незнакомец и внушительной деревянной ложкой помешал снадобье. – Попробовать хочешь?
– Нет. Кто ты? – спросил я.
– Лекарь.
Он отвернулся, налил в чашку воды из железного чайника, судя по пару из носика, только что снятого со второго крюка над просторным очагом.
– Почему я здесь? – спросил я. – И «здесь» – это где конкретно?
– Кто-то ударил тебя по голове, брат. Была гематома, кровоизлияние, ушиб головного мозга. Глянь в зеркало, ещё синяки под глазами от кровоизлияний не до конца рассосались. Да это пустяк, скоро уйдут, тогда и отпущу тебя.
– Почему я тогда не чувствую боли?
– Потому что я хороший лекарь, брат, – улыбнулся мужчина, снова продемонстрировав мне щербинку в зубах.
Он подошёл и протянул чашку:
– Выпей для закрепления эффекта. Травы – маленькие волшебники, скромные, не в пример нам.
Я принял чашку из крупных чистых рук, подметив про себя, что ожидал увидеть грязные ногти или что-то в этом роде. Одежда на незнакомце тоже была необычная: вязаная длинная и широкая чёрная хламида с замысловатыми узорами по краю. С плеч то ли пришитые, то ли как-то закреплённые, свисали клочья серого меха с дюжиной заячьих лапок.
– Так где я? – повторил я вопрос.
– В ареале хэндаров. Скажи спасибо, что тебя привезли вовремя. Не то был бы уже или немым, или парализованным, но с наибольшей вероятностью – мёртвым. Тебе темечко в самом родничке проломили. Мелкий такой перелом в черепе, но хруст наверняка всем аппетит испортил.
Я сглотнул, не поверив своим ушам. Невольно потянулся к собственному затылку, на котором чувствовалось что-то необычное, и нащупал металлическую пластину и пятачок выбритых волос.
– Что это?!
– Не бойся, брат, я затянул твой родничок, – усмехнулся лекарь. – Так что больше ты не младенец. Пластину считай предохранителем. Однажды сама отвалится.
– Ты маг?
– Обычный доктор тебе б не помог. Кто тебя хотел убить?
– Удар нанесли сзади. Я не видел. Почему ты называешь меня братом, если я не хэндар?
– Какая мне разница, кто ты?
Я посмотрел на него непонимающим взглядом. Он налил себе чашку из того же чайника, и я отметил, что он странно передвигается, словно не шагает, а перетекает из стороны в сторону.
– Вот теперь и мне приходится силы восстанавливать, – сказал лекарь. – Жуть как не люблю в мозгах ковыряться и точку силы на место ставить.
Я моргнул.
– Точку силы?
– Вы это называете перигеем. От удара её вынесло не в ту степь. Думаю, ты б расстроился, если б не умер, но волшебником быть перестал. Да, брат?
Он снова перетёк к чану, помешал его деревянной ложкой, другой рукой продолжая подносить чашку с травами к губам и попивать чаёк.
Обеспокоившись, я переключился на перигей и в свете мерцающих точек и штрихов магического видения обнаружил, что под хламидой лекаря спрятан огромный змеиный хвост.
– Ты не хэндар, ты наг, – ошеломлённо проговорил я. – Откуда ты взялся в наших краях?!
– А, может, тебя порталом перекинули в южные страны? – рассмеялся лекарь. – Ладно, шучу. Какая разница, где пользу приносить? Хэндары – братцы неспокойные: то одно сломают, то другое. Здесь превосходная практика, набираюсь опыта, пока молодой.
– Наги живут более трёхсот лет, – вспомнил я из занятий по природомагии.
– А мне всего шестьдесят семь, так что путешествую, здесь задержался ненадолго, – улыбнулся наг и, устроившись в кресле, как в гнезде, закурил кальян. – Прости, брат, не угощаю, тебе нужна ясная голова.
– Хорошо. Я не поклонник этого, – сказал я, указав на кальян. – Но спасибо тебе за то, что вылечил. Готов заплатить столько, сколько пожелаешь.
– Горсть золота, – пожал плечами равнодушно наг. – Возместишь металл, что на твой затылок пошёл.
Я задумался, затем сорвал с сюртука пуговицы одну за другой.
– Они золотые. Пришлю ещё, твоя помощь неоценима. И буду рад видеть тебя в моём замке или в Академии волшебства, если будешь в Ихигару во время своих путешествий. А теперь мне, пожалуй, пора идти.
– Пойдёшь, когда не будешь выглядеть, как труп, восставший из свежей могилы. Эти расплывчатые синяки под глазами даже волков распугают, – вальяжно потянул трубку кальяна лекарь-наг и ткнул в меня пальцем.
