепетало под его вниманием. Притворившись, что ничего не заметила, я надела свежие трусики и натянула их на ноги.
Когда я вернулась к Данило, его рука обвилась вокруг моей талии. Я не отстранилась.
— София, — сказал он, снова качая головой.
— Нам нужно ехать, верно?
Я выскользнула из его объятий и пошла прочь. Вскоре его шаги догнали меня. Я чувствовала, как его глаза буквально прожигают меня.
***
Свадьба была великолепной, как и торжество, которое, конечно же, проходило в лучшем отеле Миннеаполиса. Напряжение Данило вернулось, когда мы сидели в церкви, но постепенно спало в течение всего вечера, хотя он все еще был далек от расслабления.
В первый раз он не следил за каждым движением сестры своим бдительным взглядом, когда мы танцевали. Он прижимал меня к себе, его горячая ладонь лежала у меня на пояснице. Мы были так близко, что я не могла перестать вспоминать наш поцелуй — мой первый настоящий поцелуй — и боже, какой поцелуй. Даже в моих фантазиях это было не так хорошо, что заставило меня задуматься, как будут проходить остальные наши интимные встречи. Разгром на вечеринке явно не был той шкалой, по которой можно судить о нашей сексуальной жизни.
Я мельком поймала взгляд Анны с другого конца комнаты. У нас еще не было времени поболтать наедине. Мы разговаривали по телефону практически каждый день с момента моей свадьбы, но разговор с глазу на глаз был другим.
— Анна намного превосходит мою защитную жилку, — пробормотал Данило.
Я рассмеялась, встретившись с ним взглядом.
— Мы подруги всю нашу жизнь. Она просто хочет убедиться, что со мной все в порядке.
— Ты в порядке? После поцелуя?
Прикусив губу, я прошептала:
— Да.
Поцелуй пробудил мои чувства и надежды. Если Данило мог так целовать меня, значит, он должен был желать меня.
— Хорошо, потому что я не могу думать ни о чем другом, кроме вкуса твоих губ, София. Не могу дождаться, чтобы поцеловать тебя снова.
Я сжала его плечо, прижимаясь чуть ближе.
— Чего ты ждешь? — удивленная собственной смелостью, я рассмеялась.
— Если я поцелую тебя так, как хочу, прямо здесь, на танцполе, это вызовет скандал года, — сухо сказал Данило.
Мой взгляд скользнул по другим гостям, занятым вежливой беседой и послушными танцами. Они будут шокированы, но, возможно, и нет. В конце концов, сестры Мионе были склонны к скандалам. Я выбросила Серафину из головы, как делала это каждый день в течение последних двух недель. Чтобы чувствовать себя комфортно с Данило и действительно дать нам шанс, я не могла позволить мыслям о Фине испортить меня, и именно поэтому я не отвечала на ее звонки.
— Мы не должны вот так портить свадьбу твоей сестры.
Данило всмотрелся в мое лицо, будто уловил мое краткое блуждание по дорожке памяти.
— Наверное, тебе стоит потанцевать с ней, — добавила я.
Данило кивнул и неохотно передал меня папе.
После еще нескольких танцев я извинилась и ушла с танцпола, чувствуя, как болят ноги на высоких каблуках. Я поискала глазами Анну, но она танцевала с Сэмюэлем. Отчаянно пытаясь освободиться от каблуков, я выскользнула из банкетного зала. Я едва могла снять обувь в присутствии людей. Это шло бы вразрез с этикетом.
Я нашла удобную скамейку в боковом коридоре и опустилась на нее. Я выпустила вздох, когда сняла туфли. Мои ступни покраснели, а на пальцах образовались волдыри. Я не должна была надевать новые туфли для ночи, где нужно стоять и танцевать.
Шаги предупредили меня, что кто-то идет, и я подняла глаза, чтобы увидеть Данило, выходящего из-за угла с выражением беспокойства на лице. Заметив меня, он заметно расслабился.
— Боялся, что сбегу? — сказала я с легкой улыбкой.
Он сел рядом со мной и удивил меня, взяв мою ногу и начал массировать. Я откинулась назад и тихо застонала.
