При подходе к станции немецкая рота наткнулась на засаду, и после короткой, но яростной перестрелки отступила. Вскоре выяснилось, что пропали без вести фельдфебель Вольфингер, один унтер-офицер и несколько солдат. Немцы решили, что все они погибли. После перегруппировки противник перешел в атаку, и через два часа боя группа красноармейцев была разгромлена. Около 70 человек попали в плен. Во время их опроса стало известно, что фельдфебель, унтер-офицер и несколько немецких солдат, которых сочли убитыми в бою, на самом деле все это время находились в плену. Командир советского отряда – старший лейтенант – намеревался расстрелять всех немецких пленных, и только своевременная атака не позволила ему привести свое решение в исполнение. По приказу lb 101-й дивизии старший лейтенант был расстрелян[280].
Воспользовавшись уходом основных сил групп комдива А.Д. Соколова и генерала М.К. Ноздрунова, немецкие артиллеристы предприняли атаку и к 7.00 7 августа «отбили» уже оставленное советскими войсками село. Немедленно провели зачистку, во время которой обнаружили несколько человек раненых, переодетых в гражданскую одежду. Рядом с ними нашли оружие и ручные гранаты. Недолго думая, немцы решили, что это местные жители, которые вместе с красноармейцами участвовали в ночном бою. Всех таких «гражданских» арестовали и в тот же день расстреляли как бандитов. Вероятно, что именно таким образом погиб оставленный в Новоселке полковник Матвеев.
Потери немцев в ночном бою оказались следующими. Артиллеристы 257-го полка потеряли 22 унтер-офицера и солдата убитыми, одного офицера (командира 4-го дивизиона майора Верера) и 23 унтер-офицера и солдата ранеными, у двух орудий разбиты прицелы. В 863-м дивизионе погибли один офицер и 12 унтер-офицера и солдата, а 15 унтер-офицеров и солдат получили ранения.
Отряду комдива А.Д. Соколова попытки пробиться через железнодорожную насыпь также стоили очень дорого. По немецким подсчетам, от станции Емиловка до с. Новоселка были найдены убитыми ок. 200 человек, в плен попали ок. 500[281].
После ухода из с. Новоселка отряд 16-го мехкорпуса действовал двумя группами. Одну из них вел на восток к р. Синюха комдив А.Д. Соколов, вторую – к Первомайску, – генерал М.К. Ноздрунов. Как оказалось, последним повезло больше остальных. Им удалось ускользнуть от преследования, и через несколько дней они вышли к реке Южный Буг. У села Долгая Пристань генерал М.К. Ноздрунов решил сделать переправу и далее, если удастся, двигаться в обход Первомайска на Вознесенск. Желающих перебираться вплавь из всего отряда оказалось несколько человек, остальные заявили, что не умеют плавать. На снятых воротах удалось перевезти 12 человек, еще 10 вместе с генералом М.Г. Ноздруновым переправились вплавь. Остальные, – а их оказалось большинство, – остались на берегу.
В этот момент переправу обнаружил противник, и начался бой. Оценив ситуацию, подполковник П.В. Пикалев с группой бойцов прикрыл огнем тех, кто еще находился в реке, после чего скрылся от преследования в посадках на кукурузном поле. Генерал М.К. Ноздрунов с несколькими бойцами, воспользовавшись этим, успел выбраться на противоположный берег и, в дальнейшем, благополучно пересек линию фронта. Подполковник П.В. Пикалев в бою получил контузию и, когда попытался самостоятельно перебраться на лодке через реку, был захвачен в плен противником в селе Великая Мечетка[282].
О судьбе группы комдива А.Д. Соколова на сегодняшний день известно мало. Из рассказа А.А. Каменцева следует, что она через село Йосиповка прорвалась к Синюхе в районе южнее села Ольшанка. Через реку удалось переправиться не более чем ста красноармейцам и командирам. Но за Синюхой они сразу попали под атаку частей 9-й танковой дивизии противника. В этой ситуации комдив А.Д. Соколов принял решение разбить группу на три части в надежде, что хоть какая-то из них прорвется через заслон. Одну, под руководством военкома В.Ф. Сергеева, он направил вдоль русла реки на север, другую, под командованием начальника штаба генерала М.К. Ноздрунова[283] – на юг. Сам с остатками штаба и несколькими десятками бойцов принял бой на берегу реки.
В этом последнем бою группа А.Д. Соколова была уничтожена. Сам комдив в атаке получил ранение в живот. Бойцы укрыли его на берегу Синюхи, но поздним вечером, в ходе прочесывания места боя, немцы обнаружили укрытие комдива и взяли его в плен[284]. О группе бригадного комиссара В.Ф. Сергеева не известно ничего. Вероятнее всего, что она тоже была перехвачена противником, уничтожена или пленена. Сам военком 16-го мехкорпуса числится пропавшим без вести.