– Распугают и хорошо. – Я поднялся с топчана. – Не знаю, как я здесь очутился, но пока при памяти, мне стоит вернуться в свой замок.
– Иди, если хочешь, – пожал плечами лекарь. – Воля твоя. Но травы выпей, вдруг моим братьям волкам не понравится, что ты решил так быстро их покинуть. Кажется, у них были к тебе вопросы.
Он шевельнул пальцами. Чашка с горячим напитком оказалась в моей руке.
– Силы пригодятся, – заметил лекарь.
И я решил задержаться.
– Ты наверняка многое знаешь о хэндарах, ведь живёшь среди них, как свой, – произнёс я.
– Как их победить или уничтожить, я тебе не расскажу, я в междоусобицах не участвую, – покачал головой лекарь.
– Я тоже. Ты что-то слышал о Песчаном духе из Старого карьера?
– Болтали об этом, да.
– Хэндары действительно считают, что древний дух вырвался? Говорят, начали люди пропадать, как раньше. В деревне волнуются: девочка пропала и маг-стихийник, когда пошёл её разыскивать.
– Что касается пропажи, дух тут не при чём. Пески волнуются на самом деле. И, говорят, ведут себя странно. Но те двое, о ком ты говоришь, сгинули в Руне.
Увидев мой изумлённый взгляд, лекарь добавил, выпуская в воздух кольца разноцветного дыма, которые начали превращаться в призрачную руну, дракона, змея, волка по очереди.
– Хэндары – хранители рун, – сказал лекарь, – они знают, когда одна из них открывается. Любая на подвластной им территории. За последнее время Руны открывали уже четыре раза.
– В лесу?
– В замке, говорят, тоже. Хэндары чувствуют ВСЕ руны, так им легендой предписано.
– Значит, они знают, кто это делает?
– Спроси у них.
Я напрягся. Лекарь снова указал на чашку, и я всё же пригубил горького, с привкусом гвоздики и бадьяна напитка.
– Вкусно. А до этого, за месяц-два кто-то открывал руны? И вообще, как часто подобное происходит?
– Раз в столетие. Три месяца назад тоже кто-то открывал Руну, но тогда никто не пропал.
– Зачем руны в замке?
– Я не знаю.
– Хэндары сами когда-нибудь открывают руны?
– Когда уходит старейшина. Главы рода у хэндаров не умирают, они уходят.
– А что там? Ты не пробовал попасть в Другой мир?
– Какой ты любопытный. Честно говоря, ты больше нравился мне молчаливым.
– Не люблю зря терять время, поэтому, брат, скажи…
Дверь в конуру лекаря распахнулась, и я едва не потерял дар речи: на пороге стояла Агнес в разорванном у ворота платье и перекособоченном полушубке, под руку со здоровенным хэндаром в белой шубе до пола.
– Это моя невеста, – монотонно, как заведённая кукла, пробубнил здоровяк с длинными волосами. – Я хочу знать лично, как раненый Розендорф.
В глазах Агнес вспыхнула нервная радость при виде меня, а затем она любезно улыбнулась лекарю и поприветствовала его. Тот пыхнул разноцветным кольцом из кальяна и явно оторопел. А я глянул в глаза верзиле-хэндару – они были пусты. Подчинила?! Да она с ума сошла?!
– Ну вот, кажется, тебе, брат, есть, у кого всё спросить, – пробормотал лекарь. – А мне надо к старейшине, по делам…
Кольцо дыма в воздухе пыхнуло, словно взорвался обоз с цветным фейерверком, а когда дым осел, в кресле никого не было: лекарь-наг исчез.
Глава 28
Агнес
Не обращая внимание на торчащий рядом столб в белой шубе, я бросилась к Алви. После страха за него, переделки с альфа-самцом и «прогулки» по каменным палатам мимо хэндаров как в образе волков, так и в образе людей, после лавины их недружелюбных взглядов и опасности быть раскрытой, при виде стоящего на своих ногах Алви меня обуяла такая радость, что я бы могла от неё лопнуть, будь она жидкостью.
– Алви! – кинулась я к нему. – Боже мой, Алви, ты пришёл в себя!
И обвила его шею руками, счастливая.
– Моя невеста, – как заводной чурбан, снова пробасил зачарованный Кридан, но, к счастью, не шелохнулся.
Не отрывая от него глаз, Алви аккуратно снял мои руки со своих плеч и прошептал мне в ухо:
– Ты что натворила?
Я махнула рукой на хэндара, громко выдохнула, потому что от эмоций захлёбывалась, и вновь набрала в грудь побольше воздуха.
– Пришлось подчинить, других вариантов не было, он бросился на меня, как голодный пёс на косточку, но я
