— Значит, ты ученица АЛИМ? — внезапно взял слово Сарман.
Его ласкающий ленивый тон был обманчиво мягким и спокойным, но сталь прозрачно-серых глаз холодила позвоночник, который он, казалось, видит даже сквозь тело.
— Да, — упрямо настаивала на своем я.
Хотя понимала, что в этот раз спасения не будет. Профессора не могут помнить имена всех учеников, но самых редких и необычных знают наизусть. Тем более высших. Здесь таких любят, а потому ужасно к ним придираются.
— И почему тебя до сих пор не заметили? Алимовские феи не пропустили бы такую сочную сплетню. Стены все видят, — многозначительно протянул ледяной, и воздух вокруг нас вдруг ощутимо потяжелел.
Он пытался пробиться сквозь мою ауру и считать намерения, но я усилила свою магическую защиту, не позволяя ему даже легкое касание.
— Я скрываюсь. Не хотела повышенного внимания, — коротко пожала плечами.
На какое-то время повисла тишина. Все высшие и архимаги сейчас окружали нас плотным кольцом, с любопытством выглядывая из-за плеч троицы. Багадур окинул нас долгим придирчивым подозрительным взглядом и покачал головой.
— Все же что-то мне тут не нравится. Са… — запнувшись, он прочистил горло, на мгновение даже показавшись растерянным, но тут же снова нахмурился — еще пуще прежнего. — АЛИМ не могла умолчать. Колдуны были очень ценны. Их гибель — большой удар для Вселенной. Никто не видел их уже много лет. И тут, как ни в чем не бывало, приходишь на учебу ты и еще невесть о чем посреди серьезной бойни болтаешь с напавшим на академию королем этих тварей. Что он тебе сказал? Зачем он здесь? И зачем здесь на самом деле ты? Я хочу увидеть пригласительное письмо АЛИМ, прямо сейчас! — жестко потребовал командир, силой своего зычного голоса придавливая меня к земле.
А я судорожно выдохнула, тихо замирая на месте.
Вот и все. Игра закончилась. Тут мне не отвертеться.
Долрат, Ракард и Ксафан напряглись. Их магия завозилась, пробуждаясь и готовясь к атаке. Инесса с Баденом позади меня испуганно, но решительно сопели. Компания явно готовилась к тем самым глупостям, которых я так боялась.
Вся кровь схлынула с моего лица, и я оглянулась, наблюдая за происходящим словно со стороны. Свершалось то, чего мне не хотелось больше всего, — меня собирались вышвырнуть отсюда как аферистку и преступницу. Позор, с которым Лили придется жить и учиться в этом логове змей.
Обстановка медленно, но верно накалялась, и я едва сдерживалась, чтобы не позволить себе позорно сбежать, как обычно делала в таких безвыходных ситуациях. Сейчас это единственное спасение. Оправдаться не выйдет, а остаться — значит потерять свободу или даже жизнь.
Да, именно так и поступлю. Заберу к черту Лили и Ксафана и порталом унесу нас на другой конец Вселенной.
Прости, Ракард… Я правда так хотела, чтобы получилось…
Жнец словно почувствовал мой настрой и дернулся, резко оборачиваясь в мою сторону. А когда он, распознавший мои намерения, уже выпустил тьму, собираясь все разрешить своим способом, внезапно словно из ниоткуда выпорхнула Найлана.
Запыхавшаяся сова бестактно умостилась на скрытую глубоким черным капюшоном костлявую макушку Бадена и стерла коричневым крылом невидимый пот со лба.
Я удивленно отодвинулась, открывая на прячущегося за моей спиной мертвеца вид другим присутствующим.
— Я прошу прощения за вторжение, сэр, — привычно деловито начала крылатая, надув грудку и вскидывая крупный клюв. — А что вас, собственно, так обеспокоило? Девушка — законная ученица академии, ничего не нарушила, никому не навредила, никаких плохих дел в стенах академии не воротила. Вас так волнуют маленькие девичьи секретики? — не удержалась она от шпильки.
Мои брови взлетели еще выше. Это было довольно… нагло и уверенно. Так говорят существа на заведомо выигрышных позициях, а мы на таковых не находились, не находимся и вряд ли будем.
Если только боги внезапно не решат нас благословить.
