– Понимаю, – согласился я. – Что ж, рад, что сумел вас развлечь. Хотя первоначально у меня была несколько иная цель.
– А ты давай, продолжай. Я тебя, конечно, перебил и, вероятно, еще не раз перебью. Но это вовсе не освобождает тебя от обязанности договорить до конца. Сперва объясни, что именно ты чуешь, а потом добей меня обещанными разумными аргументами. Если будешь и дальше загадочно молчать, я лопну от любопытства. А за миг до кончины успею назначить тебя своим преемником, и выкручивайся как знаешь. Страшно?
– Скажем так, если бы я полагал, будто ваша угроза хоть сколько-нибудь обоснована, я бы, вероятно, действительно испытал чувство, родственное страху… – вежливо начал я.
Джуффин демонстративно заткнул уши.
– Все! Умолкни! Будем считать, что на эту тему ты сказал достаточно. Переходи к делу. Где, по-твоему, сэр Шурф?
– Вы знаете это место. Один из моих снов, новорожденный Мир, где, кажется, нет ничего, кроме моря и пустынных пляжей. Я до сих пор не понимаю, как вышло, что мое сновидение обрело плоть; тем не менее это случилось, и мы с вами ловили там одного любителя путешествий между Мирами[24], помните?
– Еще бы. Гугимагон из тех ребят, кого захочешь, а не забудешь. Да и местечко занятное. Реальность, порожденная грезами сновидца, редко становится столь достоверной. Так ты думаешь, сэр Шурф там?
– Я не думаю. Скорее знаю. Как, спрятав руку в карман лоохи, я буду без тени сомнения знать, где находится моя рука. Ну, может быть, «без тени сомнения» – слишком громко сказано. Но я не так уж преувеличил. Вероятно, Обмен Ульвиара связывает людей несколько более прочно, чем это описано в древних рукописях, которые читал сэр Шурф… Впрочем, как я уже говорил, у меня имеются и разумные доводы.
– Очень интересно, какие?
– Вспомните, как было дело. Я имею в виду, с самого начала. Сперва я нечаянно затащил Шурфа на прогулку по этой новорожденной реальности, когда он предложил мне разделить с ним сон по дороге в Кеттари – из практических соображений, чтобы выспаться по-человечески перед тяжелым днем. Ни о каких магических приключениях никто не помышлял, однако мы вместе совершили, так сказать, обзорную экскурсию по моим любимым сновидениям. В частности, побывали в мире пустынных пляжей. Проснувшись, мы подивились этому происшествию, но и только. По крайней мере, мне и в голову не пришло, что у этой прогулки будут какие-то серьезные последствия. Однако со временем выяснилось, что сэр Шурф регулярно видит сон о пустынных пляжах, уже без моего участия. Потом я обнаружил, что он там еще и следы на песке оставляет; собственно, именно это открытие послужило поводом всерьез задуматься о природе моего сновидения. Как вы сами помните, дело зашло довольно далеко и чуть было не завершилось катастрофой, поскольку там Шурфа поймал Магистр Гугимагон…
– Сэр Макс, я, конечно, понимаю, что сейчас ты стараешься на всю катушку использовать единственный шанс стать величайшим занудой всех времен, – проворчал шеф. – И даже до известной степени тебе сочувствую, все-таки новая игрушка, такой у тебя еще никогда не было. Но умоляю, не пересказывай мне историю, которую я знаю не хуже тебя. Это будет совсем уж немилосердно.
– Да, действительно, – согласился я. – О дальнейших событиях вы и сами можете рассказать. Причем куда более внятно и подробно, чем я, поскольку мне в ту пору явно не хватало знаний и опыта, чтобы правильно осмыслить происходящее. В любом случае сама по себе история с Гугимагоном не имеет значения. Важно, что сэр Шурф совершенно самостоятельно, без посторонней помощи, научился посещать эту реальность. Во сне, да, но, даже не будучи теоретиком путешествий между Мирами, я уверен, что это не имеет принципиального значения. Я и сам, собственно, именно во сне этому делу выучился.
– Правильно рассуждаешь, – согласился Джуффин. – Продолжай.
– Важно еще вот что. Как я уже говорил, этот пустынный Мир – далеко не единственный, куда я нечаянно привел Шурфа. Мы, насколько я помню, с полдюжины моих снов в ту ночь посмотрели. И среди них была как минимум еще одна новорожденная реальность, город в горах возле Кеттари, где мы оба потом побывали наяву. Я хочу сказать, у него в каком-то смысле был выбор, куда возвращаться во сне, с чего начинать обучение искусству путешествий между Мирами. Другое дело, что выбор такого рода вряд ли делают сознательно. Тут хочешь не хочешь, а все решает сердце. И Шурф по какой-то причине выбрал пустынные пляжи. Может быть, он просто любит море? Или давно хотел оказаться в полном одиночестве? А скорее всего, и то и другое, и еще добрая дюжина неизвестных мне резонов имеется. Главное, что это место – его слабость. Оно притягивает его как магнит. Конечно, он рванул туда при первой же возможности. Сами небось знаете, как это бывает.
– Знаю. По крайней мере, теоретически, – ухмыльнулся шеф. – А ты, сэр Макс, молодец. Мне понравился ход твоих рассуждений. Хорошо аргументировать интуитивное знание – это надо уметь. Даже жалко, что завтра это счастье закончится навсегда, я только начал входить во вкус… Ну что, проведаешь своего друга? Мне кажется, если там появлюсь я, это будет выглядеть довольно бестактно. Вмешательство начальства в личную жизнь сотрудника – фу! Дурной стиль.
– Мой визит его тоже вряд ли обрадует. Но вы правы, лучше больше не оставлять Шурфа без присмотра, – сказал я. – Уж я-то могу себе представить, что с человеком сейчас творится.
– Даже ты не можешь, – заверил меня шеф. – Давай, отправляйся. А если окажется, что чутье и логика тебя подвели, немедленно назад, будем думать дальше.
– Лишь бы не оказалось, что я утратил умение путешествовать между Мирами. Теоретически, не должен бы, но…
– Вот и проверишь опытным путем, – пожал плечами Джуффин. – Единственный известный мне способ получать удовлетворительные ответы на вопросы. Ничего, по крайней мере, если теперь еще и ты бесследно сгинешь, драма приобретет комический привкус. И это лучше, чем ничего.
Для того чтобы попасть в Коридор между Мирами, который в древних текстах называется красивым словом «Хумгат», мне в ту пору требовались сущие пустяки – открыть любую дверь в полной темноте или просто с закрытыми глазами. Поэтому я не стал медлить. Встал с места, взялся за ручку двери, ведущей в Зал Общей Работы, зажмурился, шагнул вперед и сразу же понял, что все у меня получилось. Нечего было сомневаться. Умение странствовать между Мирами – достояние, которое нельзя утратить, на время одолжив приятелю. Шурф, надо понимать, получил от меня вовсе не чудесную способность, а лишь уверенность опытного путешественника, помноженную на легкомыслие баловня судьбы. Все остальное – призвание, страсть к перемене мест, храбрость и одержимость неизвестностью – у него было и прежде. Тут я ему, честно говоря, в подметки не гожусь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