В своем последнем бою командир 16-го мехкорпуса был тяжело ранен. Плененного комдива А.Д. Соколова немцы отвезли в с. Новоукраинка и поместили в госпиталь, находившийся в здании бывшего ветеринарного техникума. Ему отвели отдельную палату, куда не допускали никого из местных жителей. Из-за ранения в живот немецкие врачи не давали ему пить. Выходить А.Д. Соколова они не сумели, и днем 12 августа 1941 г. он скончался[285].
Полной катастрофой завершился рейд «колонны Особого назначения». Раздробившись на две части, во второй половине дня 6 августа она продолжала упорно двигаться на юг. Около 12.00 одна из частей колонны достигла с. Сухой Ташлык. В этом районе она наткнулась на части 101-й легко-пехотной дивизии из состава LII корпуса. Получив сведения, что оборона соседнего XXXXIX корпуса прорвана и к расположению штаб-квартиры дивизии приближаются крупные силы русских, немцы бросились организовывать оборону. Не успели они закончить приготовления, как от выс. 197 выскочили пять танков. Орудийными выстрелами противнику удалось подбить четыре из них. Один из танков вспыхнул, и находившиеся в нем боеприпасы рвались еще в течение двух часов. Экипажи и пассажиры остальных машин разбежались и попрятались в посевах. Как выяснилось впоследствии, среди подбитых оказался и танк командующего 6-й армией.
Появление советских танков вблизи штаб-квартиры 101-й дивизии обеспокоило ее командование: вслед за ними ожидали атаки пехоты. Для ее отражения сформировали смешанную роту, которая заняла позиции на высотах к северу от села Сухой Ташлык. Вплоть до наступления вечера рота провела на позициях, но никаких атак не последовало. Около 21.00 немцы заметили, что кто-то, находящийся в посевах на поле, пускает в небо цветные ракеты: сначала белые, потом зеленые. Так как никаких немецких войск в этом районе не было, решили, что это делают разбежавшиеся русские танкисты.
По приказу Ib дивизии смешанная рота направилась на прочесывание местности. Около 23.30 солдаты первой роты 403-го строительного батальона под командованием обер-лейтенанта Грэфа обнаружили и взяли в плен генерал-лейтенанта И.Н. Музыченко. Первым наткнулся на генерала фельдфебель Альдус, когда осматривал местность около подбитых танков. Никакого сопротивления командарм-6 не оказал. Пленный немедленно был препровожден в штаб дивизии[286]. В дальнейшем, и находясь в плену, и уже после освобождения, генерал И.Н. Музыченко пытался найти объяснение своему пленению. Как вспоминал бывший офицер связи А.А. Каменцев, «он… искал виновников своего пленения. Он мне назвал несколько фамилий и даже в письме написал, что его бросили начштаба комбриг Иванов и члены Военного совета Попов и Грищук, удравшие от него, контуженного, где-то южнее с. Давыдовка на танке ВТ»[287].
Разрыв колонны и исчезновение танка командующего армией по какой-то причине осталось незамеченным для направляющих колонны – полковника П.С. Фотченкова и подполковника В.С. Породенко. Поэтому никаких мер по восстановлению положения своевременно предпринято не было.
Примерно в 10 км к югу от села Емиловка сделали остановку, и в танк В.С. Породенко перебрался член Военного совета армии бригадный комиссар Л.С. Грищук. Только сейчас стало известно, что танк командующего армией исчез, и решили, и предположили, что он подбит. Однако возвращаться к нему никто не стал, и решили прорываться дальше. В одной из следующих перестрелок был убит помощник начальника оперативного отдела 10-й танковой дивизии майор М.А. Семенюк. Для его похорон колонна вновь сделали остановку. Невдалеке от дороги, в поле, майору вырыли могилу, и только после этого продолжили движение. К этому времени в колонне остались всего два танка, остальные были потеряны в пути.
Через несколько минут колонна наткнулась на немецкую артиллерийскую батарею. В перестрелке головной танк Т-34 был подбит, и подполковник В.С. Породенко пересел в танк П.С. Фотченкова. Поскольку в танке в качестве пассажира уже находился член Военного совета дивизионный комиссар Н.К. Попов[288], то высадили заряжающего. Теперь уже танк П.С. Фотченкова стал головным.
В таком порядке двигались недолго. Вскоре на пути возникла еще одна артиллерийская батарея, преодолеть позиции которой последний танк «колонны Особого назначения» уже не смог. В ходе атаки двигатель головной «тридцатьчетверки» заглох, и бронированная машина тут же попала под фланговый огонь немецких орудий. Из подбитой машины первым выбрался комиссар Н.К. Попов и побежал в обратном направлении. Подполковник В.С. Породенко попытался укрыться в глубине кукурузного поля, но был окружен немцами и взят в плен. Полковник П.С. Фотченков оставался в танке и, видимо, также был пленен[289], хотя Е.А. Долматовский после войны утверждал, что никто полковника в плену не видел[290].