— Ничего себе маленькие, — буркнул демон, снисходительно и с любопытством разглядывая птицу.
Слишком удивленные напором неожиданной гостьи, профессора даже не заметили, как она аккуратно скинула какие-то маленькие бумажки в сложенные позади руки нежити, а Баден в свою очередь протянул их Ксафану.
Я медленно приблизилась к зверю, притворяясь, что слушаю привычно язвительные нравоучения Найланы, которая, казалось, в этот момент не боялась в этом мире вообще никого и ничего.
Или Ильгира что-то неудачно наэкспериментировала, или крылатая захотела в клетку.
— Святые колбаски! — тихо выругался Саф, округляя свои дикие желтые глазища.
Когда вытянулись даже лица обычно непоколебимых Долрата и Ракарда, поторопилась заглянуть в желтоватые листки и я.
Это было письмо. Точнее, два. Первое — то, что пришло Лили в орден и которое я уже давно пометила своей кровью. А второе… С моим именем и такой же окровавленной печатью внизу.
Что за?.. Но как это возможно?
От смешанных чувств и эмоций сердце в груди заметалось, как птенец, бешено разгоняя по венам кровь до шума в ушах. Неужели нам снова повезло? Неужели мне каким-то чудом удалось избежать этой кошмарной участи? Вселенная всерьез развлекается, подкидывая мне безвыходные ситуации, из которых сама же меня и вытаскивает. Что за извращенное чувство юмора?
Я приторможенно протянула Багадуру свое письмо, оторопело наблюдая за приближающимися Лили и Ильгирой. Видимо, Найлана уже успела у них побывать. Теперь, конечно, девочка могла свободно разгуливать по академии, не страшась здесь ничего. Не считая некроманта…
— Действительно наша… И почему не сказал? Что он задумал? — переглядываясь с Лавиром, хмуро буркнул демон.
Но пораженной мне сейчас было не до этих странных фраз.
— Сальвос нам помог… — изумленно прошептала Инесса, радостно сверкая округлившимися изумрудными глазами.
Да, помог.
И это в очередной раз доказывает, что АЛИМ ведет свою никому не известную игру.
Глава 36
Несмотря на внезапно улучшившееся положение дел, я не могла избавиться от неприятного горького чувства, что меня обвели вокруг пальца.
Одно радовало: если мы с Лили теперь можем учиться и передвигаться по академии официально и под своими именами — значит, можно признаться Багадуру в сути всего происходящего и основной цели Девкалиона.
На самом деле, это даже замечательно. Теперь ответственность за битву лежала не только на наших плечах. Теперь нам не придется втихую сражаться одним, чтобы не раскрыть меня и мою сестру. Эта бойня затрагивает намного больше.
Битва будет общей. И шансы выиграть, соответственно, тоже возрастут.
— Это, конечно, хорошо, — пробормотал Багадур, все еще хмуро изучая письмо, — но сдается мне, вам известно много больше нашего. И мне это не нравится. Эй, вы! Быстро по комнатам! И чтобы за их пределы не выходили — или сражаться вам придется уже со мной! — гаркнул командир столпившимся ученикам, которые мгновенно рассосались, как испуганные муравьи, и снова повернулся ко мне. — Тащите свои задницы за мной. Поговорим в более уединенной и серьезной обстановке.
Переглянувшись с настороженным Ксафаном и обеспокоенной Лили, я положила письмо в карман и медленно последовала за демоном в академию. Миновав коридоры правого крыла, мы внезапно остановились перед уже хорошо знакомой мне огромной темной кованой дверью, что внушала необъяснимое предвкушение и опасение. Именно за ней был путь в подземелье с древним артефактом. Сила Сальвоса ощущалась даже здесь, вынуждая содрогаться от окутывающей тело энергии.
Я нахмурилась и почувствовала на себе такие же подозрительные взгляды Ракарда и зверя, но не обернулась, оставаясь настороже и внимательно присматриваясь к каждой мелочи. Академия хранит слишком много тайн — было бы странно доверять ей и всем ей подчиняющимся.
Лавир медленно отворил дверь, которая, к удивлению, открылась абсолютно бесшумно, и тихо скользнул в темноту подземелья. Сарман остановился и развернулся, впиваясь в меня колючим ледяным взором, а Багадур хмуро покосился на жнеца через плечо.
