– Мила работает, хотя сама работа поменялась. Я же теперь перешел в большой холдинг, строительный. Под правительством Москвы, – тихонько пояснил он, пригнувшись. – Повезло, просто случайно встретил старого друга, мы с ним еще в институте вместе учились, только он вылетел и в армию ушел. А теперь он – большой человек там! – тут он возвел глаза к шелковому потолку. – И ему нужны свои люди.
– Зато теперь у него есть ты, – улыбнулась я. – А у тебя – «Мерседес».
– Да. И нашими экскаваторами теперь пол-Москвы копает.
– Супер, – кивнула я. – Наши все небось в восторге. Знаешь, это было самое странное в нашем с тобой разводе: львиная часть моей жизни – друзья, вечеринки, дни рождения, шашлыки – исчезла в один миг. Как будто ты сложил их всех в чемодан и забрал с собой. Это, пожалуй, было самым трудным, вот так остаться совершенно одной.
– Да, тебе всегда был дорог кто угодно, но только не я, – горько усмехнулся он.
– Это не так, – нахмурилась я, хотя это и было именно так.
– Я очень сожалею, что Виноградова наговорила тебе всю эту чушь. Я хотел, чтобы ты знала – я так не считаю.
– Как ты не считаешь? – прищурилась я.
– Я совсем не считаю, что ты приносила мне несчастья, – выговорил он.
– Ты думаешь? Но ведь в ее словах есть доля истины. Нет, без шуток, – я махнула рукой, чтобы он меня не перебивал. – Это же было сплошное мучение – для нас обоих. И в этом есть определенная закономерность, что все у тебя так сложилось.
– Нет, все равно, она не должна была тебе звонить и все это говорить. Я… я хочу, чтобы ты знала – я был с тобой счастлив. Я очень тебя любил.
– Я знаю, знаю, – вздохнула я.
– И мне совсем не нравится, что ты вот так осталась – без какой-то поддержки. Я как-то старался ни о чем не думать, но когда Анька Лере рассказала о вашем разговоре, я просто взбесился. Я… я даже наорал на нее, – растерянно сказал он. И в этот момент из-под дорогих очков на меня снова посмотрел мой растерянный, нервный муж, тот самый мужчина, который хватался за меня как за соломинку и просто не знал, как без меня жить. Только теперь жить без меня он все-таки научился.
– Наорал? Зачем? Не стоило. Что за ерунда, пусть болтают что хотят. Мне все равно.
– А мне нет, – вдруг твердо сказал он. – Я вдруг понял, что мне совсем не все равно, как ты живешь. Это сидит во мне, понимаешь?
– Нет, не понимаю, – покачала головой я. – У тебя же теперь Лера.
– Да, – опустил голову он. – Лера. И Маша.
– Маша? – не поняла я.
– Дочка. И я очень рад, что она у меня есть, но… я понимаю, что не смогу жить спокойно, если не буду знать, что с тобой все в порядке.
– А если я скажу тебе, что со мной все в порядке? – спросила я. – Если это правда? Дело же не в деньгах, которых мало, и не в страхах моих, которых у меня много. Это все естественно. Понимаешь, это нормально. Это и есть жизнь, пусть и не такая комфортная, не такая… как это сказать-то? Безответственная. Пока я жила с тобой, я ни за что в своей жизни не отвечала. Я была как будто избалованная донельзя кошка, которую в один прекрасный день просто не пустили обратно домой. И ты знаешь, я вот только что поняла – я очень благодарна тебе за это.
– Что ты говоришь какую-то ерунду. Благодарна? – разозлился почему-то Кешка. – Я понял, что был неправ. Я за тебя в ответе, я должен сам позаботиться, чтобы ты была в порядке. Чтобы ты ни в чем не нуждалась. Тем более теперь, когда у меня есть такая возможность.
