не мучить себя предположениями Олаф фон Дали.
— Я предлагаю вам проявить своё доброе расположение ко мне более деятельно. Сделайте так, чтобы профессор Аллиэр провёл ритуал призыва в моём присутствии.
То, как доброжелательно смотрел на него принц, говорило Олафу фон Дали только о том, что предчувствие его нисколько не обмануло — грандиозные проблемы мчались к нему со скоростью лучших скакунов этого мира. Прям на крыльях дракона летели.
— Но раз вы говорили о скорбящих родственниках, — подумав, всё же ответил он, — то не лучше ли будет провести этот ритуал некоему эльфийскому магу прямо в Лиадолле? Вы можете отправиться туда и, эм-м, заодно отвезёте останки своего верного подданного. Вряд ли покойный был бы рад найти своё последнее пристанище на человеческом кладбище.
— Вы рассуждаете правильно, но, к сожалению, до начала каникул я не имею права отправиться домой. Меня связывают обязательства перед учёбой.
— Как я ещё летом вам говорил, академия всегда готова пойти вам навстречу. Преподаватели поймут ваше отсутствие, — бойко напомнил Олаф фон Дали, но, само собой, убедить принца у него не вышло.
— Нет, это даже не обсуждается, — сказал как отрезал эльф. — Тем более, супруга Азаэля уже отправилась в путь за его останками. Где-то через дюжину дней она прибудет в Вирград и правильнее будет дать ей попрощаться с духом мужа. Проявите сочувствие к бедной вдове.
— Хм, само собой. Просто я никак не могу понять, отчего вы хотите, чтобы ритуал проводил именно профессор Аллиэр.
— А почему вы удивлены этим моментом? — с вызовом посмотрел на него принц Адьир. — Опыт и мастерство профессора Аллиэра не вызывают никаких сомнений, а что касается прочего, так я уже уведомил вас о своём добром отношении к вам.
— Эм-м? — сперва не понял Адьира Морриэнтэ ректор.
— Нет ни малейшей нужды приказывать кому-либо из светлых эльфов покидать ради такого Лиадолл, когда для вас, как для первого лица академии, столь важно проявить заботу о вдове Азаэля. Ведь это именно вы косвенно виновны в смерти её мужа. Будь трубы своевременно очищенны от сажи, пожар вряд ли бы произошёл.
А вот это был удар ниже пояса. Второй удар. Ведь как бы гладко история Адьира Морриэнтэ ни звучала, Олаф фон Дали слышал за ней кое-что совсем другое. «Мы считаем, что это мерзкий дроу убил нашего товарища, а после взял и скрыл все следы!» — словно вживую слышал он гневный голос. И при таком раскладе было уже нисколько не удивительно, что принц вдруг начал настаивать на совершении ритуала призыва именно в академии, да ещё именно определённым лицом. В этом случае при ритуале присутствовало бы много кого из свидетелей и, как результат, когда дух Азаэля Ниэннэталя явился бы и указал на Найтэ Аллиэра как на своего убийцу, декан факультета Чёрной Магии уже ни за что не сумел бы избежать расплаты.
«Вот только наш убийца далеко не профессор Аллиэр», — мог бы объяснить Олаф фон Дали принцу светлых эльфов, но… ох, сколько бы тогда ему пришлось лишнего рассказывать!
— Вам не стоит беспокоиться. Мы достойно примем супругу покойного и возьмём организацию ритуала призыва духа на себя полностью.
— Рассчитываю на это, — холодно сказал Адьир Морриэнтэ, смерив Олафа фон Дали выразительным взглядом.
Глава 17. Лучший спорт — бег от своих мыслей
Найтэ почти вернулся к себе на кафедру, как вдруг резко сощурил глаза и поморщился. И нет, не яркое солнце было тому причиной. Просто стоило ему повернуть у озера и выйти на прямую дорогу, как ему открылся вид, от которого настроение у него тут же напрочь испортилось. Мила Свон, тихонько напевая себя под нос, набирала воду из колонки. Второй его студент, Саймон Сильвер, лежал на сооружённом из сухих осенних листьев тюфяке и зубрил конспект к очередному занятию. Этому мужчине было так хорошо, что он по‑мальчишески весело дрыгал ногами. И в результате профессору некромантии от того, как эти двое обжились возле него, вмиг поплохело. Им вообще-то страдать следовало, а не вот так вот развлекаться.
Подумав об этом, Найтэ невольно ускорил шаг, но подойдя ближе к студентам не только сбавил скорость, а и вовсе остановился. Его вдруг осенило, что он обязан выяснить.
— Что-то мне захотелось заранее осведомиться, — со сварливыми нотками в голосе завёл разговор Найтэ. — Вы как? В предстоящие каникулы намерены жить у меня под боком или всё-таки нет? Что скажете, лер Сильвер?
— Нет-нет, я отца навещу, — уверенно ответил студент, едва удостоив своего декана взглядом. И это так задело Найтэ, что он мигом съязвил:
— Надо же какой оптимизм, — сказанное привлекло внимание. Разумеется, студент тут же хмуро уставился на него. — Поверьте, лер Сильвер, состоится ваша поездка или нет напрямую зависит от того, что мне сейчас сообщит лер Свон.
— Тоже самое она вам ответит, она едет со мной.
— Нет, не еду.
То, как поспешно молодая женщина произнесла эти слова, и то, как она демонстративно не повернула голову в сторону выразительно посмотревшего на неё Саймона Сильвера, сказало тёмному эльфу о многом. Однако, его комментарии не потребовались.
— То есть не едешь? — удивился лер Сильвер. — С чего ты решила от моего предложения отказаться?
— Ну-у, я подумала, что у меня другие планы.
— Это какие?
— Да-да, лер Свон, объяснитесь, — строгим голосом потребовал Найтэ, хотя внутренне искренне развеселился. — Я должен понимать подготавливать для вас список будущих рабочих обязанностей или же нет.
— Ха, вот уж можете не утруждать себя, — фыркнула Мила Свон. — Покуда у меня каникулы, ноги моей на этой грёбаной кафедре, сука, не будет.
Молодая женщина была взбудоражена, понятное дело. Однако, её вольное поведение было недопустимо. Не тратя ни секунды даром, Найтэ рявкнул как можно грознее:
— Лер Свон, мне вам язык укоротить, что ли?!
— Нет, простите. Я всего-то хотела сказать, что уж и без вас найду чем заняться, — желая съязвить, она даже издевательски поклонилась, и в результате Найтэ едва сдержался, чтобы не подойти ближе и обмакнуть её лохматую грязную голову в стоящее подле колонки ведро ледяной воды. — Как я уже говорила, планы на каникулы у меня имеются.
Саймону Сильверу стало совсем не до конспекта. Его поджатые губы и раскрасневшиеся щёки говорили о том, что он крайне недоволен заявлением подруги, однако ума промолчать в присутствии своего декана ему хватило. Всё же он был не вспыльчивым юнцом, а здравомыслящим взрослым мужчиной.
— Замечательно, что этот вопрос мы закрыли.
Сказав так, Найтэ продолжил путь на кафедру. Он открыл дверь, переступил порог и даже спустился в
