Читаем без скачивания Последний фей - Светлана Багдерина

- Гмммр сам дурак! Хозяину привести - ходить не надо! Грррм видеть. Хороший человек женщина. Мягкий. Свежий.

- У хозяина вкус проснуться! - последовало одобрительное восклицание.

- Бугней угостить? - оживился другой.

- А если это любовь? - предположил Грррм.

Товарищи его завяли.

- Если любовь - то не угостить… Только когда поссориться…

- Бугни немного подождать! - нашелся оптимист - знаток семейной психологии, и гурманы воспрянули духом.

- Пойти смотреть!

- Нога моя! - торопливо оповестил знакомый бас, и три пары сапог тяжело зашаркали, неуклюже перемещаясь от чулана дальше по коридору и вверх по лестнице.

- Омерзительные твари… Бедная тетушка Жаки… - дрожащим то ли от ненависти, то ли от жалости голосом тихо пробормотала Изабелла.

- Бедные мы… если поймают… - пробормотал студент.

- Типун тебе на язык! - шикнула Грета.

- А лучше им, - предложил лесоруб.

- Думаешь, это отобьет у них аппетит? - мрачно изрек Агафон и снова затих, прислушиваясь - настороженно и мучительно - к приглушенным, но звенящим скрытой опасностью звукам вражьего замка.

Где-то вдалеке, за окнами кухни, вяло догромыхивала остатками грома уходящая гроза. Дождь со всей дури лупил по крышам и ржавым железным подоконникам. Ветер с веселым посвистом гулял по коридорам и переходам. Вернулся, помахивая корзиной и ворча под нос что-то унылое, повар. Ревматически поскрипывали старые балки и перекрытия. Лениво скреблась под полом мышь. Этажом или двумя выше кто-то уронил что-то большое и звонкое…

Кто-то кричал.

- Это же… - моментально захолодело в груди Агафона.

- Люсьен! - потрясенным шепотом договорила за него Грета.

- Кабуча!!!..

Лесли молча скрипнул зубами и метнулся к выходу, но маг, угадав в темноте движение, вцепился и отчаянно повис у него на рукаве.

- Не вылазь! Всё равно не поможем!

- Они сожрут его!!!

- Так ты же об этом только и мечтал! - желчным шепотом выкрикнула Грета.

- Дура!!! - рявкнул Лес, стряхнул с себя крестного как сухой лист, ухватился за ручку двери…

- Стой! Шум приближается! - вцепилась в другой его рукав дочь бондаря.

- Они возвращаются! Тащат его сюда! - догадался студент.

- Затаимся и ударим им в тыл! - азартно прошептала принцесса, сжимая кочергу.

Агафон представил ее напыщенное высочество, выскакивающее из кладовки и ударяющее кочергой в тыл двухметровому вооруженному до зубов чудовищу, чудовище, хватающееся обеими руками за тыл и обнаруживающее там кочергу…

Если бы всё это не грозило произойти с ним и поблизости от него, хохотал бы он до вечера как минимум.

Но теперь только мысленно простонал.

А вслух, как крестный, не желающий прибавления своего подопечного - и самого себя - к быстро богатеющему рациону зеленых монстров, поспешно воскликнул:

- Все тихо - мы в засаде!

Дровосек, хоть и не особенно разбиравшийся в тонкостях стратегии и тактики освобождения заложников, согласился с предложением волшебника и принцессы и послушно притих, замерев у самых дверей с занесенным над головой топором.

Радостный сиплый гомон, шарканье ног и звон оружия быстро приближались - теперь уже оглашая первый этаж.

Надо ли говорить, что все разговоры гаварова воинства крутились вокруг органолептических свойств нового кандидата в меню.

Чародей усиленно навострил уши и раз за разом пытался проникнуть сквозь возбужденный бугнев галдеж и уловить хоть какие-то признаки того, что они не ошибаются, что де Шене действительно попался и сейчас находится с ними… Но ни голоса, ни звуков сопротивления шевалье слышно не было: если он и находился в плену у гаваровых приспешников, то или был без сознания, или затаился, выжидая удобный момент… для чего?

Побега?

Но, судя по коротко мелькнувшим за приоткрытой створкой заломленным за спину и скрученным кожаным ремнем человеческим рукам, такой момент мог не наступить никогда. А само 'никогда' могло завершиться на разделочном столе бугней уже через десять минут.

Содрогаясь от отвращения и гнева, товарищи рыцаря застыли вдоль стен чулана, стиснув зубы и сжимая немудрящее оружие. Казалось, еще одно слово, один удар, один взрыв самодовольного гогота, больше похожего на рыгание - и они выскочат из безопасности своего укрытия и набросятся на мерзких тварей очертя голову, и провались тогда земля и небо…

И пополнят их меню еще на четыре блюда.

- Ну, сделайте, сделайте же вы хоть что-нибудь!!!.. - бессильно сжимая свое бесполезное оружие, стонала сквозь сведенные яростью зубы принцесса. - Вы, трусы, бахвалы, ничтожества, бабы!!!.. Надутые индюки! Крысы, зарывшиеся в свои норы…

Она говорила 'вы', но Лес превосходно понимал, кого Изабелла имела в виду.

Ядовитые слова принцессы в своей несправедливой запальчивости хлестали и жгли почище любой плети, углубляя и без того воспаленные и кровоточащие раны, в изобилии покрывающие смятенную, растерянную, сконфуженную душу Лесли уже почти полдня.

Казавшиеся ему половиной жизни.

Самой ужасной ее половиной.

Лесоруб, вздрогнув и сморщившись, тихо застонал, словно от физической боли. Может, он и впрямь был трусом, бахвалом, ничтожеством и бабой - после десятого повторения этой литании в свой адрес он уже ни в чем не был уверен. Но даже такое никчемное и забитое существо иногда понимает, что если вывалиться наобум в самую гущу приспешников Гавара с тупым топором, кочергой и булыжником, то к своре кусачих и рвущих эпитетов, горстями швыряемых ему в затылок, можно будет прибавить еще один.

'Полный дурак.'

Если они потащат шевалье на убой, то пропади всё пропадом, стратегия и тактика, он выбежит и погибнет - но с чистой совестью… Но вот если бы только у них был шанс, всего лишь один, маленький, пусть даже самый крошечный шанс на победу…

Дверь кухни заскрипела, отворяясь.

- Они ведут его резать!..

Агафон положил руку на изогнутую ручку двери, выставляя другой волшебную палочку прямо перед собой, подобно копью[67], вдохнул рвано, бросил крестнику 'Выскакиваем на счет 'три'…

- И чего это глупые бугни тут делать? - донесся из глубины кухни знакомый голос брюзгливого повара, и шестое чувство чародея дало подножку всем остальным, ухватило стоп-кран и рвануло, что было сил: 'Стоять!!!'

- Стой!!! - рука волшебника слетела с ручки двери и, что было сил, вцепилась во взбугрившееся напряженными мускулами плечо крестника. - Погодим!

- Чего годить? - нетерпеливо прорычал дровосек, но потная от волнения ладонь чародея прикрыла ему рот.

- Тс-с-с… Сейчас увидишь…

- Гдддр, смотреть, человек мужик поймать! - возбужденно и радостно похвастался тем временем хрипатый бас.

- Вкусный!