желанна каждым. Я защищу тебя от лишних касаний, если тебе будет неприятно, — утвердил мужчина.
— А от собственных? — резко сказала я, делая шаг к нему. Его зрачки неестественно расширились при моём порыве.
— Это было ошибка, которая учтена мной и никогда не повторится, — без замедления отчеканил Харрис.
— Правда? Твой друг доказывает мне обратное, Харрис и заставляет думать, что дело не только в плане, а теперь в нечто большем, — я бесстыдно сделала шаг и бросила короткий взгляд на его классические штаны. Он заметил мой взгляд, сжав челюсти.
— Моё тело реагирует на твоё женское, не более, — продолжать Харрис с холодной отстраненностью. Мне необходимо было вывести его, увидеть в этих глазах нужную живую эмоцию. Я укусила губу, мечтательно осматривая столешницу кухни.
— Нужно было пригласить к себе Мануэля, — прошептала я, но была услышана. Резкий выпад ко мне прижал меня к стене, от чего моя голова поднялась вверх, встречаясь с его дикостью.
— Скажешь подобное ещё раз, я убью тебя, — грубо проговорил Харрис сквозь сжатую челюсть. Его руки располагались с двух сторон от меня, приглашая в клетку. Мое дыхание сталкивалось с его грудной клеткой, вызывая трепет.
— Надеюсь в Италии ты не будешь так чуток к моей половой жизни, Харри, — сладким голосом я наклонилась к его уху, от чего он сжал руку в кулак на стене.
— Беги, Тереза.
Глава 15
Я вывела его из себя. И сейчас как никогда понимала, что мне нужно бежать. Бежать от его испепелявшего взгляда и холода, которым покрыта его черная душа. Это не мои проблемы, но я дико желала увидеть искорки в голубых глазах. Я на дрожащих ногах выбежала в холл и рывком открыла дверь. Каждый мой шаг кажется зловещим и тревожным.
— Беги, маленький кролик. Все бегут, чувствуя опасность, которая дышит им в затылок, — услышала размеренный голос Харриса. Чертов голос звучит уверенно и маняще, окутывая меня в теплое махровое одеяло и вызывая мурашки. Обернувшись, я столкнулась с его спокойным положением и наклоненной на бок головой. Он преследует меня. Возбуждение пробежало электрическим током в моем желудке, и я сделала быстрые шаги вперед. Мне хотелось одновременно смеяться от абсурда моего побега и дрожать от предвкушения страха. Я ведь не сказала ничего опасного, ничего плохого, но ударила по нужным струнам и увидела гнев в глазах.
— Я за милю почувствую твой запах, Тереза, — в опасной близости сказал Харрис и все мои внутренности перевернулись. Почему этот побег так разжигает во мне огонь? Я горю внутри, а холодный воздух улицы обжигает горло и легкие. Тонкий пар выходит из моего рта при учащенном дыхании. Я бегу к воротам, ощущая предательски большое расстояние. Это было игрой, которая побуждала в Харрисе хищника, а во мне его маленькую добычу.
— Я вижу твои испуганно возбужденные глаза и могу поклясться, ты оставляешь капающие следы, доказательство твоего извращенного возбуждения. Так поступаю ли я плохо? Показываю тебе твои греховные стороны. Беги, Тереза, иначе нагоняя твое тело, я все больше задумаюсь, не трахнуть ли тебя. Тогда тебе точно не нужно задумываться о мужчинах в Италии, — кричит баритон мужчины, заставляя меня закусить губу. Тело реагирует напряжением на мой бег, мышцы сковывает. Опасность разжигает меня, и я вижу открытые ворота, как белый флаг моего спасения. Даже солнце подсвечивает дорогу к моему спасению. Я сжимала и разжимала руки, как доказательство, что все еще имею контроль над своим рассудком. Атрофированы.
— И если я окажусь прав, тебя ничего не спасет, — его голос… Он все ближе. Я замешкалась и вовремя обернувшись, пожалела, ведь на меня ополчилось огромное тело Харриса. Я была в шаге от свободы, в метре от спасения, ощутить свободный глоток воздуха, которого мне так не хватало. Губа предательски задрожала, а грубые руки прижали меня к твердой поверхности забора. Я застонала от прикосновения моей нежной спины к выпирающему камню.
— Поймал, — выдохнул Харрис в мое лицо, когда горло стянуло оковами. Я задышала с отдышкой, поднимая зеленые глаза к зимнему холоду его голубизны. Другие увидят в них апатичное безразличие, я улавливала отражение небесной дали.
Страх. Он подпитывал каждую клеточку моего организма, играя на тонких струнах нервов. Я сжала бедра от возбуждения, когда рука Харрис вцепилась в мое горло. Он приблизил лицо, касаясь лицом моей щеки и выдыхая отрывистые вздохи.
— Маленький кролик не сбежит от меня, — прошептал голос.
— Ты не дал мне фору, — проговорила я. Он сверкнул глазами.
— Я искореню любую возможность, которая поможет тебе сбежать от меня. Я просто не позволю, Тереза. Если играть, то исключительно по моим правилам, — повторно произнес Харрис. Его рука продолжала опасно гладить мое горло, будто не в силах сжать его.
— Нечестно. Разве не ты отчаянно цепляешься за справедливость? — я сцепила зубы, когда он опустил вторую руку к моей талии. Я была натянута до предела и делала все, чтобы он не увидел мою слабость к нему. Мое возбуждение.
— А ты не заметила? Ты вся являешься одним большим исключением для меня. Ты знаешь, как довести меня до безумия, Тереза. Как чертов профессионал, я ценю мастерство, а твои попытки и упорство сделать все, чтобы пробить меня на эмоции — настоящее искусство, — спокойно говорил Харрис, пробираясь руками под мою футболку. От прикосновения его руки с моей обнаженной кожей, я не в силах контролировать, выгнулась навстречу. И он сжал горло. Сжал на секунду так, что искорки вылетали из глаз, а рассудок помутнел. Но быстро опомнился, ослабив хватку, прижимая меня к своему телу.
— Чертово искушение в моих руках. Ты сама не понимаешь, какое безумие хочешь увидеть во мне. Что я могу сделать с твоим телом, когда у тебя наконец получиться пробить меня, — зарычал Харрис и на удивление, его рука опустилась к моей кисти и подняла ее. Я наблюдала за его жестом, когда он медленно поднес мою ладонь к области его сердца.
— Что ты чувствуешь? — спросил он и я мельком бросила на него недоверчивый взгляд.
— Ничего. Оно не бьется, — ответила я и на секунду мне показалось, что так и есть. Сердце билось
