В трактире они поели и отмылись как следует в специально приготовленной для них бане. Потом снова ели. Топтуга устроил их не в самом трактире, а в садике, где его дочь и жена выращивали зелень к столу и где под грушей были вкопаны стол и скамьи. Усталые, измотанные и потому особенно счастливые, что можно отдохнуть, они неторопливо брали тонкие ломтики мяса и теплый хлеб с подставленного блюда, пили пиво из холодных запотевших кружек и с наслаждением вдыхали кристальный холодный августовский воздух. Осень уже была не за горами, и по утрам подмораживало. Небо не дышало зноем даже тогда, когда выглядывало солнце, словом, все шло к осени.
— У нас сейчас варенье варят, — проговорила Аир.
— Хочешь варенья? — спросил ее муж.
— Нет. Просто. У нас сейчас заготовки, а я ничего не делаю.
— Это исправимо. У меня в Юбеле (это маленький городок неподалеку от Беаны) небольшой дом поблизости от рынка. В Беану мы доберемся за неделю, вряд ли больше, а оттуда до Юбеля два дня. И уж там тебе заготовок можно будет наделать сколько угодно. Хотя это и не обязательно, потому что на рынке круглый год продаются любые припасы. Соленья, варенья… А денег у тебя будет в достатке, это я тебе обещаю.
Аир снова расслабленно облокотилась на стол. Не то чтоб она так уж любила работать на кухне, но процесс заготовки припасов на зиму был для нее необычайно сладостен. И это легко можно было объяснить. Недаром говорили, что первый осенний месяц кормит год, и то, что удавалось засолить, замариновать, закоптить, сварить с сахаром и медом, вытомить в печи или просто засушить, чем мать и мачеха Аир заполняли полочки в кладовке, обещало разнообразие стола зимой. И девушка не могла представить себе, как вступить в зиму, не заполнив все свободные емкости вареньями, соленьями и квашеньями.
Рейнджеры наслаждались покоем, казалось, они даже не расслабились, а полностью отключились от мира, но когда из дверей трактира появился какой-то незнакомый мужчина и направился к ним, все пятеро подняли головы. Приближение чужого почуяли все, и были готовы при необходимости отражать нападение, это девушка прочитала по их лицам и поняла, что рейнджер даже на отдыхе остается рейнджером.
Впрочем, в подошедшем не было угрозы. Он встал так, чтоб его видели все пятеро, и приветливо улыбнулся. Он был рыжий, лицо усыпано конопушками, но глаза казались черными, а на самом деле были обычными карими. Легкий налет смуглоты на обветренной коже говорил о его южном происхождении по кому-то одному из родителей. Впрочем, немалый рост и прекрасное сложение могли быть свойственны скорее северянину. Словом, молодой человек — на глаз не более тридцати — представлял собой явный и довольно часто встречающийся пример смешанного брака.
Он улыбался, и у глаз и губ давно залегли морщинки, свидетельствующие, что улыбка этому человеку привычна от рождения. Улыбались и его глаза, ясные и открытые.
— Приветствую вас, господа, — сказал он. — Хозяин этого заведения сообщил мне, что вы — команда Хельда, рейнджеры, верно?
— Мы не принимаем заказов, — ответил Хельд, протягивая руку за кусочком окорока. — Мы на отдыхе.
— Я не собирался немедленно нагружать вас заказами, поверьте. Мне нужно только подтверждение.
— Да, я — Хельд, а это мои товарищи.
— Отлично. — Молодой человек шагнул ближе. — Позвольте присесть?
— Садись.
— Благодарю. Я — Маддис Огереда. Ученик Валена Рутао Седьмого.
— Вот как? — Хельд проницательно покосился на Маддиса. — Доверенное лицо? Пасете нас здесь?
— Ни в коем случае. Просто задание, данное вам моим учителем, для него необычайно важно. И ему как можно скорее надо знать, удалось вам выполнить его или нет. От этого будут зависеть его действия в ближайшее время. Вы понимаете?
— Не очень, — проворчал Хельд. — Но, честно-то говоря, меня его планы и не должны интересовать, верно?
— Верно. Вас, думаю, интересует одно — как поскорее получить деньги за свою нелегкий труд. И избавиться от опасной ноши. — Маддис снял с пояса невидимый прежде кошелек. — Вот. Это на случай, если у вас недостаточно денег, чтоб позволить себе тут же отправиться в Беану. Это не аванс, а небольшая премия за срочность. Будьте добры, — и протянул кошелек Хельду.
Рейнджер взвесил мешочек на ладони, потом раздернул завязки и высыпал содержимое на столешницу. Это оказалось золото.
— Фунт как минимум, — сказал он больше для друзей, чем для Маддиса или себя.
— Полтора, — улыбнулся ученик мага.
— А если случилось так, что мы вернулись налегке? — хмуро осведомился Хельд.
— Тогда это за беспокойство. Путешествие опасное. Негоже отправлять в него людей и не платить за это.
— Верный принцип.
— Но, судя по вопросу, вы вернулись-таки с книгами.
— Да.
Маддис улыбнулся.
— Очень рад. Вален будет ждать вас с оговоренной суммой. Не скажете ли, сколько книг вы привезли?
— Столько, сколько там было, — проворчал Гердер. — Четыре.
— Я сообщу мастеру. Он велел передать вам адрес дома, где вы сможете с ним встретиться. И заодно просил узнать у вас, предпочитаете ли вы наличные либо согласитесь принять чеком на имя любого из известных банков? Разумеется, с оплаченным переводом.
— Частным чеком, — переглянувшись с друзьями, которые согласно покивали, ответил Хельд.
— Разумеется. На сколько частей?
— Пять. Равных.
— Я передам мастеру. Он будет рад. С чеком куда проще иметь дело, чем с наличными.
— И с оплаченным переводом.
Маддис вынул записную книжку — изящную, маленькую, с плотными листами рисовой бумаги, переплетенную в кожу. Раскрыл и вынул из корешка заостренный свинцовый стержень.
— В какие города?
— Прямо сейчас?
— Конечно. Я свяжусь с мастером сегодня же, и к вашему приезду все будет готово. Деньги будут переведены. Так кому куда?
Рейнджеры назвали города. Оказалось, что Гердер, как и Хельд, живет в Юбеле, Фроун — в столице, Ридо заказал перевести деньги в какой-то Ховостол, а Тагель — еще раз поделить, половину отправить в банк в Бесме, а другую — в южный городок, название которого состояло почти из одних гласных.
— С уведомлением, — предупредил он. — На имя Навы Абиры Гдева.
Маддис записал.
— Но деньги — это не все, что нам обещал твой учитель, — напомнил Хельд.
— Что еще?
— Лечение. Он не помнит?
— Наверняка помнит. Просто я не в курсе. Какого лечения?
Хельд объяснил. Маддис заинтересовался, достал какие-то камешки из пояса, разложил перед собой, сообщил, что учился лекарской магии и немедленно сцапал Ридо за руку. Вернее, попытался сцапать, поскольку Ридо непринужденно и молниеносно убрал ладонь со столешницы. Но когда ученик мага пояснил, что хотел посмотреть, не требуется ли немедленного вмешательства, рука вернулась на прежнее место.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
