этого ужаса. Несколько шагов и я рядом с ней. Неожиданно Клео поднимается на ноги, кидаясь в мои объятия. Лихорадочно хватается за футболку, прижимаясь.
— Эмир, — захлебываясь страхом и слезами, — Эмир. — Повторяет монотонно мое имя, рассчитывая на защиту и поддержку. Внутри все переворачивается от мысли, что я мог не успеть. Обнимаю крепко, позволяя ей плакать. Выплеснуть ужасные эмоции, которые рвут сердце в клочья. — Не уходи. — Умоляющим голосом. Хватая ртом так катастрофически нужный воздух. Целую в макушку, не разрывая объятия ни на секунду. В шатре появляется Назаре, которая подходит к нам вплотную, рассматривая.
— Альби, мне нужно осмотреть твою руку. — Назаре гладит Клео по волосам, пытаясь успокоить. Тянет к себе, но Клео держится за меня мертвой хваткой. Словно я единственное спасение. Человек, который никогда не сделает больно. От этого осознания так тошно становиться, что моментально самому сдохнуть хочется.
— Она сказала, что с уродливым лицом я никому не буду нужна. — Продолжает плакать. Не отпуская. У Клео истерика, с которой даже я справиться не в состоянии. — Больно. Эмир, — еще сильнее сжимает ткань моей футболки. Кладет голову на грудь, — лицо горит. — Отстраняется, отпуская одну руку. Трогает лицо, и я, замечая на нем большой красный ореол.
— Альби, прошу тебя, пойдем со мной. — Назаре обнимает ее за плечи, оттаскивая от меня. — Помажем твои лицо и руку, и я обещаю, что к утру не останется и следа. — Уговаривает, и Клео слушается. Смотрит в мои глаза, не желая уходить.
Глава 18 Часть 3
Разрывать ту хрупкую связь между нами. Но Назаре все-таки удается увести Клео из шатра. Гулко выдыхаю, разворачиваясь в сторону Амины, которая неподвижно стоит на месте, осознавая, что немедленно получит свою расплату. Злость разгорается с невообразимой силой. Зубы стискиваю, вздрагивая от ярости. Дышу часто. Через нос. Презрительно смотрю на девушку, фантазируя о ее наказании. Несколько шагов, и я, хватая Амину за волосы, выволакиваю на улицу. Наверняка делая ей чертовски больно, только мне совершенно плевать на это. Она получит то, что заслужила.
— Тебе выжгут лицо. — Отчетливо проговариваю, смотря девушке прямо в глаза. Чтобы она осознавала последствия своего необдуманного поступка. — До такой степени, что ты не сможешь скрыть уродство, даже нося платок. — Зловеще. Серьезно. — Но и этого будет мало. Амина, душа твоя черна и безобразна. Ты станешь изгоем этого племени. Уж будь уверена в моих словах! — Безапелляционно. Сгорая от желания наказать самому. Как этого хочется. Но я готов уважать законы, находясь на чужой территории.
— Прости, Эмир. — Начинает надрывно плакать. Вырываясь, кидается мне в ноги, преклоняя голову. — Умоляю, будь милостив. Я не понимаю, что на меня нашло! Пожалуйста, Эмир, пощади! — На взводе. Безвыходно. В этот момент Амина готова на все, лишь бы я сжалился над ней. Ни одна женщина не захочет продолжать жить с изуродованным лицом. Это хуже самой смерти.
— Почему ты не думала, о последствиях, когда отправилась к Клео в шатер? — Яростное ощущение не позволяло даже вдоха нормального сделать. Не сдерживая эмоции, снова хватаю девушку за волосы, задирая голову. — Амина, мое сердце не екает от твоих раскаяний. Ты получишь то, что заслужила! Сжечь ее лицо! — Небрежно отшвыриваю Амира от себя, и она не удерживая равновесия, падает на песок. Плачет, думая, что ее лживые слезы способны что-то затронуть в моей душе. Толпа, нас окружающая моментально затихает. Каждый из них знает, что за подобный поступок будет суровое наказание. Старейшина племени никого не милует.
— Эмир, прекрати! — От грозного голоса Клео, который я слышу позади себя, на месте замираю. Не поворачиваюсь, дожидаясь, когда она подойдет ближе. Я просто уверен в этом. — Отмени наказание! — Приказывает. Прилюдно. Пытается достучаться до моего разума, который сейчас взбешен. Пара шагов и Клео оказываясь рядом, хватает меня за руку. Сжимает свои пальцы со всей силы, от чего кожа немеет в месте прикосновения. — Неужели ты не понимаешь, что жестокость ни к чему хорошему не приводит? Эмир, прошу тебя, не губи ее жизнь! — Смотрит пронизывающе. Пытаясь разбередить доброту в моем сердце. Только ее нет. Никогда не было. Альби, наконец, должна понять, и принять меня таким. Жестоким зверем, который привык давать людям то, что они заслужили.
— Она заслуживает это наказание! — Перехватываю руку Альби, легонько зажимая пальцами запястье. Не отрывая своего взгляда. — Амина должна на себе испытать то, что хотела сделать с тобой! — Начинаю говорить тише. Словно только для нее.
— В нашей жизни, Эмир, каждый достоин прощения, чтобы он не натворил. — Мне кажется еще немного, и Клео просто прижмется ко мне. Обнимет, отдавая часть своего сердца. Лишь бы я забыл о наказании для Амины. — Я прощаю Амину, и ты, пожалуйста, ее прости! — Шаг. Нас разделяют считанные сантиметры. Реальность растворяется, уносясь в небытие. Пухлые губы дрожат. Кажется, Клео, готова умолять меня до самого утра, в надежде, что все же сдамся.
— Я не прощу ее никогда. — Зачарованно продолжаю изучать ее карие глаза. Которые в ночи, кажутся черными. Глубокими. Бездонными.
— Амина получит десять ударов плетью по голой спине! — Грозный мужской голос. Клео резко разворачивается, чтобы посмотреть на человека, который произнес эту фразу. Старейшина племени. Беспощадный, но справедливый. — Это мое решение! — Даже я, имея власть в этом племени, не стану перечить этому человеку. Безмолвно киваю головой, смотря на то, как несколько женщин поднимают Амину с песка, уводя вглубь племени. Точно уверен, что старейшина сдержит свое слово, и Амина испробует на себе каждый удар кожаной плети. До последнего. Продолжаю бесцельно смотреть вперед, а потом, очухиваясь, понимаю, что Клео не спеша шагает по песку, чтобы избавиться от моего общества. Вернуться в шатер, и остаться в одиночестве. Только мне хотелось остаток этой ночи провести рядом с ней.
— Альби! — Кричу ее имя, по-прежнему оставаясь стоять на месте. Девушка останавливается, а потом, разворачиваясь ко мне лицом, смотрит с интересом.
— Чего ты хочешь, Эмир? — спокойно. Опуская взгляд. Не выдерживая, шагаю на встречу. Обвиваю рукой ее талию, мгновенно к себе прижимая. Альби теряется, но все же расслабляется в моих объятиях.
— Хочу показать тебе одно место. Давай сбежим ненадолго. — Шепотом на ухо, опаляя кожу своим горячим дыханием. Клео пытается изо всех сил спрятать милую улыбку, но это у нее выходит очень глупо. — Ты должна полюбить пустыню. Особенно в момент восхода солнца. Давай разделим этот миг на двоих. — Отпускаю, беря за руку. Сплетаю наши пальцы, начиная вести к Альби в сторону табуна лошадей. За пределами племени открывается невероятный вид на просторы зловещей