– О чем ты? О ЧЕМ? – вытаращилась на него я. Но он меня будто бы уже и не слышал. Он пересел ко мне поближе, забормотал что-то о том, что сначала надо снять мне какую-то квартиру поприличнее, пока так, а потом можно будет и купить ее насовсем, сколько можно уже снимать. И, да, кстати, надо уже уйти наконец с этой дурацкой работы. Он бормотал, не замечая даже, что официантка принесла еду. Мне что-то тоже есть расхотелось.
– Кешка, ты спятил? – рассмеялась я. Смех получился немного нервным, даже истеричным, но я никак не могла понять, как мне реагировать на этот приступ помешательства.
– А это вот, – он достал откуда-то из пиджака, как фокусник из шляпы, только не кролика, а белый конверт, – это на первое время. Для начала.
– Что это? – отшатнулась я.
– Как что? – он неловко сунул конверт мне в сумку. – Деньги, естественно. Марго, ты простишь меня?
– В каком смысле? Что ты подразумеваешь – простить? – ахнула я.
– Я не могу без тебя. Я думал, что смогу, но нет. Ты мне снишься. Я постоянно боюсь, что тебе плохо, что тебе нечего есть. Что какие-то придурки могут тебя обидеть, – зачастил он. Я пыталась его оборвать, остановилась, потому что странное чувство дежавю снизошло на меня. Это уже было. Да, именно это, именно вот так, в такой же самый момент, когда я на самом деле вполне готова была уже забыть его навсегда и больше никогда не вспоминать, он встает на колени и вцепляется в меня мертвой хваткой. Как же я могла забыть, что он никогда не отпускал меня насовсем. Он никогда не мог перенести мысль, что я смогу уйти навсегда. Но я ведь думала, что все это – в прошлом.
– Кеша, у меня есть другой, – очень твердо, хоть и тихо, вставила я.
– Какой другой? В смысле? А, тот мужик, что взял трубку сегодня. И что? Что он тебе может дать?
– А ты? Что ты хочешь мне дать? Ты же знаешь, что я тебя не люблю.
– Знаю. Но это не важно! Я могу обеспечить тебя на всю жизнь.
– Но у тебя жена, дочь! – ошарашенно напомнила ему я, но он, будто спятил, смотрел на меня горящими глазами и схватил за руку.
– Ну и что? Какая разница? Ты же все равно не сможешь быть со мной постоянно. Тебе все равно нужна своя жизнь. Я не буду тебе мешать. Плевать мне на всех твоих мужиков. Лишь бы… лишь бы я знал, что ты у меня есть.
– Это какой-то бред!
– Почему? Я просто буду появляться… иногда. И я буду знать, что с тобой все хорошо. А мужики… они приходят и уходят, так уж ты устроена.
– Нет, Кеша, я устроена иначе, – выкрикнула я, потому что он совсем меня не слышал. – Я выхожу замуж, Кеша. За самого любимого мужчину на свете, без которого я и жить-то не хочу. А на деньги мне вообще плевать.
– Это все ерунда. Я про твои большие любви слышал столько раз. Я даже знаю, что ты спала с Виноградовым! И всегда все знал. Так что все это пройдет. Ты же сама говорила, что разучилась любить еще в детстве. Помнишь? Нет такого мужика, который сможет тебя надолго удержать.
– Есть.
– Нет.
– Кеш, мне надо идти, – я встала, нечаянно столкнув со стола тарелку с салатом. Я была в очень растрепанных чувствах.
– Марго, я не могу без тебя, – он вцепился мне в руку. – Ты мне нужна. Я все сделаю для тебя, обещаю.
– Я… прости, а я никак не могу с тобой. Это правда. Мне было очень трудно, оказывается, я привыкла к твоей любви как к сильнодействующему наркотическому средству. Я просто торчала на твоей любви, но сейчас… ты знаешь, ты уже сделал для меня все. Благодаря тебе я оказалась в нужном месте в нужное время и встретила его.
