призрак. — Проклятья, как и некромантия, запрещены законом в Российской империи. Поэтому если эти дары кто-то и развивает, то тайно. Надо искать.
— Ещё бы знать, где искать. Может у глобала есть тёмная сторона? — спросил я, вспомнив, что в прошлой жизни нередко брал заказы через даркнет.
— Нет, имперская служба безопасности тщательно следит за всем, что происходит в глобале.
— Тогда надеюсь, что меня не посадят за расспросы одноклассников, — с иронией подметил я.
— Эм, не стоит даже упоминать, что тебе такое интересно, — посоветовал Макар. — Одно дело, когда мы проклятьями над Герасимовым шутили, а другое — всерьез. Плата может быть слишком высока.
— Даже за банальную проверку?
— Да.
— А ты откуда знаешь?
— Ну… — протянул призрак, почёсывая затылок.
Его постоянно сменяющийся головной убор и повязка для глаз отсутствовали. А вид был такой, словно он пытается от меня что-то скрыть. Правда, у него это плохо получалось.
— Что ну? Давай, выкладывай, — потребовал я, поскольку мне крайне не нравилось, что возможно на мне висит какое-то проклятье.
— Моя бабушка может помочь. Но она берёт клиентов только по рекомендациям. От аристократов.
Очередной повод наведаться к этой старушке. Она меня уже настораживала по одним рассказам её мертвого внука.
— Разберёмся. Думаю, что на каникулах съездим к ней, там как раз будет больше свободного времени.
— Ага, и если проклятье существует, то у тебя останется месяц до конца года, — напомнил Макар.
— Разве она его не снимет?
— Не знаю, — пожал плечами призрак. — Она как-то рассказывала, что не все проклятья можно снять.
Весь день прошел в раздумьях. В перерывах между тренировками и занятиями я только и делал, что рассуждал, как пройти семейное испытание и не выдать себя. Ведь я понятия не имел о чём идёт речь.
Но поскольку уровень угрозы приблизился к грани между жизнью и смертью, я решил не откладывать и рискнуть. Генерал не раз просил меня связаться с кем-нибудь из родственников, кому я могу доверять. И одна из них уже доказала свою верность, когда чуть не погибла в попытке отомстить за меня.
Моя сестра — Светлана была с рождения немой, поэтому звонить ей не было смысла, да и телефон девушки мог прослушиваться. Я долго размышлял, как лучше поступить. И в итоге написал ей со своей страницы в социальной сети. Фотографий там не было, поэтому она могла сразу и не узнать меня. А чтобы отделиться от сотен простолюдинов, которые скорее всего постоянно написывают дочери князя, я сразу обозначил то, что знает только она.
* * *
Александр Воронцов спустился в штаб связи, где расположил своих доверенных людей из службы безопасности. Пять минут назад его попросили прийти, а княжич знал, что его не станут беспокоить по пустяковому делу.
Высокий статный мужчина спустился в комнату, где на стенах висели десятки мониторов. И у каждого сидел наблюдатель. К одному из них и подошёл Александр.
— Что удалось выяснить? — строго спросил он вместо приветствия.
— Александр Дмитриевич, на страницу вашей сестры — Светланы Дмитриевны, пришло странное сообщение. Подозреваю, что это может быть зацепка для нахождения девушки.
Младший брат Александра — Евгений, увёз Светлану из больницы после попытки покушения. И после этого об обоих ничего не было слышно. Александр подозревал, что они готовят заговор против него, и намеревался устранить неугодных родственников первым. Поэтому все, кто находился в этой комнате, были заняты поиском Евгения и Светланы Воронцовых.
— Покажи сообщение, — велел сотруднику Александр.
Молодой мужчина ткнул пальцем в сенсорный экран моноблока, и открылось начало переписки.
— Тебе понравилась «История любви», — прочитал вслух княжич, а затем обратился к наблюдателю, имя которого не счёл нужным запоминать. — Это что значит?
— Это название конфет. Довольно популярных.
— И где здесь зацепка?
— До несчастного случая в вашем кабинете, троим вашим сестрам доставили такие коробки конфет. Но самое интересное то, что Светлана попросила принести свою в больницу. Подозреваю, что так девушка получала сведения со стороны.
— От кого?
— Выясняем. Имя отправителя явно ненастоящее, это уже проверил.
— Конечно, кто в здравом уме назовётся: «Призрачный странник»?
— Тот, кто не хочет, чтобы его раскрыли. Я уже активировал программу поиска местоположения отправителя. О, как раз закончилась.
Сотрудник открыл программу и прочитал название места, откуда пришло сообщение:
— Смоленское военное училище. Корпус для видящих магов.
Александр пристально посмотрел на сотрудника. А в голове княжича вертелись нехорошие мысли, которые и подтвердил наблюдатель:
— Смею предположить, что там находится один из заговорщиков. И возможно, это…
— Мой брат, — закончил Александр, нервно сжимая кулаки. — Выяснить и устранить, если подтвердится. Но по-тихому. Мне не нужны проблемы с военными.
Глава 21
Светлана мне не ответила… ни в этот день, ни на следующий. А вот в пятницу утром меня снова разбудил стук в дверь.
«Только не строевая» — подумал я, вставая с кровати. Но стоило открыть дверь, как весь сон рукой сняло.
— Иван Фёдорович, а вы что…
Закончить он мне не дал:
— Алексей, собирайтесь. Сегодня вам придётся пропустить занятия.
— Почему? — я искренне недоумевал, что происходит.
— Воронцовы хотят стать основными меценатами для нашего училища. Сегодня приедут к генералу. Это если без подробностей.
— Понял, — кивнул я и начал спешно собираться.
Потянулся к форменным штанам, но куратор меня остановил:
— Одевайтесь в гражданское, — указал он.
Пришлось доставать из шкафа джинсы, футболку и кроссовки. Всё это было куплено в начале осени, а уже приближалась зима. Так что надеюсь, что мне не придётся мёрзнуть на улице. Ведь и зимний пуховик я купить не успел. Всё откладывал этот момент, чтобы сэкономить.
Планшет я оставил на столе, поскольку после ночных просмотров Макара он снова был разряжен. Телефон положил в карман джинсов. Накинул куртку, а затем и рюкзак с кирпичом.
— Зачем вам рюкзак? — с прищуром посмотрел на меня Иван Фёдорович.
Он заметил, что я постоянно его таскаю, но никогда не открываю и ничего оттуда не достаю.
— Там ценный талисман, — уверенным тоном ответил я. — Так что без него не пойду.
— Ладно. Надеюсь, это не артефакт для приманивания регатов, — отшутился куратор.
Но я уловил в его словах серьезность. Однако не стал заверять Ивана Фёдоровича
