— Гм… да. Четыре.
— А сосун?
Еще одна гениальная идея. Если сосун мыслит самостоятельно…
— Ничего, — сказала Лия. — Как растение или кусок ткани. Нет даже ощущения «да, я живу».
Это меня встревожило. Даже у низших животных есть смутное осознание собственного бытия, ощущение, которое Одаренные называют «да, я живу», обычно это только слабый проблеск, и чтобы его заметить, нужен большой Дар. Но у Лии как раз большой Дар.
— Давай поговорим с ними, — предложил я.
Она кивнула, и мы подошли к жующим пирожки Посвященным.
— Здравствуйте, — не зная, как к ним обращаться, робко проговорил я. — Вы говорите на языке Земли?
Трое смотрели на нас с непонимающим видом. Но четвертый, маленький, чей сосун напоминал подрагивающий красный капюшон, замотал головой вверх и вниз.
— Да, — тонким писклявым голосом ответил он.
Я вдруг забыл, что хотел спросить, но Лианна пришла мне на помощь.
— Вы знаете Посвященных людей? — спросила она.
Шкин осклабился.
— Все Посвященные едины, — сказал он.
— Ну да, конечно, но, может, вы знаете кого-нибудь, кто похож на нас? — спросил я. — Высокие, на голове волосы, кожа розовая или темная.
Я снова замешкался, теряясь в догадках, насколько этот старый шкин знает язык Земли, и с легким испугом наблюдая за его сосуном.
Он замотал головой.
— Все Посвященные разные, но все едины, все одно целое. Некоторые похожи на вас. Вы хотите стать Посвященным?
— Нет, спасибо, — ответил я. — Где мне найти Посвященного человека?
Он снова замотал головой.
— Посвященные поют, звонят и гуляют по улицам священного города.
Лия читала его мысли.
— Он не знает, — сказала она. — Посвященные просто бродят и звонят в колокольчики. Они не придерживаются определенного маршрута, у них нет цели. Они идут куда глаза глядят. Одни путешествуют с собратьями, другие в одиночку; если встречаются две компании, образуется новая группа.
— Придется искать, — решил я.
— Ешьте, — предложил шкин.
Он порылся в корзине и вытащил два дымящихся пирожка с мясом. Один он сунул мне в руку, другой протянул Лии.
Я недоверчиво посмотрел на пирожок.
— Спасибо.
Свободной рукой я потянул Лию за рукав, и мы пошли прочь. Посвященные улыбнулись нам на прощание, и, прежде чем мы дошли до середины улицы, снова раздался колокольный звон.
Я все еще держал в руке пирожок, корочка жгла мне пальцы.
— Можно это есть? — спросил я Лию.
Она откусила кусочек от своего.
— А почему нельзя? Мы ведь вчера вечером ели их в ресторане. Я уверена, что если бы местной пищей можно было отравиться, Валкаренья бы предупредил нас.
Логично. Я поднес пирожок ко рту и откусил на ходу. Он был горячий и свежий и совсем не такой, как пирожки с мясом, которые мы ели накануне вечером. В ресторане нам подавали золотистые слойки, в меру приправленные апельсиновым соусом с Бальдура. Шкинский пирожок хрустел на зубах, с мяса, обжигая рот, стекал жир. Но пирожок был вкусный, а я проголодался, и скоро от него ничего не осталось.
— Узнала еще что-нибудь, когда читала мысли этого маленького? — с набитым ртом спросил я.
Она проглотила кусок и кивнула.
— Да. Он счастлив даже больше, чем остальные. Он старше их. Он близок к Конечному Единению, для него это очень волнующее событие.
Она говорила в своей обычной беспечной манере. Чтение мыслей Посвященных, казалось, не оставляло последствий.
— Но почему? — размышлял я вслух. — Он готовится умереть. Почему он так счастлив?
Лия пожала плечами.
— К сожалению, у него не очень аналитический ум.
Я слизнул с пальцев оставшийся на них жир. Мы стояли на перекрестке, вокруг нас во всех напраштениях шныряли шки-ны, и ветер снова донес звон колокольчиков.
— Еще Посвященные, — сказал я. — Хочешь, пойдем к ним?
— А что мы выясним? Мы уже все знаем. Нам нужен Посвященный человек.
— Может, один из этой компании окажется человеком.
Я поймал уничтожающий взгляд Лии.
— Ха. Вероятность почти равна нулю.
— Ну хорошо, — уступил я. Близился вечер. — Наверно, лучше вернуться назад. А завтра рано утром начнем снова. К тому же Дино, видимо, ждет нас к обеду.
На этот раз обед подали в кабинете Валкареньи, куда предварительно внесли кое-какую дополнительную мебель. Квартира Валкареньи была этажом ниже, но он предпочитал развлекать гостей наверху, откуда открывался живописный вид.
Нас было пятеро: мы с Лией, Валкаренья с Лори и Гурли. Лори готовила под руководством шеф-повара Валкареньи. Мы ели бифштексы (на Шки выращивают скот, вывезенный со Старой Земли) и восхитительный вегетарианский салат из земляных орехов с Бальдура, шкинских сладких рожков и грибов со Старой Земли. Дино любил экспериментировать, и это блюдо было одним из его изобретений.
Мы с Лией доложили о своих приключениях; наш рассказ прерывался только острыми, пытливыми вопросами Валкареньи. После обеда мы убрали столы и посуду и продолжили беседу за бутылкой валтаарского. Теперь задавали вопросы мы с Лией, а Гурли удовлетворял наше любопытство. Валкаренья сидел на полу на мягкой подстилке, одной рукой обнимая Лори, а в другой держа бокал с вином. Он сказал, что мы не первые Одаренные, посетившие планету Шки. И не первые утверждаем, что шкины похожи на людей.
— Может, это о чем-нибудь говорит, — сказал он. — Не знаю. Но все-таки они не люди. Нет, господа. Во-первых, они гораздо общительнее. Испокон веков они строили поселения. Они всегда в городах, всегда в окружении себе подобных. Потом, у них больше развит дух коллективизма. Все делают сообща и любят всем делиться и все делить. Торговлю, например, они рассматривают как совместное владение товарами. — Валкаренья рассмеялся. — Именно так. Я провел целый день, пытаясь разработать торговое соглашение с группой крестьян, которые раньше никогда не имели с нами дела. Поверьте мне, это нелегко. Они всегда готовы дать нам столько товаров, сколько мы просим, если эти товары им не нужны и они уже не пообещали их кому-нибудь другому. Но за это хотят получить в будущем все, что им понадобится. Иного они не ждут. Итак, каждый раз мы встаем перед выбором: либо дать им карт-бланш, либо проводить бесконтрольные переговоры, в результате которых они убедятся, что мы законченные эгоисты.
Лии этого было недостаточно.
— А как насчет секса? — спросила она. — Из того, что вы переводили вчера вечером, у меня сложилось впечатление, что шкины моногамны.
— Отношения полов весьма запутанны, — ответил Гурли. — это очень странно. Понимаете, ведь секс подразумевает общение, а общаться надо со всеми. Но общение должно быть искренним и содержательным. И тут возникают трудности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
