Тем временем события в охотничьем тереме на Ипути шли своим чередом.
Проводив Марью, князь Федор вернулся в свою комнату и долго ходил из угла в угол, взволнованный угрожавшей ему опасностью, чудесным спасением от гибели, но больше всего — появлением девушки, о которой он теперь не мог забыть. Появилась еще одна причина, по которой замок Горваль стал для князя Федора самым желанным местом на свете.
Вечером князю доложили, что Ян Кожух Кроткий пришел в себя.
Федор кликнул псов и направился в угловую комнату, где раньше жил Олелькович, потом Медведев, а сейчас лежал весь окровавленный и перевязанный Кожух.
Увидев жутких собак, Кожух дико закричал и снова впал в беспамятство. Когда он очнулся, перед ним стоял князь Федор. Доги, облизываясь, лежали посреди комнаты.
— Вот что, Кожух, — сурово сказал Федор, — я не знаю, какими пытками ты пытал моего слугу Якова, но я буду пытать тебя по-своему. Если ты не скажешь всего, что меня интересует, мои собачки будут потихоньку разрывать на части твое израненное тело. Когда раны немного заживут, они начнут разрывать их снова. И если ты хочешь этого избежать, рассказывай быстро, каким образом Семен ждет от тебя вестей о моей смерти. Все остальное расскажешь потом. А если соврешь хоть слово — запомни: Семена спасешь, но себя погубишь и смертью умрешь такой лютой, что смерть Якова покажется тебе райским блаженством.
Кожух взглянул на страшных псов и рассказал всю правду.
Четверо людей Кожуха ждали в условленном месте, и Ян указал это место точно. Все они были захвачены врасплох и доставлены в терем.
Князь Федор особо заинтересовался человеком, которого Кожух обещал послать Семену за распиской.
Узнав от Кожуха всю биографию этого человека, Федор велел привести его в свой кабинет и оставить наедине с ним.
Он сказал:
— Ты служил Кожуху и моему брату. Ты не много заработал на этой службе. Теперь рассуди: твой хозяин, Кожух, в моих руках, а Семен вряд ли будет хорошо относиться к слугам человека, который выболтал все его секреты. Если ты перейдешь на службу ко мне — получишь жалованье вдвое большее, чем у Семена, и вот бумага, в которой я обязуюсь выплатить твоей семье большую сумму денег в случае, если ты погибнешь на моей службе. Я кладу эту бумагу вот сюда, на стол. Смотри: на ней лежат пять золотых монет и драгоценный камень. Сейчас ты поедешь к моему брату и отвезешь записку от Кожуха. Семен передаст тебе документ с его печатью и подписью — привезешь его мне. После этого ты возьмешь все, что лежит на столе, и будешь служить князю Федору Вельскому. Разумеется, ты можешь меня обмануть и рассказать Семену обо всем, что здесь произошло. Я не угрожаю тебе за это местью. Мои планы от этого не очень пострадают, но ты лишишься верного заработка и хорошего хозяина. Прежде чем дать ответ, выйди во двор и спроси любого или всех людей, которые мне служат, как я плачу за верность. Потом вернешься и скажешь свое слово.
Князь Федор Вельский действительно ценил своих людей и щедро расплачивался с ними. Поэтому неудивительно, что все в один голос заявили — лучшего хозяина во всем княжестве не сыскать!
Так человек Кожуха стал человеком князя Федора.
На следующее утро он вернулся с грамотой Семена, а когда вышел из кабинета князя, восхищенно разглядывая блестящий камешек, в кармане у него позвякивали монеты, а за пазухой лежала бумага, которая обеспечивала его семье кусок хлеба, если переменчивое счастье воина повернется к нему спиной.
— Dux Semeon de Bela — надо же, а? — насмешливо говорил Федор, любуясь документом, в котором его родной брат принимал на себя ответственность за убийство, совершенное Яном Кожухом Кротким, и собственноручно подтверждал эту ответственность торжественной подписью.
А рядом лежал другой документ, подписанный самим Яном Кожухом Кротким, где он подробно описывал, что именно и как должен был совершить по приказу своего господина.
— Это смертный приговор Семену, — сказал Федор, — и теперь он навсегда в моих руках. Я думаю, уж не сам ли ангел та девушка, что приезжала сюда?! Она не только спасла мою жизнь, но и дала оружие, чтоб сокрушить злейшего врага!
И в этот момент приехал Бориска.
Князь Федор прочел записку Никифора и воскликнул:
— Невероятно! Просто невероятно, чтобы все могло так хорошо складываться! Неужто Господь услышал мои молитвы?
— Что случилось? — удивился Юрок.
— Медведев в руках Семена!
— Но это же плохо!
— Напротив, Юрок! У нас есть повод навестить братца Семена. Я не видел его три года и надеюсь, что после этого свидания не увижу его еще лет тридцать, а может, и никогда больше! Прикажи подавать лошадей. Мы немедленно выезжаем!
Князь повернулся к Бориске и протянул ему тугой мешочек.
— Ты привез мне хорошую весть, и вот тебе награда. Теперь скачи во всю прыть обратно и скажи Никифору, что ровно в полночь я со своей дружиной прибуду в Горваль по Речицкой дороге!
Бориска, окрыленный радостью от предстоящей встречи с женой и сыном, без передышки помчался в обратный путь.
— Юрок! — весело и решительно приказал Федор. — Садись и быстро докладывай, где и в каком количестве находятся сейчас наши люди.
— Ты имеешь в виду воинов?
— Разумеется, черт возьми.
— Двести человек с Левашом на Угре. Около двухсот в Белой. Пятьдесят три здесь и восемнадцать человек выполняют в разных концах твои поручения.
— Срочно направь гонца в Белую — пусть оттуда пятьдесят человек немедленно отправляются к Левашу на Угру. Вели Константину освободить Белую, и пусть все наши люди готовятся к переезду в Верховье!
— Ты отдаешь кому-то Белую?
— Черт с ней! Она мне не нужна. У нас есть несколько имений под Смоленском — продай их все, Юрок! Теперь нам не нужны земли. Нам нужны деньги. Много денег! Отправь гонца к Левашу. Пусть подготовится к возможному нападению Семена и никому ни за что не отдает своей земли, хоть бы там полегли все двести пятьдесят человек с ним во главе! Вели ему также оказывать всяческую помощь и поддержку соседям — Медведеву, Картымазову и Бартеневу.
— Это обрадует Леваша. В последнем письме он сообщал, что уже подружился с их родственниками и людьми.
— Молодец, Леваш! Он всегда знает, что надо делать! Где отец Леонтий?
— На прогулке в лесу.
— Разыщи его, пусть он приготовится завтра же освятить мой новый дом!
— Я чего-то не понял, Федор...
— Мы переезжаем на постоянное жительство в замок Горваль! Сейчас! Немедленно!
...Когда люди Антипа внезапно появились на кухне и предложили всем, кто там был, без шума пройти с ними, куда им укажут, Савва кормил котенка в своей каморке. Услышав незнакомые голоса, резко отдающие приказания, он понял, что случилось нечто важное и неожиданное. Савва бросился к маленькой дверце и нырнул в дымоход, прежде чем разбойники заглянули в каморку. Они хорошенько осмотрели ее всю и даже открыли железную дверцу, но, увидев, что это дымоход, закрыли ее обратно, и вскоре на кухне все стихло.