— Извини, мне просто слишком хорошо.
Данило покачал головой и проделал то же самое с моей второй ногой. Взгляд, которым он одарил меня, был напряженным, и вскоре простой массаж показался мне чем-то большим, чем просто способ облегчить мою боль.
В этой части отеля было тихо. Банкетный зал находился довольно далеко, а туалеты в противоположном направлении. Данило поставил мою ногу и обхватил ладонями мое лицо. Я подвинулась к нему, и наши губы встретились.
Я растворилась в поцелуе, в тепле и вкусе Данило. Он посадил меня к себе на колени, и я обвила руками его шею, еще глубже окунаясь в поцелуй. Его эрекция впилась в мою задницу, возбуждая мое собственное желание. Вот тебе и смена трусиков.
— Дерьмо, — пробормотал кто-то.
Мы с Данило отпрянули друг от друга. Анна стояла в нескольких шагах от нас. Она послала мне взгляд, который ясно дал понять, что ей нужны подробности, а затем медленно отступила с фальшиво застенчивым выражением лица. Прежде чем завернуть за угол, она подмигнула мне.
Данило издал низкий горловой звук.
— Она начинает меня раздражать.
— Ты не можешь винить ее. Ты не дал ей повода полюбить тебя.
— Я пытаюсь загладить свои прошлые прегрешения, — сказал Данило, целуя меня в шею.
Я закрыла глаза, позволяя его рту творить свою магию.
— Мы должны вернуться на торжество, пока люди не заподозрили неладное.
— Пусть что-нибудь заподозрят. Мы женаты. Можем делать все, что захотим. То, что мы делаем в частном порядке, это наше дело.
Мурашки побежали по моей коже, когда я обдумывала варианты.
Я соскользнула с его колен, прежде чем окончательно не потерялась, но Данило схватил меня за запястье и потянул вниз, шепча мне на ухо:
— Как эти трусики? Промокли насквозь?
Мои глаза расширились, удивленные его прямотой. Я хотела быть такой же смелой. Оглядевшись, я сунула руку под платье и стянула трусики. С застенчивой улыбкой я засунула их ему в карман. Он замер, и я испугалась, что перешла черту или сделала что-то отвратительное, но тут он рывком притянул меня к себе и крепко поцеловал. Я ахнула и отстранилась.
— Нам пора возвращаться.
Данило сунул руку в карман с моими трусиками и застонал.
— София, мать твою, что ты со мной делаешь?
Я отступила назад. Воздух против моей киски казался странным. Мысль о том, чтобы провести ночь голой, почти заставила меня пожалеть о своей маленькой выходке, пока я не увидела, что Данило смотрит на меня так, словно хочет поглотить.
На обратном пути в банкетный зал меня перехватила Анна. Данило пошел вперед, а мы с Анной направились в туалет. Как только мы остались одни, я выпалила:
— Я без трусиков.
Я не была уверена, что заставило меня сказать это, возможно это эффект нервной энергии, гудящей под моей кожей, так как я лишилась барьера между моей пульсирующей плотью и воздухом.
Каштановые брови Анны взлетели вверх.
— Хорошо для тебя!
Я закрыла глаза и захихикала.
— Кажется, я схожу с ума.
— И все из-за поцелуя? Или вы двое по-быстрому перепихнулись в темном уголке, прежде чем я вас застала? — она потянула мою руку вниз, заставляя меня встретиться с ее любопытным взглядом.
— Это был всего лишь наш второй поцелуй. На самом деле мы не сделали больше... если не считать вечеринки.
— Это не считается, — пробормотала Анна. — Но вы оба выглядели ужасно комфортными, совсем не так, как люди, которые хотят остановиться на поцелуях.
— Нет, не знаю, — вздохнула я. — Я не хочу торопиться после всего, что случилось.
— Тогда не торопись. Или попытайся отделить похоть от любви. Ты могла бы начать с отличного секса с Данило, а затем медленно продвигаться к эмоциональной связи.
— Сомневаюсь, что это сработает. Я не могу отделить секс от эмоций.
